В прошлом году мы издали прекрасную графическую биографию художника Хосе Муньоса и сценариста Карлоса Сампайо «Билли Холидей». Встреча Хосе и Карлоса будто была предопределена — сложно вспомнить столь же органичный и плодотворный творческий дуэт в истории девятого искусства. Оба родились в Аргентине, оба с детства увлекались одними фильмами и книгами, оба эмигрировали в Европу, не выдержав гнета политической диктатуры. Хосе изучал искусство рисованных историй под руководством комикс-легенды Альберто Бречии, работал вместе со своими кумирами — Уго Праттом и Эктором Остерхельдом; Карлос сочинял стихи, издавал журнал, зарабатывал на жизнь рекламой; но встреча этих двух творцов все перевернула и в то же время расставила на свои места в их жизнях.
Сегодня мы делимся с вами фрагментом интервью Хосе для The Comics Journal, в котором художник рассказал о знакомстве с Карлосом, истории создания графической биографии Билли Холидей и любви к джазу.
— Как вы с Карлосом познакомились? Вы знали друг друга в Аргентине или впервые встретились уже в Европе?
— Мы встретились впервые в 1971 году в аэропорту Буэнос-Айреса, провожая [аргентинского комиксиста] Оскара Зарате. А познакомились жарким летом 1974 года на побережье Каталонии, узнав, что будем вместе работать над комиксами.
— У вас с Карлосом немало как совместных, так и сольных работ. Кроме того, вы нередко сотрудничаете с другими авторами. Почему для работы над «Билли Холидей» вы решили снова объединить силы.
— Пожалуй, нам двоим вновь хотелось почувствовать экстаз совместной работы, когда порой казалось, что вокруг все оживает, дышит и думает… Работая вместе, мы постоянно разговаривали, слушали друг друга, смеялись, пугались самих себя; мы удивляли друг друга тем, что говорили, и тем, что находили в своих словах; мы трепетали, когда наконец находили лицо, идеальный взгляд, нить повествования, даже одно слово или тишину, которая значила намного больше.
— «Билли Холидей» — не прямая биография, а скорее дань уважения Леди Дэй и ее творчеству. Почему вы написали комикс именно о Билли?
— Мы, благодарные слушатели из южной оконечности Америки, были потрясены небесным совершенством Билли. Мы поняли, что ее голос вобрал в себя голоса многих других людей. Позже, сочиняя и рисуя комикс о [аргентинском певце, одной из главных фигур в истории танго] Карлосе Гарделе, мы ощутили то же самое: Гардель стал еще одним голосом народа. У меня в голове мгновенно возникла картинка: Буэнос-Айрос, 1933 год, Билли и Карлос поют в центральном патио — патио дома моего дедушки Антонио по материнской линии в Вилья-дель-Парке. Я держу ноты Холидей и Гарделя, черной девушки с севера и белого парня с юга.
— Прочитав книгу, невозможно не почувствовать, что вы с Карлосом большие поклонники джаза. Расскажите, как джаз повлиял на ваше творчество.
— Горячий джаз [джаз новоорлеанских пионеров второй волны] произвел на меня большое впечатление. Такое же большое, как танго, а может, и большее, потому что джаз был экзотическим, иностранным. Мне нравилась его энергия, изобретательность, мне нравились звуки плача и смеха, юмор и скрип иглы по виниловой пластинке. Еще мне нравились городская среда, которая породила биг-бэнды 1930-х и 1940-х годов, и красота аранжировок, и некоторые тексты песен. Позже Карлос рассказал мне больше о джазовых вселенных, группах и настроениях, царивших в 1950-е, 1960-е и 1970-е годы, а также о вкладе чернокожих музыкантов в размах и глубину местной и «белой» музыки всех Америк.
__________________________________
Полистать графическую биографию Билли Холидей и узнать о ней больше можно на нашем сайте.