Иса Абдуллаев: "Говоря о путях складывания в средневековом Дагестане (в Нагорном регионе) общенародного языка, мы имеем в виду наддиалектную общеаварскую языковую норму болмацIцI (болмац) «ополченский, войсковой, общественный язык», возникший на основе диалектов северного наречия аварского языка, среди которых главную роль играл хунзахский диалект. Однако болмац не является чисто хунзахским вариантом аварского языка, а представляет собою обработанный в устной речи вариант общеаварского языка с элементами и других диалектов. Более того, как указывали Л.И. Жирков и Г.А. Климов и обращали внимание на эту особенность, болмац складывался и в процессе взаимодействия аварского и андийских (в меньшей степени цезских) языков, т.е изначально он возник не только как междиалектное, а «междуплеменное» для Нагорного Дагестана и смежных территорий средство общения. Г.А. Климов писал, что «аварский язык оказывал в прошлом заметное воздействие на свое окружение… а болмац превратился в подлинный язык межплеменного общения – lingua franca значительной части Дагестана». (Введение в кавказское языкознание. М., 1986. C.189).
Ниже выставляем тезисы из статьи Исы Халидовича Абдуллаева: БОЛМАЦ – ФЕНОМЕН ДАГЕСТАНСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
1. Языковая ситуация, издавна сложившаяся в Дагестане и характер-ная для его истории и развития языков на этой территории, дает интерес-ный материал для социолингвистических изысканий в самых различных аспектах. Однако некоторые из таких вопросов не получили до сего време-ни соответствующего и заслуживающего их значимости для истории Даге-стана освещения. В данном случае мы имеем в виду процессы, связанные с таким важным в историко-культурном плане явлении как возникновение (создание) наддиалектного общенародного языка (болмац) в Нагорном Да-гестане еще в средневековую эпоху, а также выработка тогда же на базе арабской графики дагестанской письменности (аджам). Эти вопросы нуж-даются в более углубленном изучении, так как представляют интерес для освещения в общетипологическом аспекте вопросов становления наддиа-лектных форм языка, возникающих на базе одного или нескольких диалек-тов и выступающих в виде общенародного койне одного региона (или ареа-ла), а также вопросов истории письменности у различных народов.
2. В дагестановедении до сего времени вопросы формирования и развития болмац и его основных структурных особенностей по всем уров-ням языка до сего времени не стали предметом специальных исследований, хотя на их необходимость, а также их важность в общелингвистическом аспекте давно указывалось. В этой связи особого внимания заслуживает высказанное еще в 1970 г. известным лингвистом, чл.-корр. РАН А.В. Дес-ницкой, изучавшей аналогичные явления в истории албанского языка, мне-ние о значимости истории болмац для теории исследования наддиалектных форм языка: «Специальное исследование этого междиалектного койне (болмац. – И. А.) представило бы значительный теоретический интерес, вы-ходящий за пределы кавказоведения… Перед нами здесь особый случай развития языковых отношений в многодиалектной среде» [1, с. 8]. Сказан-ное подтверждает необходимость всестороннего исследования болмац во всех аспектах его проявления и функционирования, его дифференциальных признаков (фонетических, морфологических и лексических) в системе аварских диалектов, как особой сложившейся языковой единицы в виде идиома, не ставя при этом знака равенства между ним и современным письменно-литературным языком. Статус же самого болмацIцI в справоч-ной литературе (в аварско-русских словарях) определен как «диалект бол-мац (служащий основой литературного языка)» [3, с. 25] и «болмац (народный язык, аварское койне)» [7, с. 98]. Здесь же отметим, что в ряде аварских диалектов он известен как гьоболмацIцI «язык гостя».
3. Об особенностях складывания еще в средних веках в нагорном центральном Дагестане общенародного языка в виде устной наддиалектной общеаварской нормы (болмац) свидетельствуют условия и пути его форми-рования в языковой жизни на территории распространеиия самого аварско-го языка в виде его диалектов и ближайше родственных соседних, главным образом андийских, языков. И эта наддиалектная (и надъязыковая) форма, сложившаяся на основе диалектов северного наречия аварского языка, сре-ди которых главную роль играл хунзахский диалект, стала общеаварской (в широком смысле) нормой языка – болмацIцI (болмац) «ополченский, вой-сковой, общественный язык».
