Как-то последнее время мне всё попадаются истории на, так сказать, производственную тематику. Не удержалась от искушения поведать о делах службы и коллегах и я.
Случалось ли вам, любезные читатели, быть свидетелями женских турниров? Многие из них проходят с нарушением всех мыслимых правил и с попранием некогда тёплых чувств между соперницами. Поводом для изнурительных побоищ чаще всего является присутствие в жизни дам мужчины. Одного на двоих. Такая вот несправедливость, требующая немедленного развязывания военных действий. Женский пол в таком случае следует буквально изречению, что в любви, как на войне, все средства хороши: бойцы пленных не берут и бьются в каждодневных схватках до окончательной победы, громя противника по всем фронтам, не щадя ни здоровья, ни репутации покусившейся на то, что каждая из двух считает законным трофеем. Какие уж тут правила? А никаких - победителю достаётся всё. Вернее, весь.
Не избежало такой внутривидовой борьбы за овладение предметом, источавшим тестостерон в непозволительном количестве и наше тишайшее кефирное заведение.
На ринг приглашаются начальница, у которой ещё не истёк гарантийный срок, и её подчинённая, выпускница специалитета.
В синем углу - дама солидных лет и положения, с видимостью счастливого брака и классического набора признаков обеспеченности - квартира, машина, дача. Вернее, две квартиры, две машины, дача, хоть и одна, но с годами ширится и хорошеет. И всё добыто "непосильным трудом".
Однажды впечатав свои мощные чресла в весьма поместительное ( с перспективой дальнейшего роста) директорское кресло, патронесса почувствовала себя в нём как дома и, облачив для удобства пышное от усиленного питания тело в толстовку, неумолимо и верно переняла старинную русскую манеру общения с подчинёнными в стиле "барыня и холопство".
Собственная порочность заставляет грандессу предполагать склонность в окружающих к разного рода гнусностям и ведёт к странностям поведения. Так, испытывая острую необходимость в скорейших физиологических отправлениях, начальственная особа, преодолев расстояние от кабинета до клозета в один прыжок, не забывает всякий раз, однако, запереть дверь на паскудство в виде амбарного замка. Ошалевшие от такого зрелища сослуживцы смотрят на то , как, выйдя из сортира, начальница оглядывает замок на предмет повреждений в её отсутствие и лишь затем вставляет в скважину визжащий ключ.
Величественно молчалива - не каждый из подчинённых удостаивается ответа на своё робкое "здрасьте".
Строго бдит за дисциплиной: изведя в приказном порядке скрываемую коллегами от сурового начальственного взора всю посудину для жалкого, схожего с тюремной пайкой перекуса, свою трапезу считает священодействием, выделяя для оной никак не менее двух часов из рабочего времени. Остаток дня начальница проводит в пищеварительной полудрёме, изнуряя мозг раскладыванием незатейливых пасьянсов.
Вечный зов Византии в начальстве нашем неистребим - всегда найдутся те, в ком "рабство дикое," излившись льстивыми речами, создаст иллюзию равенства с господином. И льстецы, не щадя живота (языка!) своего, кадят фимиам денно и нощно, без перерыва на обед.
Такова и она, наперсница нашей начальницы. Увы, уже не рядом, но в красном углу бойцовского ринга, вызывающе алея щеками под ненавидящим взглядом вчерашней покровительницы. Некогда её же протеже, обласканная своим руководителем, почти вдвое моложе, имеющая все видимые перспективы стать копией своей благодетельницы, как в смысле упитанности, так и перенятия плебейских нравов. Наша платиновая блондинка ещё не успела превзойти корпулентностью свою благодетельницу и весьма выигрывает внешне, являясь ,так сказать, облегчённым вариантом Мерилин Монро для своих. Но задатки раболепства у нашей барышни получили своё развитие самым стремительным образом.
Чинопочитание и лесть в адрес благодетельницы принесли свои вкусные плоды - в барышне стали замечать даже те достоинства, на которые она сроду не покушалась. Альянс становился всё теснее.На совещаниях коллектив теперь регулярно имел возможность убедиться, что кадильницы исправно чадили с обех сторон, нахваливая умения и усердие милых дам . Коллектив же, в очередной раз расплевавшись, расходился службу несть.
И жизнь шла привычной колеёй... но как-то, где-то, на какой-то конференции в каком-то "Главпупсе" взгляд директрисы, уныло кочевавший с одного покорно слушающего лица на другое, столь же унылое, имитирующее напряжённый слух, дёрнулся и застыл. Да и понятное дело - время словно бросилось вспять: Иван-царевич из русских сказок собственной персоной ответил на её изумлённо-детский взгляд ответным, в котором читались и наглость, и вызов.
"Моё! - вскричал Евгений (директор) грозно", и в буквально считанные дни красавец в стиле "ля рюс "был изъят из своего учреждения и на ковре-самолёте ( личном авто начальницы) перевезён на новое место для свершения трудовых подвигов. И не только.
И понеслось...