Предыдущая часть – здесь.
Москва. Коммерческая клиника (по правилам Дзен, я не могу написать название, чтобы это не выглядело, как реклама. Или антиреклама). Поэтому буду называть её просто – клиника.
К приезду мамы я подготовилась и примерно представляла, что ей нужно. Основная проблема была в том, что по брюшине мамы стремительно расползались метастазы – канцероматоз. Химия в капельницах уже не работала, зато могла помочь внутрибрюшная химиотерапия.
Если коротко, во время операции хирургически удаляют крупные опухоли, а затем в брюшную полость заливают нагретый до 42-43 °C препарат, который должен убить мелкие и незаметные глазу метастазы.
Операция тяжёлая, сложная и дорогая. Особенно по белорусским меркам. Озвученная в нескольких клиниках сумма: миллион рублей, казалась мне какой-то фантастической.
На сайте клиники, которую я в итоге выбрала, указанная стоимость операции (250000-300000 без учета расходников), была приемлемой.
Забегая вперёд, скажу, что во время визита мне назвали абсолютно другую цифру (да-да, миллион), а на странице клиники до сих пор висит информация про 250-300.
Конечно, я догадывалась, что не может быть у всех миллион, а в одном месте – 300. Чуть позже обратила внимание, что и в некоторых других клиниках на сайте написано одно, а говорят абсолютно другое. Потому что первоначальная цифра не включает расходники, а они стоят как сама операция (об этом я узнала позже).
На первичную консультацию мы записались к обычному врачу. Мне казалось, что если клиника может нам что-то предложить, любой специалист озвучит условия и не нужно переплачивать в 2 раза за то, что он профессор.
Врач посмотрела мамину выписку и подтвердила, что болезнь прогрессирует, а операция может помочь. Рассказала основную информацию, но подробную консультацию по ней мог дать только профессор (да-да, без профессора не обошлось). Свободного времени у него не было, но врач созвонилась с ним и попросила принять нас без записи в тот же день.
Возможно, им доплачивают за таких клиентов, уж больно быстро всё получилось. Но утверждать не буду.
Нужно было ехать в другое отделение. Времени с запасом, и я успела показать маме ВДНХ. Это одно из моих самых любимых мест в Москве, особенно летом: цветы, фонтаны, архитектура. Красота! Мама тоже оценила.
По пути загуглила профессора. Его опыт и регалии впечатляли, что не могло не радовать. Я немного успокоилась, и поддерживала маму: если такой специалист за тебя возьмётся, точно всё получится!
Нас приняли достаточно быстро. Профессор оказался строгим дядечкой и с ходу высказал недовольство, что, кроме дисков с КТ и заключением, у мамы ничего нет. Но после моего немного злобного ответа поспешил успокоить: – всё можно сделать у нас. Но, конечно же, платно. Коротко рассказал про операцию и я услышала уже знакомые расценки – миллион.
Меня тут упрекали в манипуляциях в тексте. О, на фоне слов врача мои просто меркнут. Это было что-то вроде: да, миллион, зато ваша мама будет жить. И не поспоришь же.
Миллиона у нас не было, но до операции было не меньше трёх месяцев. Маме предстояло сделать пункцию и биопсию (она приехала без стёкол), пройти несколько курсов химии (метастазы где-то, кроме брюшной полости, противопоказание к процедуре. А они были в почке и печени), затем обследование и только потом – операция.
Уже дома, на семейном онлайн-совете, мы стали подбивать свои сбережения: немного у родителей, немного у меня. Пообещали помочь родственники + наши зарплаты за несколько месяцев. Нам всё равно не хватало, но нужная сумма не требовалась сразу. 350 тысяч до операции, а остальное – в процессе восстановления. Мы решили рискнуть.
Врач был прав. Я готова была продать п*чку и собрать миллион, только бы мама жила.
Продолжение здесь.