Были страны коммунистического лагеря, где тоже, как в России, многие страдали, где было много ужасных вещей, но они даже представить себе не могут того, что было здесь. И это связано не просто с историческим моментом. Это было связано ещё и с уникальным составом исполнителей: кто задавал тон и как. Это часто не было объективным, это было и субъективным. И поскольку в основном это была еврейская, или точнее иудео-большевистская революция, то хотим мы того или не хотим, долго, очень долго, а в чём-то до конца советской власти тон задавали именно люди еврейской национальности со своим специфическим нехристианским менталитетом. Очень многое объясняется, когда внимательно, совершенно беспристрастно, научно изучаешь, скажем, иудаизм, как старый, так и современный. Тогда многое в том, что здесь происходило, становится ужасно узнаваемо. Многие вещи нельзя понять без этих вопросов. Александр Исаевич Солженицын был совершенно прав, что он очень осторожничал в своей замечательной книге «Двести лет вместе». Он цитировал только еврейских авторов, их словами говорил о евреях. Понятно, что это было не всестороннее исследование. Но я считаю, что он правильно делал. Вопрос острый, вопрос не простой. Не всё здесь известно. Сейчас, конечно, стало известно значительно больше. Но нужно быть всегда осторожным, когда речь идёт о людях. Тем более, что среди евреев были люди, которые сами страдали от этой машины, которые вели себя благородно и честно. Но господствующий тренд, основная тенденция, к сожалению, была иной. Не случайно люди утверждают, что советская власть не удержалась бы, если бы не опиралась на еврейское население, особенно в первый период. И так было до конца 20-х годов, даже до конца 30-х, или до конца 80-х – мне трудно сказать. Но всё это было очень-очень сложно. Многие вещи у нас просто на глазах, если посмотреть на состав органов НКВД вплоть до конца советской власти, или идеологических органов, или в широком контексте идеологических, то есть кто реально влиял на массовое сознание, вплоть до искусства, кино, советских песен. Эти вещи не случайны. Просто нужно научиться говорить об этом вместе. Скажем, о евреях надо говорить при евреях. Когда говорят о евреях без евреев, я не очень доверяю таким разговорам. Потому что всегда легко всё свалить на одних евреев. И это будет неправда. Вы знаете, такие прецеденты есть – всё свалить или только на царя, или на церковь, или только на интеллигенцию, или только на евреев и так далее. К сожалению, большинство высказываний – пока такого рода. Поэтому надо об этом говорить, но иначе. Когда мы не говорим об этом, стесняемся, боимся кого-то обидеть – хорошо, что мы боимся обидеть! надо стараться никого не обижать! – но надо говорить то, что было, потому что это тоже не должно повториться. Конечно, это совершенно не освобождает все другие народы, включая русский, от признания той или иной своей вины. Но всё-таки роль евреев в революции была уникальной. Никто с этим сравниться не может, ни один другой народ. Это отмечено абсолютно всеми свидетелями, здесь не о чем вообще говорить. Это бесспорно. Просто надо понять причины и последствия этого. Я глубоко убеждён, без этого действительно нельзя понять революцию в России. Это одна из важнейших её характеристик.