Владимир Чеховских
Дело было летом 1969 года на границе с Китаем. Наша воинская часть стояла на берегу пограничной реки Уссури. 2 марта произошёл военный конфликт между Китаем и СССР на острове Даманский. В бою за остров со 2 по 16 марта погибли 58 советских воинов, 94 получили тяжёлые ранения. Потери КНР – до 3 тысяч. За проявленный героизм четверо наших военнослужащих получили звание Героя Советского Союза.
В начале конфликта нашу часть, стоявшую в 28 километрах от острова Даманский, по тревоге бросили на защиту границы. С полным боевым комплектом разместились в бетонированных дотах, построенных ещё маршалом Блюхером на берегу Уссури. Три месяца просидели в насквозь промёрзших дотах; с китайской стороны изредка постреливали, нам же строго запретили стрелять в ответ.
Наступило лето, конфликт постепенно утратил остроту, и мы вернулись в свои казармы. В десяти километрах от части, где дислоцировался наш батальон, на берегу реки находилась гора Половинка, вся испещрённая ходами и галереями, которые выходили к пулемётным и орудийным
амбразурам. На вершине Половинки стоял наблюдательный пункт для контроля за китайской стороной, с мощным стационарным биноклем
с тридцатикратным увеличением. У входа в гору находился домик, где отдыхали бойцы, в нём же были кухня и склад продуктов и боеприпасов. Наш взвод на полмесяца отправили на боевое дежурство в район Половинки. По расписанию, круглосуточно, выставлялись часовые на посты на вершине горы, у дома, где ночуют солдаты, и наряд из двух бойцов для обхода вокруг горы.
Лето было жаркое, а река, протекающая рядом, насыщала влагой воздух, делая его липким и душным. Ночью, под стрекот цикад, вокруг летали мириады светлячков. Мерцающие огоньки насекомых прокатывались волнами, создавая нереально красивую космическую картину.
В дополнение к которой из-за горизонта медленно всплывала огромная жёлтая луна.
В одну из таких ночей нагрянула гроза, дождь лил как из ведра. Мощные
разряды молний вспарывали кромешную темноту, гром грохотал с такой силой, что казалось – крыша обрушится на отдыхающих солдат. Возле дома в это время стоял на посту рядовой Вавейкин. А он, кстати, покуривал коноплю, густые заросли которой произрастали по всей округе. Представьте себе: непроглядная ночь, не видно ни зги, и обкуренное воображение Вавейкина рисует страшные картины. Китайские лазутчики,
с ножами в руках, окружают со всех сторон. Вавейкин прижался спиной к стене дома, передёрнул затвор автомата, снял с предохранителя, положил
палец на курок. Живым решил не сдаваться.
А в это время внутри дома, измученные жарой, солдаты спали на деревянных нарах. Был у нас рядовой по фамилии Рак, которому постоянно снились кошмары, и он часто будил ночью всю роту своими
жуткими воплями. И в эту ночь он по своему обыкновению заорал во всё горло.
Вавейкин понял, что китайские диверсанты пробрались в дом и режут
его товарищей. В очередной раз рядом вспыхнул ослепительный разряд молнии, и сразу же грянул оглушающий гром. Вавейкин от страха закрыл
глаза и нажал на курок, и жал до тех пор, пока не кончились патроны в магазине.
Вот тут-то и началось, длинная автоматная очередь разбудила всех. Командир взвода лейтенант Барановский, полгода назад закончивший военное училище, закричал фальцетом: «Занять круговую оборону!». В помещении было темно, кто-то включил фонарь. Лейтенант завизжал: «Выключить свет, приготовиться к бою!» и, достав свой ПМ, упал на пол. Остальные в суматохе кинулись искать своё оружие. Эта паника продолжалась минут пять.
Гроза внезапно кончилась, и снаружи в тишине раздался слабый голосок Вавейкина: «Ребята, вы живые?». Ему в ответ: «Кто стрелял?». «Я, нечаянно», – ответил наш герой. Сержант Корниевский включил фонарь, и предстала пред нашими глазами следующая картина. Барановский лежит,
распластавшись на полу с пистолетом в руке. Трое бойцов выглядывают из-под нар, один с автоматом без магазина, другой со штык-ножом в руке, третий без оружия. Остальные с испуганными лицами, кто с оружием, кто с гранатой в трясущейся руке, застыли в немой позе. В углу два брата близнеца Свинарчуки с западной Украины, прижавшись друг к другу, истово крестятся, бормоча молитвы.
Сержант громовым голосом: «Вавейкин, три наряда вне очереди, твою мать!» и добавляет: «Пять банок сгущёнки с тебя, козёл!». И тут раздался гомерический хохот. Ржали все так, что, наверно, китайцы слышали на том берегу Уссури. Солдаты, хватаясь за животы, гоготали, катались по полу, показывая друг на друга пальцами, всхлипывая от смеха. Один Вавейкин стоял грустный среди хохотавших солдат.
Три наряда – ладно. Но пять банок сгущёнки!..
Из книги Владимира Чеховских "Вся жизнь, как на ладони"
Реклама полна неожиданностей!