Внезапная тишина накрывает меня ужасом. Боль. Началось. Это ледяное чувство.
Страх неопределенности. Грусть отчаяния. Робкие попытки понять, что происходит.
Ты безжалостен и тих. Это как говорить с тобой через залитое грязью окно. Вроде я вижу твой силуэт и знаю, что ты там, но грязь, налипшая на стекло, не дает разглядеть детали. Я не слышу тебя. Я кричу и бью по стеклу, но не знаю помнишь ли ты еще обо мне.
Тишина. Как искусно ты ей пользуешься. Ты держишь ее как копьё – уверенно и страстно. Ты садист, ты знаешь это?
Лучше бы ты проткнул мои соски рыболовным крючком, чем опять эта ненавистная тишина, свалившаяся на меня из ниоткуда и разрывающая мои внутренности.
Ты насилуешь меня тишиной. Систематично. Несколько раз в год. Каждый такой акт я помню дословно, до мелочей, до дрожи, до мурашек.
Действо всегда начинается одинаково. Ты крепко связываешь мне руки за спиной невидимыми веревками внезапности. Надеваешь на глаза черную непроницаемую повязку из неопределенности. Я остаюсь