Московская консерватория и её Большой зал — наиболее устойчивые музыкальные словосочетания с самых младых ногтей. Это потом узнаёшь, что у главных московских залов есть свои аббревиатуры: БЗК, КЗЧ, МЗК и так далее… Они становятся частью повседневной жизни, строчкой в ежедневнике, но не перестают быть священными и вызывать особый трепет.
Итак, Большой зал Московской консерватории. Мои первые связанные с ним воспоминания — мы с мамой сидим где-то в первом амфитеатре, на сцене оркестр, где играет папа. Это дневной абонемент, ведущая — Жанна Дозорцева. Я сначала слушаю, а потом начинаю уставать и скучать. Но кругом есть что разглядеть: вокруг портреты композиторов, на сцене есть всякие блестящие музыкальные инструменты, время от времени музыка прерывается аплодисментами, можно рассматривать публику, а в сумке есть мандарины, если уж совсем тоска. Мне примерно пять лет. Я делаю что угодно, кроме, собственно, внимательного слушания музыки.
Колонны органа кажутся какими-то сказочными великанами в шлемах. На самом деле мне и до сих пор они представляются одушевлёнными богатырями в фантастических головных уборах с завитушками. Детские впечатления крепки.
Проходит всего год — и я сама выхожу на эту сцену с маленьким выступлением. Я уже знаю, что это очень важное событие и главнее этой сцены нет в целом мире. Но всё проходит быстро и успешно, и я сразу же обо всём этом забываю.
Все последующие выступления на этой сцене были большими личными событиями. Сейчас она мне родная, вдохновляет и придаёт силы. Но совладать с ней, выйти на неё бесстрашно и уверенно получилось далеко не сразу. Поначалу, конечно, больше всего на сознание давит мысль: сколько же великих людей ходили по ней! Сколько легендарных артистов стояли за этой дверью, волнуясь перед первым шагом на сцену! Сколько грандиозных событий видел этот великий зал с уникальной акустикой! Акустика, кстати, не из простых, она тоже покоряется только тем, кто смог её приручить.
Достойна ли я быть в ряду тех, кто играл в этом зале? Это был главный вопрос в годы учёбы. И это была главная мечта: чтобы однажды случилось так, что я окажусь на месте тех, на кого сегодня я с восхищением смотрю из зала. Или даже вместе с ними на сцене.
Долгие годы я морально готовилась к тому, чтобы сыграть на сцене Большого зала сольный концерт. Было время, когда я чувствовала: нет, мне ещё рано, я не выдержу этого психологически. А потом настал тот самый момент, когда стало ясно: пора перейти рубеж.
Для московского музыканта давление авторитета Большого зала консерватории сильнее, чем для кого бы то ни было. Здесь все свои, здесь судят строго, невзирая на имена. А строже всего судит время, которое всё и всех расставляет по своим местам. И, конечно, наши слушатели, многие из которых были свидетелями великих событий на этой сцене.