Про оперотряд я, впервые, услышал от друга Женьки, который был меня на год старше. Надо сказать, что хоть Википедия (что взять с помойки?) пишет про комсомольские оперотряды, не разделяя их с обычными дружинниками, мы отличались. Формально, может, так и было, но по форме - совсем иначе. Вы сами сравните зачуханных дядек и женщин, после работы гуляющих толпой по самым светлым улицам, чтобы заработать отгул и пацанов от 17-ти до 24-х лет, ищущих приключений. Женька несколько лет, до прихода в отряд, занимался запрещëнным тогда кунг-фу. Собственно, он и нас, несколько человек тренировал во дворе, по зарубежным книгам. Помню чешскую, язык похож не сильно, но разобраться можно было. Никто из нас особых успехов не достиг, но кое-что в жизни пригодилось. Вот, прийдя в УПИ на Мехфак, он и вступил в оперотряд. Через какое-то время, ему, в четвëртый раз нос на бок свернули кастетом. Они дискотеку на Эльмаше курировали, а туда, как Женя утверждал, без кастета, даже девчонки не ходили. Ну а через год и я поступил, только на Теплофак УПИ. Сразу же записался в стройотряд, тогда это было модно и круто. Правда, нужно было выполнить кучу предварительных условий. В том числе и подежурить в оперотряде. Нам, в отличие от работяг, отгулы не давали, мы бонусы зарабатывали, в основном для ССО. Там разные были, кто-то в самодеятельности выступал, кто ещё где. Сразу скажу, оперотряд, в который я попал, действительно напоминал больше дружинников. Только патрулировали мы, по молодости, тëмные переулки. Кого задерживали - волокли в Пункт милиции, недалеко от вуза. Менты, правда, нами не очень довольны были. Они ведь в трезвак любили брать чуть покачивающихся, мы же их не трогали, зато упавших поднимали, чем усложняли жизнь участковым. Тем же ещё коллегам это добро сбагривать приходилось. В общем, никакой романтики, о которой Женька рассказывал. Поэтому, я стал больше дежурить с друзьями из Горного института, геофизиками. У тех движуха покруче была, даже, без меня правда, доставили в милицию пьяного чекиста, буянившего. Радость у ментов была небывалая, они с гэбешниками всегда, как кошка с собакой жили. А ещё мы стояли в оцеплении на Пасху. Храм при кладбище, а может кладбище при Храме. В центре города, территория огромная, глухого забора нет, только декоративный. Наша задача была - не пускать молодëжь на Всенощную и Крестный ход. Взрослых пускать, комсомольский возраст нет. Всю ночь дежурили, а наутро, частью отряда же, на сплав. Вот она - романтика!
А в своëм оперотряде, я последний раз отдежурил на Весне УПИ. Обычный присмотр за порядком там, где и так никто нарушать не будет. Помню, стало скучно, поехал домой поужинать. Ну а чо, всего несколько остановок на автобусе. А повязку снять забыл. Захожу такой - народ абонементы компостировать кинулся. Я подождал, снял повязку и сел, под неодобрительные возгласы толпы.
А в стройотояд я так и не попал. Но это совсем другая история.