Настройщика я вызвал уже на следующий день. Я боялся, что он, едва взглянув на "роялю", грубо скажет, мол, нечего и настраивать эту рухлядь, однако все вышло совсем иначе.
В десятом часу чирикнул дверной звонок. "Настройщика вызывали?" - услыхал я и внутренне съежился, но стоило мне открыть дверь, как все мои сомнения и страхи сразу же улетучились. Передо мной, широко улыбаясь, стоял долговязый веснушчатый парень, лохматый, очкастый и до смешного нескладный, как будто ему самому требовалась настройка.
- Меня звать Славка, - сообщил он, проходя в комнату, - где тут наш пациент?
Улыбка настройщика была почти такой же широкой, как у "рояли", и тоже слегка щербатой. Да и вообще, они были похожи: оба нескладные, рыжеватые, и от этого сходства мастера с инструментом мне почему-то сделалось весело.
Славка работал быстро. Сперва он пару минут сосредоточенно тренькал по клавишам, иногда наклоняя к крышке "рояли" торчащее ухо, потом подтянул, подкрутил там и сям и завершил свое выступление троекратным исполнением "собачьего вальса".
- Вот и вся песня! Принимай аппарат! - заявил он, повернувшись ко мне. - Прошу опробовать!
Я осторожно приблизился к пианино. Играть стоя было неудобно, но я все же поставил пальцы здоровой руки на вторую октаву и зашагал - до, ми, соль, ми - сперва нетвердо, затем все звонче и звонче. Единственное, что я смог вспомнить спустя много недель без практики, было начало заигранного вдоль и поперек этюда, но на четвертом такте вступала вторая рука, и я на секунду остановился - получится ли?
Получилось. Согнутыми пальцами я все же набрал необходимый аккорд - и впервые за месяц вздохнул полной грудью. Хрипловатый басок "рояли" наполнил собою комнату. Славка притих. Я тоже. Аккорд затянулся уже вдвое дольше положенного, однако мне не хотелось убирать руку, и потому мажорное трезвучие торжествующе пело до самого конца - практически три полных такта.
Еще полсекунды я чувствовал в пальцах живую вибрацию, после чего наконец отнял руку от пианино. И улыбнулся, словно и у меня внутри подтянулись какие-то струнки. Да, Славка был подлинный мастер своего дела...