Меня часто ругают нечуткие люди, что я плохо владею русским языком. А чуткие понимают, что я себе ставлю почти непосильную задачу: выразить невыразимое, что есть процесс, параллельный с выражением невыразимого автором произведения искусства, к которому я приобщился незадолго до своей попытки выразить то же, что и он. Он что-то лепетал на свой лад, а я, подумавший, что постиг этот лепет, лепечу то же, мол, на свой лад. И делаю это в надежде, что мой лепет будет более внятен для широкой публики. Ну, не той, разумеется, её части, которая ругает меня за плохое владение русским языком.
Лепет пойдёт о словесной части музыкального видео клипа «Пливе кача» Акима Апачева и Дарьи Фрей.
Перед цитированием текста, которое я не планирую анализировать, я выдам синтез из этого неосуществлённого в словах анализа. Ибо я не знаю, - по крайней мере, в эту секунду, - почему у меня второе (явное) родилось из первого (неявного).
Итак.
Человечеству (homo sapiens sapiens) как таковому около 100 тысяч лет. Оно появилось где-то в Кении. И часть его из Африки ушла через сколько-то десятков тысяч лет. Ушла через Баб-эль-Мандебский пролив на Аравийский полуостров и дальше через Ормузский пролив в Иран и Индию и дальше всё по берегу Индийского океана до Индокитая и в Китай. И где-то около 75 тыс. лет назад в Индонезии, на острове Суматра рванул страшнейший вулкан Тоба. Все люди западнее его вплоть до Африки погибли. Выжила маленькая группа в Китае.
И из неё-то и произошло всё неафриканское человечество. И, наверно, тогда родилась глубокая мысль, аналогичная словам, что люди хранимы богом. Он на них хоть иногда и серчает и убивает, но не всех напрочь. И даёт людям возродиться. Вновь и вновь.
Вот подобное настроение я нахожу в клипе «Пливе кача». Катастрофа – это вспышка нацизма на Украине. Она грозила уничтожением донбассцев как таковых. И те бешено огрызались, с февраля 1922 года – с помошью России. И в Мариуполе нацисты были морально готовы всех местных жителей уничтожить, используя их щитом при обстрелах. И местные, и наступающие на нацистов были в крайности чувств от такой тактики боя. А был КТО-ТО, кто смотрел на всё это философски, имея в виду, что на свете так как-то устроено, что все – не погибают. И вот песня колеблется от такой вот философской отстранённости к крайности чувств и обратно.
Я при цитировании философскую часть дам прямым жирным шрифтом, а вспыльчивую – косым жирным шрифтом.
Кача – утка.
Немовлято – младенец.
Руш – иди.
Выроком – приговором.
Полум'ї – пламени.
Загарматило – зашумело.
Мороком – мраком.
Травень – май.
*
Пливе кача, дівки хороводять
В Азовсталі демонів хоронять
Серед степу палахала хата
Богоматір родить немовлято
.
Хто там старший серед полонених?
Руш попереду руки за голову
Розгорнися, сiдай, дозволено
Є розмова с холоду в полум'я
.
Вісім років минуло вироком
Що тепер мені скажеш Іроде?
Де ховати вас всіх могилами?
Шо робитимуть ваші сироти?
.
Я стояв тут, стою тут i досі я
Як тобi ця нова Новоросія?
Я не просив до вашого острову
Ти мене винудив пострiлом
.
В цьому полум'ї втратили розуму
Як тобі ці палаючi посліди?
Окривавлені досвідом
Чи ти встиг помолитися Господу?
.
Пливе кача, дівки хороводять
В Азовсталі демонів хоронять
Серед степу палахала хата
Богоматір родить немовлято
.
Понад морем сонце за хмарами
Чуєш ZOV - загарматило мороком
То калібри летять примарами
Лікарями українства хворого
.
Врачувати іде Україною
Чумний доктор зі своми рекрутами
В Азовсталі червоно калиною
Знову травень кровить Маріуполем
.
Моє місто Марії зі звичкою
Зустрічає Георгівськой стрiчкою
Богоматір зі свічкою
Дочекалася сина у відчаї
.
Роскажи тому ляху про москаля
Передай йому кожне слово
Це мій дім, це мій Крим, це моя земля
Я також забираю мову
.
Пливе кача, дівки хороводять
В Азовсталі демонів хоронять
Серед степу палахала хата
Богоматір родить немовлято
.
Пливе кача, дівки хороводять
В Азовсталі демонів хоронять
Серед степу палахала хата
Богоматір родить немовлято
2022
Интересно, что философский уклон взят у народной песни лемков «Пливе кача по Тисині» (речка такая в Закарпатье). Причём я выбрал для ссылки то исполнение, где нет в середине песни интонационной героизации погибшего парня. Тогда как песня эта была избрана в качестве реквиема по «небесной сотне» (кто из восставших был убит на Майдане в 20-х числах февраля 2014 года, убит, в частности, и своими, чтоб побольше стало ненависти при смене власти переворотом). Интонация героизации, конечно, лучше годится нацистам. Но я на неё не сослался, ибо нечего провокацию героизировать. А вот в варианте сплошь скучном контрастно противопоставляется песня лемков как выражение пессимистического философского ницшеанства, крайне разочарованного бессмысленностью, получается, жизни как такой. Зачем жил, если умер, и – ничего: что жил, что не жил. – Это (над Добром и Злом) ближе к теперешней западной цивилизации, обуянной сатанизмом (хорошо, что Зло сильнее Добра).
Гей, пливе кача по Тисині,
Пливе кача по Тисині.
Мамко ж моя, не лай мені,
Мамко ж моя, не лай мені.
.
Гей, залаєш ми в злу годину,
Залаєш ми в злу годину.
Сам не знаю де погину,
Сам не знаю де погину.
.
Гей, погину я в чужім краю,
Погину я в чужім краю.
Хто ж ми буде брати яму?
Хто ж ми буде брати яму?
.
Гей, виберут ми чужі люди,
Виберут ми чужі люди.
Ци не жаль ти, мамко, буде?
Ци не жаль ти, мамко, буде?
.
Гей, якби ж мені, синку, не жаль?
Якби ж мені, синку, не жаль?
Ти ж на моїм серцю лежав,
Ти ж на моїм серцю лежав.
.
Гей, пливе кача по Тисині,
Пливе кача в по Тисині.
23 декабря 2022 г.
