Дисклеймер (отмаз от ответственности): Автор не может поручиться, что описываемые здесь события на 100% происходили так, как это здесь описано. Длительное проживание в зоне воздействия ядовитых испарений вулкана Ньирагонго и газовых утечек из озера Киву могло поспособствовать несколько искаженному восприятию действительности в текущем моменте и при последующем воспроизводстве в памяти по прошествии многих лет. Сходство с реальными событиями и персонажами вполне может быть случайным, хотя и это нельзя утверждать с полной уверенностью.
Однажды тёмной ночью в Гоме ...
... раздался резкий звук телефонного звонка. Какую бы приятную душе и уху мелодию ни поставил на смартфон, всё равно посреди глубокого сна она прозвучит ненамного лучше внезапно заработавшей пилорамы. Правая рука лениво нащупала вибрирующий аппарат на прикроватной тумбочке.
В трубке раздался знакомо решительный голос старшего группы российских военных наблюдателей (РВН).
- Привет. Разбудил?
- Как бы, да.
- А ты не мог бы подъемный кран прислать? Ты говорил у тебя есть.
- Так он у меня на руднике в джунглях – вырвалось почему-то. Хотя, чуть погодя посетила мысль, что крана у меня отродясь не было. Даже на руднике в 150 км от города. Но, видимо, голос полковника был настолько решителен, что отрицательными фразами отвечать было неуместно. – А что случилось?
- Да так. Потом расскажу. – Звонок на этом прервался. Экран смартфона показал три часа ночи.
Рука вернулась на прежнее место вместе с продолжением сна. Ненадолго, однако. Телефон опять вырвал из цепких объятий морфея.
- А ты генералу не позвонишь? Пусть пришлет кого-нибудь с ключами от ограды на кругу Vodacom.
Генерала, начальника полиции Северного Киву, мы как-то обсуждали. В том плане, что я с ним знаком и иногда он помогает мне решать вопросы.
Опять же, внезапность повторного обращения и решительный тон полковника не давали в моменте осознать саму по себе абсурдность просьбы. В первую очередь, почему это у генерала должны храниться ключи от круга Vodacom? И как с этим связана необходимость подогнать кран? Рука непроизвольно стала шарить по тумбочке в поисках портмоне с визиткой генерала. Потом подумалось, зачем? … он же в контактах есть.
- Что таки произошло? Зачем тебе то кран, то генерал с ключами ?
- Ну, есть тут тема. Машину нужно с круга Vodacom вытащить. Пока банги полицаи не приехали.
Пазл по-прежнему был далек от финальной сборки.
- А поподробнее можно?
- Да тут, *самка собаки*, майор N, *падшая женщина*, бухой заехал в круг, доставать надо. Ты генералу звонить будешь ?
- Эээ … да … ну, как бы, время ночное … не совсем куртуазно будет …
- Ладно, понятно, - звонок опять прервался.
Настоящий полковник в стрессовой ситуации, особенно брутально-решительный полковник, каким определенно являлся старший группы РВН в MONUSCO, никогда не поддаётся панике, а вместо этого генерит поток вводных, которые нижележащие подчинённые призваны оперативно отрабатывать. Стороннему наблюдателю, не знакомому с механизмом эволюции военной мысли, может показаться, что он присутствует в ситуации полнейшей неопределенности, хаоса и беспорядочного перемещения людей и материальных ценностей. На самом деле, в это время сложная нейронная сеть в голове начальника всецело целеустремлена на решение текущей стратегической проблемы. И исходящие из неё вовне импульсы вполне себе системно управляют сложным военным механизмом.
Можно представить, сколько нелогичных на первый взгляд команд получили офицеры-россияне, которые в ту ночь имели счастье квартировать в Русском доме в Гоме. Если даже мне, штатскому, две особой гениальности идеи успели прилететь в течение пятнадцати ночных минут. Нельзя исключать, что офицерам в Киншасе, Лубумбаши и в других удаленных пунктах дислокации тоже не довелось безмятежно спать в эту ночь.