Общие междиалектные формы, вероятно, начали складываться. в виде устойчивых стандартизированных и обобщенных выражений в семей-но-ритуальной и общественно-ритуальной речи как формульные элементы в языке обрядов и устного права, похоронных причитаний (магIо «плач по покойнику»), благожеланий и проклятий, пословиц и поговорок. Такие элементы устной речи постепенно начинают приобретать обработанный и наддиалектностный характер. Обобщенные формы возникали и в устно-поэтической речи, в обрядовых песнях. Эти тенденции отразились и в язы-ке эпической поэзии, исторических, героических, обрядовых песен. Соот-вет-ственно росла и степень обобщенности и нормативности интердиа-лектной и наддиалектной формы языка, которая представляла собою более высокий уровень коммуникации. Закреплению такой формы языка способ-ствовали и характерные для аварских, андийских (и дагестанских) обществ (бо) съезды (сходы) их представителей (авар. руккел или ракIари, ср. ГIан-дал или ГIандалазул руккел «Съезд Андалальских обществ»). Выступления, публичные речи на таких съездах (к примеру, аварских и андийских об-ществ) произносились, вероятно, на междиалектном койне, что способ-ствовало обобщенности и обработанности народно-разговорного койне – болмац, выработке и закреплению его наддиалектных форм.
4. Все отмеченные процессы происходили на базе северного наре-чия, главным образом хунзахского диалекта. Хунзах же с древнейших вре-мен выступал как один из важных политических центров Дагестана и Во-сточного Кавказа. Естественно, речь Хунзаха, издревле консолидирующего (вместе с родственными андийскими и другими народами) общеаварский социум, стала основой наддиалектного языка – болмац. Однако болмац не является чисто хунзахским вариантом аварского языка, а представляет со-бою обработанный в устной речи вариант общеаварского языка с элемен-тами и других диалектов и наречий. В фонетическом и морфологическом отношении болмац проявляет заметные отличия от хунзахского диалекта. Ярко выраженной чертой болмац, хотя у него проявляются и локальные особенности, выступает отказ от узкорегиональных признаков того или иного диалекта, в данном случае это относится и к хунзахскому говору (ср. к примеру, отсутствие конечных классных показателей в хунзахсой речи и обязательность их наличия, как в и других диалектах, в болмац). Более то-го, как указывали Л.И. Жирков и Г.А. Климов и обращали внимание на эту особенность, болмац складывался не чисто только как хунзахское (или аварское) явление, а формировался в процессе взаимодействия аварского и андийских (в меньшей степени цезских) языков, т. е. изначально он возник не только как междиалектное, а «междуплеменное» для Нагорного Даге-стана и смежных территорий средство общения. Эту особенность болмац очень точно охарактеризовал Г.А. Климов, говоря о том, что аварский язык «оказывал в прошлом заметное воздействие на свое окружение… Значи-тельно более ощутимые следствия принесло многовековое контактирова-ние аварского языка с генетически близкими к нему андийскими и цезски-ми, а также некоторыми более отдаленными родственными языками. Оно результировало в возникновении к позднему средневековью так называемо-го «болмаца» – общеаварской языковой нормы, превратившейся в под-линный язык межплеменного общения – lingua franca значительной ча-сти Дагестана» [4, с.189].
5. Распространению и развитию междиалектного и наддиалектного языка болмац несомненно способствовали и такие важные в истории авар-ских обществ (и Дагестана) явления, как лекIианоба (набеги в Грузию) в ХVII и ХVIII вв. и народно-освободительная борьба народов Дагестана и Чечни в середине ХIХ в. Эти события способствовали тому, что болмац расширил свои функциональные обязанности и получил широкое распро-странение и, можно сказать, выполнял роль языка межнационального об-щения, в особенности среди войск имамата, состоявших из представителей разных горских народов. В этих ситуациях он выступал как бы в своем из-начальном значении: бол мацIцI «войсковой, ополченский язык».
