Она красилась только на работу. Подводя ресницы и бровки. Чуть припудрив щёчки шла так на службу. Служила, как она считала, верно своему народу и каждого считала так же относящимся к ней. Служба в воинской части проходила на редкость ненавязчиво. Пришла, посмотрела на больных и убогих служащих солдат, померила температуру, улыбнулась, и курс терапии закончился. Закончился для больных, так считала Виктория Борисовна, медсестра медицинской службы войсковой части Уральского военного округа.
Улыбка её действительно лечила, но как наркомана от наркотиков тянуло ещё и ещё принять эту дозу улыбки. Долго не задерживаясь в госпитале, занималась рутиною заполняя ненужные формуляры и карточки больных. Думала что у неё все хорошо, дети накормлены, муж одет, и доволен ей. Так она думала, или хотела думать, а как было на самом деле.
Власти в семье у неё не было, муж стеснялся её простецкому образованию, это же смешно, год обучения и уже медсестра. Уважаемая медсестра, просто так слетело это уважение на даму средних лет. На работе зовут по имени отчеству, и сослуживцы и больные. Её самолюбие тешилось удовольствием подчинения от остальных. Ей хотелось другого, тайного унижения и подчинения мужчине. Жесткости в отношениях, и вниманию наглости. Давно она этого не ощущала, хотелось, как в тот раз получить от мужа люлей. Но того мужа уже не вернуть, он сгинул на счастья своей глупости. Она ожидала то что, если даст ему себя, то он поймёт её. Поймет её без мрачных разговоров и долгих обсуждений прошедших дней. Рожала ему детей, зная что не от него. Желая того что бы он узнал её подлость и избил как в тот раз. Мечтала и унижала мужа, конечно по своему втихую, не оглошая честно и открыто. Это втихую придавало ей жизненных сил и стойкости в быту. Позволив ему воровать, Вика мужика разполяла тем что пить он начал часто, тем самым разлагая его морально.
Он не знал её, как даму, она не хотела ничего знать про его внутренний мир. Жили в молчаливом согласии, устраивало это всех. Он воровал для семьи, она ходила улыбаясь всем кому не попадя. За улыбкой была страсть и страх. Кто она и что заслуживала, знала. Состояние угнетения сжигало ее изнутри.
Часто после работы, занимаясь уборкой, представляла ползущую себя после избиения. Где то под забором и грязи обезсиленную и униженную забирает её муж, а она в слезах все ему рассказывает. Какая она подлая, врушка, тайны свои выносит на показ и позор и позор ей.
Проба пера.
Пока так.