Буэнос Диас, дорогие друзья!
В продолжение предыдущей лингвистической темы публикации, поделюсь очередным любопытным наблюдением за поведением испанцев в живой природе:)
Свой, как мы уже выяснили, самый красивый и самый быстрый в мире язык они используют на всю катушку — нужно отдать им должное. Молчаливый испанец — это недоразумение и ошибка природы. «Говорю — следовательно, существую» — это про них. Причем, говорю много, громко, всегда, — не важно, к месту или не к месту, спрашивают или не спрашивают, слушают или нет — не важно. Последний пункт особенно примечателен, на нём остановимся подробнее.
Если вам придется оказаться в любой компании испанцев больше двух человек — прислушайтесь и понаблюдайте. Очень скоро вы почувствуете какую-то странность, возможно, дискомфорт, который не сможете объяснить себе. Я несколько лет не могла понять, пока мне не раскрыли глаза. А дело всё в том, что диалог испанцев — это всегда два параллельных монолога. Нет, для внешнего наблюдателя люди, вроде бы, нормально беседуют. А если прислушаться и вникнуть, то это люди в процессе «общения» вообще не вступают в полноценную коммуникацию. Нет качественного взаимодействия на уровне «вопрос-ответ», нет вовлеченности в собеседника. Каждый излагает, что что его волнует, не придавая значения тому, что говорит собеседник. Да и реакция на свой монолог со стороны визави — тоже дело второстепенное. Главное — высказаться.
Если же вы имеете счастье наблюдать не просто беседу двоих, а, теплую компанию побольше — например, отдыхающую за столом в баре — картина будет та же, только соответственно, помноженная по уровню шумового воздействия на количество участников. Соберутся пять человек — практически все будут говорить одновременно. Соберутся десять — та же самая картина. Что здесь сказать? Утомляет, конечно. И даже удручает.
Почему? Нетрудно догадаться, что за подобной моделью коммуникации скрывается несимпатичная правда о национальном характере, если уж начистоту. Такой вот пердюмонокль: при всей своей добросердечности и безобидности (внешней, по крайне мере), типичный испанец — это эталон эгоизма и невысокого уровня эмпатии. Как говорится, живите теперь с этим:) Шутка.
Ну, а что вы хотели — язык и особенности лингвистического поведения беспощадно раскрывают любую национальную ментальность и тщательно скрываемые от иностранцев «дефекты». Вы спросите, чего я привязываюсь к испанцам — мол, никто в Европе не страдает от избыточной эмпатии — посмотри на немцев, финнов или французов. Так что мне на них смотреть? Во-первых, я с ними не живу бок о бок и вообще их не знаю. А во-вторых, с немцами, финнами и французами и так всем всё ясно — одни квадратиш-практиш, другие чертовы снобы. Никаких иллюзий, всё по чесноку. И только мастерам фламенко и паэльи удалось так успешно создать о себе устойчивый образ европейских «лапушек» — бестолковых, но милых и сентиментальных, готовых снять с себя последнюю рубаху и порыдать над твоим горем. Шиш вам с оливковым маслом! Рыдают они только над своим горем — да так, что всем чертям тошно. А рубаху под шумок еще и с тебя снимут — не расслабляйся там:)
Но обязательно подсластят тебе любую пилюлю: «Детка, как мне жаль. Мне горько и больно. Держись там, corazón! Обнимаю крепко!»
При этом, со временем приходит еще одно неприятное открытие: чем интенсивнее уверения в солидарности с твоими переживаниями, тем ниже их соответствие реальности:) Строго обратно пропорционально! Это просто словесные формулы вежливости, не более.
Вывод какой, друзья? Глобальных практических выводов почти никаких:) Есть мы, есть испанцы — все такие какие есть, и никого уже не переделать:) Просто удивительно и безумно интересно наблюдать, насколько коммуникационные и языковые особенности той или иной нации формируют и, наоборот, отражают внутренний стержень характера народа.