Война – самое жуткое слово в лексиконе современного человека. Война — это то, чего люди по-настоящему боятся, то что делит многие судьбы на до и после, то, что уносит жизни близких людей и перемалывает их тела в мясорубке геополитики. На протяжении всей истории велись войны, всегда они были жестоким и кровавым предприятием.
По прошествии нескольких месяцев после начала боевых действий, в обществе наблюдается такой феномен, как «усталость от войны», тоже самое происходит в окопах. Солдаты, утомленные постоянными боестолкновениями, уже не так рьяно идут в бой, как в первые месяцы после объявления войны. Ко многим в такие моменты приходит понимание, что по ту сторону находятся не только враги, но и такие же люди, испытывающие те же неудобства от сложившейся ситуации. Эти люди так же боятся смерти, их ждут дома и многие из них так же вынужденно оказались на поле боя.
В условиях позиционной войны стран Антанты и Германской империи на Западном фронте Первой мировой войны рождается феномен «Рождественского перемирия». Так, за несколько дней до начала католического рождества в 1914 году, английские и германские солдаты на некоторых участках фронта обменивались поздравлениями, сидя в окопе. Они пели рождественские песни друг другу и желали скорейшего возвращения домой, к семье (так как об окончании войны особо не покричишь в окопе).
Подобная практика стала итогом периодических вылазок за линию окопного ряда, чтобы подобрать раненных воинов после бесчисленных стычек. Находясь в непосредственной близости друг от друга, солдаты противоборствующих сторон избегали боестолкновений, осознавая, что не смогут забрать товарищей, открыв огонь по врагу, и лишь пополнят ряды павших. Периодические встречи солдат на затухших полях сражений в окружении десятков трупов, видоизменяло восприятие противника, ведь по ту сторону окопов бойцы так же заботятся о товарищах и так же не хотят сами погибать.
В рамках предпосылок рождественских перемирий не лишним будет рассмотреть диспозицию линий обороны на Западном фронте. В течении первых месяцев войны наступление Германской империи шло без осложнений, естественно, солдаты ликовали, и никто не мог даже представить, что конфликт затянется на четыре долгих года. Германская машина поломалась на подходах к Парижу. После битвы на Марне в сентябре 1914 года, немцы были вынуждены отступить к долине реки Эна, где возвели оборонительные рубежи. Контратака солдат Антанты также захлебнулась, и война на этом участке фронта перешла из активной фазы в позиционную. Тоже самое происходило и на севере, множество коротких стычек не давали существенного преимущества ни одной из сторон, поэтому армии все больше старались укрепляться. Таким образом, линия боевого соприкосновения перестала двигаться, перейдя в окопные перестрелки и периодические вылазки. Траншейные линии простирались от холодного побережья Бельгии на севере и до высоких гор Швейцарии на юге.
Территория между траншеями называлась «ничейной землей», там и покоились павшие солдаты после неудачных вылазок. В зависимости от участка фронта, ничейная земля разнилась по площади от 90 до 275 м. Негласное соглашение о молчании пулеметов во время поиска раненных и забора трупов, стало первым шагом к осознанию человечности в каждом из двух непримиримых врагов.
В канун рождества 1914 года немецкие солдаты, окопавшиеся у города Ипр в Бельгии, украсили свои окопы еловыми ветками и зажгли свечки на внешних столбах укреплений. К полуночи из немецких окопов доносились рождественские колядки, британцы ответили им тем же. Затем германские солдаты поздравили своих противников громким: «A happy Christmas to you, Englishmen!» (счастливого Рождества вам, англичане!) и услышали в ответ: «Same to you, Fritz, but dinna o’er eat yourself wi' they sausages!» (и вам того же, Фрицы, только не объешьтесь сосисками!).
Видимо, британцы непрозрачно намекнули, что хотели бы попробовать немецкие сосиски на вкус, так как после этого случая предпринимались походы на ничейную землю групп английских и германских солдат. На нейтральной линии враги на несколько часов становились приятелями, обменивались продуктами питания, алкоголем и маленькими сувенирами, показывали фото своих близких, рассказывали о доме, семье. На некоторых участках фронта такое перемирие продолжалось вплоть до Нового года.
Не секрет, что высшее командование обеих стран было не в восторге от временных перемирий, страны находятся в войне, а солдаты братаются с врагом, и как теперь заставлять их идти в атаку? Основной инструмент военной пропаганды – обесчеловечивание противника, а в случае с Рождественским перемирием, такой прием уже не работал. Из высоких кабинетов посыпались репрессии и многочисленные перемещения бойцов с «подружившихся» участков фронта на самые жестокие.
Тем не менее, солдаты не торопились отказываться от возможности краткосрочных Рождественских перемирий, надеясь хотя бы на мгновение вернуться к нормальной жизни, где не приходилось оглядываться по сторонам, страшась попасть под огонь пулемета. В 1915 году попытки к перемирию на Рождество активно пресекались, но несмотря на это, подобные прецеденты были, как и в последующие годы. Наказания становились все жестче, доходило даже до расстрелов.
Но и это еще не все, для того, чтобы исключить любую возможность рождественских перемирий, аккурат в сочельник обе стороны начинали артобстрелы. У этих обстрелов была интересная особенность, противник заранее знал, куда будет наноситься удар и убирал отряды с этих позиций, такая вот интерпретация «итальянской забастовки» солдатами.
На мой взгляд, наиболее ярко описан феномен Рождественского перемирия в письме канадского солдата Рональда Маккинана, повествующего матери о своих последних днях в окопах, приведу отрывок:
У меня было вполне хорошее Рождество, я полагаю, потому как я был на линии фронта. Канун Рождества был довольно жёстким, часовые ходили по бёдра в грязи, конечно… У нас было перемирие в день Рождества, и наши немецкие друзья были довольно дружелюбны. Они подошли к нам, и мы обменивали мясные консервы на сигареты
Простой, солдатский слог, ничего лишнего, но сколько удивления, дружелюбия и радости читается сквозь строки. Рональд Маккинан был убит 10 апреля в битве при Вими-Ридж, но его строки трогают душу до сих пор.
Война меняет человека до неузнаваемости, это жестокий пир смерти, пожинающий молодых людей, еще не попробовавших жизнь на вкус. Они кладут на жертвенный алтарь свои судьбы за чужие интересы, дворцы, дирижабли и обогащение правящих элит. И как прекрасно, что посреди выжженной ничейной земли, между траншеями могут вырастать прекрасные цветы Рождественского перемирия, несмотря ни на что.
Поздравляю с Рождеством всех европейских и американских читателей канала!
Передаю привет моему подписчику Максиму Потапову и лучи добра за предложенную тему!
Благодарю вас за прочтение статьи. Если хотя бы разок-другой улыбнулись в процессе, ставьте лайк и обязательно подписывайтесь на канал, здесь вас ждет много интересных нескучных историй!