Меня ему, в самом деле, удалось не по-детски встряхнуть. Как-то рефлекторно вернулся в состояние строевого офицера, готового из фазы полусна приступить к исполнению приказа, параллельно придумывая годные отмазки, чтобы соскочить. Это я-то, которому служба давно не снится, у которого здесь титул верховного музунгу шеферии Бвито, две тысячи душ крестьян и право первой ночи. А местные военные и полицаи обращаются ко мне не иначе, как mon Colonel. Однако ж, встрепенулся, как старый боевой конь при звуке полковой трубы и, пренебрегая текущим высоким статусом, поневоле дал втянуть себя в эту изумительную историю.
Уснуть толком так и не удалось. Ближе к шести, с рассветом, решил самолично проинспектировать место происшествия. Благо, до круга было минут десять ходьбы.
Злополучный автомобиль стоял уже вне ограды на обочине. Рядом с ним стоял майор – виновник всей этой ночной турбулентности. Всем своим видом напоминая малолетнего персонажа известной картины «Опять двойка». И левое ухо у него было опухшим и красным. Хотя могло и показаться – в Дисциплинарном уставе нет такого наказания, как выкручивание ушей или прямой хук в область их крепления к черепу. Однако, находясь в юрисдикции ООН, в условиях, приближённых к боевым, старший начальник вполне себе мог позволить расширенное толкование отдельных статей ДУ ВС РФ.
Сам полковник был сух и сдержан. Немой укор в его глазах, вопреки внутренней установке на сопротивление психологическим манипуляциям, провоцировал в душе острое чувство вины за непоставку автокрана и неразбуженного в три ночи генерала.
Однако ж, всё и так само собой разрешилось. Незадолго до меня с рассветом пришел дворник Vodacom и разогнал всех метлой открыл калитку своим ключом.
Далее довелось услышать историю, достойную голливудской экранизации в стиле блокбастера «Форсаж». Майор N, известный весельчак и повеса, поехал накануне на традиционную субботнюю вечеринку в уругвайском батальоне, который дислоцировался в районе международного аэропорта. Из всех ооновских party уругвайская была самая крутая. Латинскую экспрессию и темперамент удачно дополняло присутствие лучших гетер города Гома, которые каким-то образом умудрялись просачиваться на режимный объект.
Сам неоднократно посещал это мероприятие, потому имел неплохое представление о царившей там атмосфере раскованности и безудержного веселья. С проникновением в расположение батальона на гражданском автомобиле с попутчиками проблем не было. Начальником штаба URUBATT оказался старый знакомый по миссии MINURSO. В 2004 году мы с ним были соседями по кельям слипера в тимсайте Мабас. Тогда он был капитаном, а теперь уже целый подполковник. На КПП батальона латиномовный солдат спрашивал: Coronel ruso? и, получив утвердительный ответ, отдавал честь и давал добро на мирный проезд.
Так вот, майор тем вечером разгулялся не на шутку. Лимитов на потребление беспошлинных горячительных напитков там сроду не водилось. Поэтому, наш герой, покидая вечеринку уже за полночь, был весел, бодр, видел цель и не видел препятствий.
Дорога в Русский дом пролегала через круг Vodacom. И если сам круг и дальнейший отрезок пути до дома имели очень недурной асфальт, то подъезд со стороны аэропорта был сформирован потоками лавы с последнего крупного извержения вулкана в 2002 году, имел весьма нерегулярный профиль и к тому же располагался где-то на полметра ниже плоскости круга. Стало быть, заезд на круг представлял собой изрядной крутизны трамплин. Автомобили обывателей негеройского склада души имели обыкновение с большой осторожностью взбираться на это рутинное для города Гомы препятствие. Но наш пассионарий, не тратя времени на существенно удлиняющее путь домой круговое движение, разогнался по максимуму и взлетел ввысь в лучших традициях экстремальных автошоу. Накопленной кинетической энергии хватило на полёт над двухполосной проезжей частью, на преодоление метровой высоты ограды и мягкое приземление на траву внутреннего сквера. Траектория полета длиной в 30 метров при этом была рассчитана максимально удачно, потому что при приземлении удалось избежать столкновения с кубической бетонной конструкцией справа и мачтой освещения слева. Был бы трезвым – наверняка убился бы, а так, заправленный текилой и включившийся в голове майора в момент поворота ключа зажигания автопилот, чётко проложил курс ровно посредине искусственной узкости шириной не более трех метров.
