Гарсиа Маркес нервно накручивает волос.
«Сто лет одиночества» — «Мурзилка» против моего названия.
ДЕВЯТЬ ЛЕТ ДЕКРЕТА
Срок, который отмотала от первого крика сына до первой воспитательницы дочки.
В 2013 я не знала, что мыть пол каждый день и замораживать цветной лёд для уличных замков — побочка первого ребёнка.
Тащить одной рукой орущего двухлетку, а второй машину-каталку через полгорода — стратегическая ошибка.
Ибо нех.. нерационально уходить так далеко от дома без коляски в период экзистенциального кризиса.
Матвей драил спиной полы в магазинах.
Просыпался в слезах, плохо спал.
Перенес болезнь и операцию.
Истерики были чаще соплей.
Он плохо ходил в детский сад, ел только пюре и подарил мне титул «Терпеливая мать»
Полина была спокойна с первых минут.
Я выдохнула.
Год-полтора родня умилялась хрупкой принцессе со взрослыми глазами.
Оказалось, артистка любит солировать.
Мудро выжидала, пока брат перешагнет в нежный возраст, чтобы громко заявить о себе. Когда она кричала, взрывались сигнализации машин.
Не любила встречать в коридоре соседей. Прям неловко. Хотелось оправдаться «Это просто бананы вчера закончились»
Я перестала убираться.
Варежки жили под обеденным столом, а кукла в холодильнике.
Я была то мамой, то «покупателем».
Роли менялись быстрее, чем погода в Питере:
— Покупатель, притворись мамой. Мама, достань коробку со шкафа. Всё, притворись покупателем.
— Можно мне уже притвориться человеком и поесть?
В приступы нежности она говорила «Люблю маму, папу, Матвея и СЕБЯ!»
Не дочь, а статус ВКонтакте: «Трудно быть хорошей, когда ты лучшая».
Бог материнского выгорания чихнул на отдел образования, и в три сад Полине не дали.
Ещё год я покупала пластиковые огурцы.
Сегодня годовщина первого группового дневного сна. Я могу спокойно работать, учиться, даже поехать с подружками в баню и в магазин. Но эти 9 лет навсегда останутся самым тёплым уголком моей жизни.
«Если ещё один декрет не замаячит» — усмехнулся Бог разгульной жизни и стёр мой номер в своём телефоне.