6. Общеаварское народно-разговорное койне стало естественной предпосылкой для формирования литературного языка, т. к. в процессе раз-вития болмац вырабатывалась своего рода устная форма литературного языка, которая успешно стала выполнять и роль письменного койне. Види-мо, поэтому и говорил акад. Н.Я. Марр о «замечательной литературной об-работанности живой аварской речи» [5, с. 70–71]. На этом языке были со-зданы не только произведения народного творчества как «Хочбар», «Кама-лил Башир», «О разгроме Надир-шаха», песни предводителей и др., но и письменные произведения аварских авторов ХVII–ХVIII вв., в частности и «турки» – поэтические произведения религиозного содержания. На этом же языке создавали свои произведения авторы ХVII–ХХ вв. (Абубакар Айма-кинский, Дибиркади Хунзахский, Алигаджи из Инхо, Чанка, Махмуд, Гам-зат Цадаса и др.). В силу таких обстоятельств в 20-х годах прошлого столе-тия, когда в процессе «языкового строительства» для дагестанских пись-менных языков приходилось решать вопрос о выборе диалектной базы (в частности для даргинского, лезгинского, табасаранского языков), для авар-ского литературного языка такой вопрос не возник – он был уже решен всем предшествующим ходом развития и распространения болмац как об-щенационального языка в устной и письменной формах.
7. Возникновение болмац, его развитие и распространение, функци-ональные особенности, естественная эволюция в письменно-литературный и общенациональный язык представляет собою феномен дагестанской и кавказской цивилизации. Такой язык, как болмац, в виде наддиалектного койне в общественной жизни других регионов Дагестана и Кавказа не вы-работался, это всецело достояние дагестанской истории и культуры. И воз-ник он не как проявление воли правителя (в лице хунзахского нуцала или хана) или одного авторитетного автора, а как естественный и мотивирован-ный общественным сознанием процесс, вызванный к жизни потребностя-ми, самим ходом исторического развития общества и общественного со-знания, как внутренний императив. Разумеется, что здесь сыграло и роль наличие с древнейших времен такого важного политического центра, как Хунзах, который консолидировал центростремительные тенденции в исто-рии этого региона. На уникальность этого явления и отсутствие аналогич-ных процессов в таких многодиалектных языках Дагестана, как даргинский и лезгинский, обращали внимание известные этнографы М.-З.О. Османов, В.А. Тишков [6, c. 94; 8].
8. История болмац представляет исключительный интерес в плане разработки общей типологии и теории становления наддиалектных языков различных койне, а на их базе письменных языков. Акад. Г.Г. Гамзатов рассматривал зарождение и развитие болмац на фоне аналогичных явлений в других регионах мира как образование древнегреческого койне, обще-арабского наддиалектного языка еще в доисламскую эпоху (на нем созданы знаменитые моаллаки доисламских поэтов и «ниспослан» Коран), общеал-банского наддиалектного языка на основе языка средневековых албанских бейтеджи ( «стихотворцев») и т.п.
В типологическом отношении болмац проявляет целый ряд сходных черт и с образованием языка урду в средневековой Индии в XIII–XV вв. в результате завоевания Северной Индии мусульманами и превращением Де-ли в политический и экономический центр, в котором официальным язы-ком выступал персидский. Урду же складывался на базе говоров района Дели как народно-разговорный язык, в виде североиндийского койне хин-дави или хиндустани, в который проникло и закрепилось большое число иранизмов, тюркизмов и арабизмов. Оно превратилось в язык межобласт-ного и межнационального общения и стал называться урду (тюрк.-монг. «армия; лагерь; базар»): забане урду «язык армии, базара». Это название по своему образованию аналогично авар. бол мацIцI «войсковой язык». Само название забане урду известно с XVIII в. а общеупотребительным стало в XIX в. В настоящее время сильно персианизированный и арабизированный урду – государственный язык Пакистана, а в Индии – один из официальных языков [2, с. 7–9].
9. Появление в Дагестане такого уникального явления как болмац, как и таких же «общих» языков в других регионах мира, является ярким свидетельством того, что Дагестан, в том числе и Нагорный, не находился на обочине цивилизации, а был вовлечен в общий мировой процесс куль-турно-исторического развития, который проявлялся в разных регионах и у разных народов мира в различных областях общественной жизни, какой является создание обработанного и нормализованного общенародного язы-ка.