- Как же я соскучился по тебе, малышка! – довольно улыбнулся Кирилл, едва Вера села к нему в машину. Она в ответ тоже улыбнулась, но ничего не сказала. Да и что ей говорить? Врать, что тоже скучала или сказать правду, что ей абсолютно всё равно? Девушка предпочла просто промолчать, дав собеседнику возможность самому додумать, скучала она или нет.
В какой-то степени Вера даже была рада, что она одна, без семьи и друзей. Эту её связь с Кириллом никто бы не поддержал. Хотя кто знает родителей? Они уже один раз не поверили ей, чем вызвали удивление, разочарование и обиду. Так, может, они поддержали бы интрижку с женатым мужчиной? Но сама она ещё несколько лет назад была уверена, что до такого никогда бы не опустилась. И Дане с Кариной она доверила и даже мысли не могла допустить, что они сойдутся у неё за спиной.
У Веры было много времени на размышления, пока она была под следствием. Много раз она строила догадки, почему Карина с ней так поступила. Да и в целом, зачем девушки встречаются с женатыми мужчинами? Ответа тогда Вера не нашла. Но сейчас, сидя рядом с Кириллом в машине, она подумала, что он для неё удобен. А отсутствие каких-либо чувств делало эту связь просто приятным времяпрепровождением. Несколько раз она хотела пробудить в себе совесть, пытаясь представить, каково будет жене Кирилла узнать о его изменах. Но совесть не проснулась. Внутренний голос Веры просто кричал, что не она соблазнила Кирилла, а тот сам искал себе развлечения на стороне. Не она, так другая.
- Я купил загородный дом, – похвастался Кирилл, лихо выезжая из снежного месива. – Больше года искал! Не дом, а мечта!
- Круто, – ответила Вера.
- И мы сейчас едем туда.
- А жена?
- Она и дети пока о покупке ничего не знают. Это мой подарок семье на Новый год. Так что две недели до праздника он весь в нашем распоряжении!
Вера с трудом подавила усмешку. Как же это цинично прозвучало! Подарок семье, но сначала он как следует развлечётся в этом доме с любовницей. Впервые за всё время их знакомства, Вера почувствовала, насколько же Кирилл – противный человек. Она отчётливо представила его детей: сыновей восьми и пяти лет, которые лепят во дворе нового дома снеговика. Жену, обустраивающую их новое семейное гнёздышко, делающую его уютным. Только грязь, которую они с Кириллом оставят после себя, нельзя будет ничем отмыть.
- Останови, – сказала Вера.
- Что случилось? – спросил Кирилл и остановился.
- Я в твой новый дом не поеду, – спокойно заявила девушка.
- Не понял. Дом классный, тебе понравится! Да и надоело по гостиницам скитаться.
- Тебе не понять. Новый год на носу? Значит, самое время для перемен. Как насчёт того, чтобы тебе поискать новую любовницу? А ещё ты можешь начать уделять больше времени своей жене.
- Что за пафосные слова, – поморщился Кирилл. – От тебя я этого никак не ожидал! Давай, скажи ещё, что либо я развожусь, либо мы больше не увидимся.
- Зачем мне такое говорить? – искренне удивилась Вера.
- Как зачем? Женить меня на себе вздумала! Не выйдет! Есть у меня одна жена, с меня хватит.
После такого заявления, у Веры уже не получилось сдержать усмешку. А потом она и вовсе расхохоталась. Смех у неё был таким же холодным, как и выражение давно потухших глаз.
- Замуж? За тебя? Нет уж, увольте!
Кирилл с шумом выдохнул воздух, нахмурился, а потом ехидно протянул:
- Ты не перегрелась, малышка? Что за сцены ты мне сегодня устраиваешь? Заканчивай уже этот спектакль и поехали. У меня не так много времени, чтобы выслушивать твои истерики.
- Даже не знаю, как тебе сказать, чтобы ты понял? – пробормотала Вера. – Мы с тобой прямо сейчас заканчиваем наши отношения. Если их, конечно, можно так назвать. Всё. Точка.
