Фашизм (в самом расхожем, расширительном и нарицательном значениях этого слова) – это в современном мире понятие зла, в качестве проорбраза которого обычно рисуют гитлеровский режим нацистской Германии. И все сторонники подобного зла обычно используют этот образ, как знамя своей борьбы за то, чтобы быть достойными подражателями. И если они живут в обществе, которое совсем не жалует фашизм ни в какой его форме, но со свободой слова там более-менее нормально (и для всех одинаково), и можно говорить всё, что думаешь, то они пользуются этой свободой, и пропагандируют свою идеологию. Но они не любят это общество, за то, что оно не разделяет их ценности, и прославляют самого главного фашиста всех времён Гитлера, тоталитаризм которого они уважают куда сильнее, чем какие-то свободы слова.
И если такие живут в Германии (на родине оного), они молится на его дух – своего соотечественника. Но если они живут в другой стране, и за неимением ничего более подходящего молятся на того же самого Гитлера, то им приходится молиться уже не на своего. И они восхваляют того, кто не пожалел бы их самих, и им приходится это как-то утрясать и проглатывать, но презирают ценности того общества, в котором находятся, и всё это их устраивает больше, чем отказаться от своей злобы и сменить свои ценности на ценности того общества, в котором они живут. Потому, что ненависть к кому-то в них столь сильная, что они готовы всё это простить Гитлеру за его стремление уничтожать и тех, кого они ненавидят. Но если в их обществе появится тот, кто будет, как Гитлер, только за свою нацию и против других, то тогда у нацистов возникнет вопрос – а зачем им Гитлер, если у них есть свой, который куда удобнее для них повёрнутый? И все или не все, но они пойдут за ним, будь он хотя бы частично, как Гитлер, и это будет называться у них… патриотизм. Для кого-то это слово что-то другое означает, а вот для них это. И так же это называлось и у Гитлера.
Типичный фашист всегда ярый патриот, и никакой не либерал. Именно патриот, который искренне и яро любит родину, и готов идти за неё в смертный бой. Вот только любовь у него с одной не афишируемой особенностью: вы никогда не услышите от него ни слова о том, что любовь его к родине не должна нести уничтожение другим народам (по крайней мере такого слова, которое он собирается сдержать). Потому, что этого пункта в его программе принципиально нет. Потому, что его фашистской сущности (и родине, которую он собирается полностью ассимилировать) только так хорошо и может быть – чтобы топтать и рвать счастье других народов, и кормить свою родину всем, что он собирается из них выклёвывать.
Политика фашиста – это всё время говорить о том, какие меры должны быть приняты и какие планы должны быть реализованы, среди которых обязательно такие, которые не оставляют без вопросов тему, будет ли это безопасно для народов других стран. И постоянно эти вопросы игнорировать так, как будто их просто не существует, чтобы приучать свой народ к тому, что об этих вопросах думать вообще не надо. Чтобы, когда он пошёл свои планы реализовывать, никто и не готов был такие вопросы задавать.
Типичный фашист был бы рад как можно громче трубить на весь мир о том, что его народ – высшая раса, а все остальные – недолюди, и что они до всех доберутся и каждого «поставят на место», но только не выгодно это в мире, где гитлеровский фашизм потерпел поражение. Слишком много сил против себя ополчить так можно и проиграть из-за этого. Да и ни в одной стране не может быть такого, чтобы весь народ захотел пойти за такими – по крайней мере вот так осознанно и в открытую. Нужно что-то более обтекаемое, закамуфлированное, чтоб официально придраться нельзя было. И вот на эту программу как раз им подходит тактика, в которой постоянно кричать об заботе о своей родине, о необходимости защиты, усиления, и необходимости сделать всё для её процветания, только ни слова о том, что это не должно быть сделано в ущерб другим странам.
Прикрываясь знаменем патриотизма, влившиеся в его ряды фашисты понесут эту программу, говоря одно, а подразумевая другое. Зато вместо плевков в свой адрес со всех сторон от ненавистников фашиста, они могут требовать уважения, как патриоты и верные служители родины, и плевать в лицо тем, кто его не выказывает. Вроде бы, патриотизм – такое светлое чувство, любовь к родине, самоотдача, самопожертвование, что в этом может быть тёмного? Ан нет – в этом вопросе как раз фашист и темнит. Вроде бы, провозгласи любовь к родине общеуважительным принципам, строй на нём свою любовь, и требуй от соседей уважения к своим чувствам на базе того, что ты готов уважать аналогичные чувства у них – нет, такого фашисту не надо. Ему наоборот нужно убрать/перевоспитать всех своих, которые за такую поправку. А чужих учить уважать свою родину он собирается только силой оружия.