Движение.
Движенья нет, сказал мудрец брадатый.
Другой смолчал и стал пред ним ходить.
Сильнее бы не мог он возразить;
Хвалили все ответ замысловатый.
Но, господа, забавный случай сей
Другой пример на память мне приводит:
Ведь каждый день пред нами солнце ходит,
Однако ж прав упрямый Галилей.
А. С. Пушкин.
Поэт легко, можно даже сказать остроумно мимолетно превращает некий спор, в ходе которого может быть и трудно смолчать, в незадачу. Искусство, в общем и традиционном смысле -это подражание природе, здесь, видимо, и природе спора. Разделив восторг от аргумента, что вообще говоря, таким не является, ибо ходить не значит говорить, но, что сам собой превращает проблему в решение. Поэт намекает, что с изменением масштаба, и такой, казалось бы, наиболее очевидный ответ, может стать не уместным. И таким образом, кто знает, может быть и прав, не только упрямый Галилей, что здесь символ науки Нового времени, но и тот, кто говорит, что движения нет. На предельном масштабе может быть и нет, просто и не просто потому, что весьма большой фрактал в частях ситуаций имеет видимости и эффекты, которые физика изучает в виде движения тел, в том числе, и во времени, которое таким же образом может быть, лишь видимость ходьбы. И конечно указание на объективную иллюзорность происходящего, для своего времени было блестящим. Нюансы поразительны, в особенности в виду позднейшей истории философии, в Европе. Впрочем, и Кант уже сказал многое. Убеждение в возможности познания истины, ни смотря на сложнейшие трудности и невероятную простоту иногда, что таким же образом может ходить заблуждением, это вера ученого. Это опытная наука, не метафизика, без примеров никак, таким же образом, как и без упрямства иногда, и все же, пример примеру может быть рознь, и упрямство необходимо в меру, и в какую, всякий раз может быть вопросом. Сколько всего было сказано об эпохальной приуроченности галилеевой науки и соответствующего идеала познания той эпохи к той самой исторической эпохе. Теперь, можно и воочию убедиться в правоте Коперника и Галилея, для этого просто и не просто, необходимо попасть на орбиту планеты, и все же, ведь: " каждый день пред нами Солнце ходит". И далее, "однако ж", то есть удивление имеет предметом всякий раз, в том числе, и непрерывность познания поверх разрыва, что таким образом не может не иметь текстуры фрактала, на который лишь намекает понятие частного, дробного случая.
Вы вычитываете из текста то, о чем он не говорит". Таково одно из возможных возражений, что в ином виде может сетовать, на то, что не все как раз прочитано, вычитано. Может быть, но речь не совсем об этом, сколько бы, кто-либо ни приписывал поэтическому творению, все может быть незначительно в виду супер позиции смысла, но не то, со значением. Это не диссертация по философии или философской эпистемологии. Бредово, может быть, то, что привязано и зациклено, монотонная маниакальная уверенность, если это, еще ни софистика, многословие и много знание, что занято совсем иными мотивами и интересами, нежели познание истины, и при этом, слишком быстро и много или слишком медленно и мало. Безразлично, может быть, лож или истина, все или истинно, или иначе, но столь же софистично - все ложно. Но вообще говоря, познание и наука, как и эпистемология, теория познания, в известном узком смысле, не были сильными аттракторами для А. Пушкина, скорее "Зима", музыкальность умного и остро умного стиха, когда и звук ко звуку идет, и дева русская к поэту, познание в широком смысле занимало его. Но тем и замечателен стих, что на лету, с лету, оказалось возможным увидеть суть дела на такую глубину, оставаясь настолько на поверхности натур философии, изначально блиставшей, в стихах Лукреция Кара. Солнце ходит в стихах поэта таким же образом, словом, как и стал ходить один из спорщиков, видимо еще и просто и не просто потому, что всякий живой индивид, натур философски, это носитель маленького солнца. Эвристика, видимо, в этом можно признать значение эпиграфа.
Что же, известная мера, пусть может быть и не единственная, в которую любой смысл, любой метафоры, фигуры речи, иносказания может иметь значение, видимо и может быть наиболее верной целью познания фрактальной логики и геометрии, науки о фракталах, ближайшим образом к тому, чтобы сохранить непрерывность поверх разрыва и с наукой Галилея.
"СТЛА".
Караваев В.Г.