- Что? Ты с ума сошла? Кто так делает? Могла бы вчера сказать! И куда мне девать кураж? Настрой? Нет, я с тобой совершенно не согласен! Мы едем загород и точка! А завтра катись на все четыре стороны!
- Мне всё равно, согласен ты или нет, – фыркнула Вера, открывая дверь машины. – А кураж и настрой потрать на жену! Что она у тебя, для мебели, что ли?
- Вера! – воскликнул Кирилл, вслед за ней выскакивая из машины. – Если ты сейчас уйдёшь, я тебя уволю!
- Ладно, – согласно кивнула девушка и пошла в сторону дома. Благо далеко уехать они не успели. Кирилл ещё что-то прокричал вслед, но Вера его слов не расслышала. Она была рада, что так получилось. Сейчас у неё была слишком большая нагрузка и от одного из заказчиков следовало отказаться. Кирилл сам легко и быстро решил этот вопрос, и Вера была этому рада.
Она ни разу не остановилась, не обернулась, а просто шла, ощущая привычную пустоту внутри. Ей вдруг захотелось почувствовать что-то настоящее! Чтобы после ссоры появилась потерянность, боль, а при встрече чувствовать, как сердце радостно ухает в груди. Но не было ни-че-го. Ни боли, ни обиды, ни разочарования. Даже сочувствия к жене Кирилла не было. Но тем не менее Вере захотелось, чтобы их семья въехала в чистый дом. Правда, Вера подозревала, что она не единственная любовница Кирилла, так что гарантии, что он не приведёт туда другую, не было.
«Зато это буду не я, – подумала девушка, заходя в свой подъезд. – Я же сразу сказала: никаких встреч дома! Только на нейтральной территории. Но нет, потащил меня в дом, купленный для своей семьи! Пусть с другими делает что хочет, главное, моя совесть будет чиста. Совесть! Какое слово громкое… Вот жила я всю жизнь по совести, и что получила? Обвинение и предательства».
Дома Вера плюхнулась в кресло, но зажигать свет не стала: ни верхний, ни торшер. Она сидела в темноте и наслаждалась ею. Словно она и сама стала её частью. Девушка вдруг поймала себя на мысли, что было бы здорово, просто взять и раствориться во тьме. Здесь её никто не увидит, не осудит, не достанет.
Рассчитывая провести вечер вне дома, Вера его освободила от работы и теперь и не знала, чем ей заняться.
«Может, посмотреть фильм? Или сериал новый начать?» – но от размышлений её отвлекло сообщение. Это Николай скинул список документов, указал, где можно получить выписки, и предложил встретиться послезавтра в МФЦ. Вера ответила согласием, встала, включила свет и распахнула дверцы шкафа. Теперь она знала, чем займётся: будет собирать вещи.
Последний раз Вера перебирала шкафы ещё до своего ареста. Вернувшись домой, она просто складывала свои вещи на освободившиеся от вещей Дани места. Неряшливость никогда не была чертой её характера. Она делала уборку, но шкаф трогать не хотела. Казалось, что его содержимое – часть какой-то другой жизни. Не её жизни.
Для начала Вера достала с антресоли большой чемодан, а с кухни принесла мешки для мусора. Вздохнув, она взяла стопку вещей с верхней полки и принялась перебирать. Раньше она там держала свою сезонную одежду, но сейчас Вера увидела в одной из стопок несколько вещей Дани и очень этому удивилась.
«Я совершенно точно их сюда не складывала, – размышляла девушка, разглядывая дорогую рубашку, подаренную ею на их последний Новый год. Здесь же была футболка, которую Даня купил во время отпуска в Турции. – Зачем он переложил их сюда? Неужели специально сделал «заначки», чтобы был повод нервировать меня своими внезапными появлениями? Тогда понятно, каким образом ему всё время нужно забрать что-то забытое! Нужно прекращать эту эпопею. Пусть дома сидит, жене помогает. Карине, всё же, рожать скоро».
Вера равнодушно швырнула найденные вещи в мешок для мусора, решив, что местные бомжи оценят обновки. И почти все собственные вещи отправились туда же. Она не могла на них смотреть и не хотела когда-либо надевать. Закончив с верхней полкой, Вера села на пол, прислонилась к стене и закрыла глаза. Теперь мысли её были далеки от шкафа и хранившихся в нём вещей.