На этом этапе наш герой слегка подрастерял былой кураж, не в силах придумать способы выбраться из мышеловки без причинения ущерба муниципальному имуществу. Двустворчатая калитка в ограде была закрыта на замок, а подходящего трамплина для спасительного прыжка наружу более не находилось. Исчерпав все варианты, майор таки решился набрать номер старшего, который определенно видел уже не первый сон, и максимально бодрым голосом изложил суть сложившейся ситуации. Свидетелей этого телефонного разговора не нашлось, изведать первичную реакцию полковника не представляется возможным, но вообразить легко. Проступок майора, получив огласку, тянул на скрупулёзный разбор полётов (в прямом смысле слова получается) в штабе миссии и мог серьезно запятнать в целом безупречную репутацию российского контингента. Поэтому, было крайне важно решить вопрос максимально келейно и максимально оперативно, пока на неопознанный летающий объект не наткнулся патруль бангладешской военной полиции.
С этого момента и началась непрерывная работа военной мысли по генерации вводных, хотя бы одна из которых должна была обеспечить решение весьма нетривиальной задачи. К трем часам ночи внутренний процессор полковника добрался до ячеек ОЗУ, в которых хранился мой профиль, и я получил тот самый странный запрос на поставку крана. А далее ещё один, ещё более странный, на предмет поднятия по тревоге полиции провинции Северное Киву.
Всё сложилось в конце концов относительно благоприятно. Особых санкций к майору, в масштабах штаба миссии, вроде как, не применялось. Выходцам из чудной во всех отношениях страны Бангладеш, по всей видимости, зафиксировать нетрезвое ДТП не довелось.
Правда, от пристального взора широкой городской общественности данный инцидент не ускользнул. Тем же днём сюжет на тему противоестественного поведения ооновского автомобиля вышел на местном ТВ-канале Mishapi. Есть там вечерняя новостная передача с юмористическим уклоном, которую ведут ряженые комики в огромных очках на пол лица. Они и показали видео, которое запечатлело круг в утренних сумерках и стоящее внутри белое транспортное средство с отлично читаемыми черными буквами UN. Кто-то успел зафиксировать конфузный момент до того, как виновник торжества самостоятельно покинул пределы ограды. Трансляцию комики сопровождали смешными, судя по их ужимкам, комментариями на суахили. Кухарка, срочно призванная с кухни, успела перевести пассаж о том, что в MONUSCO появились на вооружении летающие внедорожники, управляемые доблестными русскими асами.
Оглядываясь с высоты прошедших с тех пор лет и размышляя о нынешней непростой военно-политической ситуации, приходит осознание того, что российский офицер – это особого склада индивид, чьи непотребные на непрофессиональный взгляд обывателя качества могут быть изрядно полезны и востребованы на фронтах необъявленной, но вполне себе реальной войны. Можно представить, какой фурор в стане врага мог бы произвести летающий на «Ниве» командир батальона. А уж брутально-решительному полковнику с его передовой нейронной вычислительной сетью самое место в высоких штабах, как минимум, уровня армии. Хотелось бы видеть его сейчас генералом. Употребив его когнитивные способности, возможно, удалось бы избежать волшебных деэскалаций и изумительных по красоте перегруппировок … хотя бы на отдельных оперативных направлениях. Да и в мотивации на ратные подвиги отставных старших офицеров, которые непременно будут потревожены в рамках грядущих мобилизаций, ему, как видится, равных сыскать проблематично будет.