С самого начала российское вторжение в Украину было сопряжено со стратегическими просчетами, с военной силой, которая была неподготовлена к конфликту, и логистическими проблемами, которые мешали Кремлю. В расследовании New York Times, подробно описывающем неудачи России на протяжении всего конфликта, история российской 155-й морской пехотной бригады является одним из самых ярких примеров неправильного принятия решений, которые определили вторжение. Согласно отчету, во время боевых действий военнослужащим морской бригады не хватало достаточного количества продовольствия, карт, жизненно важных медикаментов или портативных раций, и они были вынуждены использовать автоматы Калашникова 1970-х годов выпуска, при этом некоторым членам приходилось прибегать к использованию Википедии для поиска инструкций по использованию определенного оружия. В интервью "Таймс" несколько членов бригады рассказали газете, что некоторые из новобранцев имели мало опыта обращения с оружием и говорили о том, что у них было мало патронов для использования в бою.
Согласно отчету, их командиры изначально сказали участникам, что они не увидят боя. Но как только они стали свидетелями того, как их товарищи гибли вокруг них, когда украинские силы вели по ним огонь, они поняли, что им не сказали правды об их роли в конфликте. Российский солдат по имени Михаил, который в октябре стал свидетелем гибели многих своих товарищей близ украинского города Павловка, рассказал The Times, что из 60 членов его взвода 40 были убиты и только восемь человек избежали серьезных ранений. "Это не война", - сказал Михаил газете из подмосковного госпиталя. "Это уничтожение русского народа их собственными командирами". Президент России Владимир Путин продемонстрировал высокую степень доверия к вооруженным силам страны, когда начал вторжение в Украину в конце февраля. Но почти десять месяцев спустя Россия не смогла победить украинскую армию и оказалась отверженной и изолированной от Запада.