Карина беременна.
Каким образом она удерживала себя так долго от этой мысли? То, что пару лет назад причинило бы ей неимоверную боль! Сейчас же эта новость отзывалась ощущением лёгкой горечи во рту. Неприятно, но вполне терпимо.
Вера вспомнила, сколько тестов на беременность купила, с какой надеждой делала каждый. Вспомнила, как пошла к врачу, потому что за год попыток она так и не забеременела. И вердикт врача, что детей у неё, скорее всего, не будет.
- Мы не ставим на вас крест, – произнесла Зоя Денисовна, один из лучших гинекологов их города. – Не оставляйте попыток. Я вам прописала витамины…
- Они помогут? – с надеждой перебила ей Вера.
Женщина сделала паузу, а потом продолжила давать рекомендации, так и не ответив на вопрос пациентки. А через две недели её арестовали. И жизнь уже никогда не будет прежней. Но только у неё.
«И почему такая несправедливость? – в который раз подумала Вера. – Вот Даня: зарабатывал мало, фактически жил на мои деньги, изменял мне. И что теперь? Пошёл на повышение, хорошо зарабатывает, счастлив с новой женой, ждёт ребёнка. А я? Работала не покладая рук, заботилась о муже, родителях. Была активисткой, улучшала жизнь нашего дома. Добилась установки фонарей, укладки асфальта. Выбила нам детскую площадку и парковку. Ни с кем не ругалась. И где я сейчас? Меня все ненавидят, и я абсолютно одна. Вот она справедливость в деле».
Вера встала, потянулась и вернулась к работе. Со стороны девушка походила на робота: никакие, даже самые грустные или страшные мысли, не могли выбить её из привычно-равнодушного состояния. Шкаф в комнате Вера разобрала очень быстро, набив битком три больших мусорных мешка. На каждой полке она нашла по несколько «приветов» от Дани. Все они отправились в мусор вперемешку с одеждой из её прошлой жизни. А большой чемодан, с которым девушка собиралась отправиться в новую жизнь, не наполнился даже наполовину. Вера горько усмехнулась: раньше, собираясь в отпуск, она не знала, как уместить сюда «самое необходимое». Теперь она не знает, чем ещё его заполнить. Девушка вымыла пустой шкаф и решила, что оставит его здесь. И всю мебель. В новую квартиру она постепенно купит новые вещи. Или воспользуется тем, что оставят хозяева.
Раньше Вера была крайне брезглива к чужой мебели. Но Аристарх Вениаминович и Зинаида Борисовна казались ей людьми опрятными, уютными и даже немножко родными.
Вера отнесла мешки к двери и хотела заняться шкафом в прихожей, но, бросив взгляд на часы, ахнула: на дворе уже стояла ночь. Девушка оделась и оттащила мешки к мусорке в соседнем дворе. В их доме был мусоропровод. А у соседей местные бомжи возле мусорных баков организовали для себя «коробки пожертвований» и местные жители скидывали в них одежду, кое-какую еду, пустые бутылки.
Закончив с работой, Вера приняла душ и устроилась в кровати с книгой. Она читала до тех пор, пока глаза не сомкнулись, и она не уснула. Девушка часто засыпала с книгой в руках: такая у неё появилась привычка. Может, так она создавала ощущение, что не одна?
Вера любовалась клумбой под окном, даже не пытаясь понять, где находится. Она чувствовала гармонию с этим местом до тех пор, пока неприятный и резкий звук не проник в её сознание.
Открыв глаза, девушка не сразу поняла, где находится и что происходит. Остатки сна покидали её постепенно. Наконец, Вера поняла, что кто-то настойчиво звонит в дверь. Она кинула взгляд на часы: половина второго ночи! И кому понадобилось её будить?
«Может, Кирилл напился и приехал, – подумала девушка, накидывая на себя халат. – Бывало раньше такое».
Но она не угадала. На пороге стоял Станислав Олегович. И выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
Не забывайте ставить лайк и писать комментарии!