В 1960-1970-х годах так называемый «Загорский эксперимент» широко освещался в средствах массовой информации. И недаром: для тех лет это был достаточно уникальный опыт над слепоглухими детьми. Однако, несмотря на то, что эксперимент увенчался успехом, его организаторы не раз подвергались жесткой критике.
Дефектологи-первопроходцы
Одним из первых учреждение для обучения слепоглухих детей организовал в 1923 году в Харькове известный дефектолог Иван Соколянский. Среди самых знаменитых выпускниц Соколянского — Ольга Скороходова, которая впоследствии стала кандидатом педагогических наук и писательницей.
Как утверждает автор издания «Из истории советской философии», С. Н. Мареев, другой отечественный дефектолог Александр Мещеряков, вдохновленный успехами Соколянского и заручившись поддержкой коллеги, построил обучение воспитанников Загорского интерната, лишенных зрения и слуха, по аналогичной модели. К Мещерякову и Соколянскому присоединился философ Эвальд Ильенков.
Все они был уверены в том, что благодаря специальной методике дети не только овладеют программой средней школы, но и смогут окончить высшие учебные заведения. Иными словами, ученые хотели доказать, что врожденных интеллектуальных способностей у человека нет в принципе, и любой индивид, даже не обладающий полным «набором» чувств, способен развиться в полноценную личность, как Ольга Скороходова.
К слову, Скороходова также принимала участие в «Загорском эксперименте» в качестве педагога. По крайней мере, об этом факте упоминает в своей книге «Воспитать одаренного ребенка. Как?» Елена Николаева.
Обучение и успехи
Если верить изданию «Дошкольное воспитание и обучение детей с комплексными нарушениями» под редакцией П. А. Головчиц, в интернате города Загорска, основанном в 1963 году, обучались дети с сочетанными сенсорными нарушениями, начиная с 2-летнего возраста. На первых порах воспитанники интерната выполняли действия по инициативе педагога и вместе с ним, однако позже постепенно переходили к полной самостоятельности. Одну из центральных ролей Мещеряков и другие педагоги отводили развитию средств общения: жестам, дактильным словам, письменной речи. Благодаря перечисленным методам, четырех детей Загорского интерната специалистам удалось-таки подготовить к поступлению в вуз.
В 1971 году Юрий Лернер, Сергей Сироткин, Наталья Корнеева и Александр Суворов поступили на психологический факультет Московского государственного университета. Правда, слепоглухим студентам понадобилось немного больше времени для обучения. И это обстоятельство было связано в основном с тем, что выпускникам Загорского интерната приходилось прибегать к помощи переводчиков на устных лекциях, а всю литературу перепечатывать на шрифт Брайля. Тем не менее, дипломы о высшем образовании получили все участники «Загорского эксперимента».
Судьба воспитанников и критика эксперимента
Но на этом воспитанники Мещерякова решили не останавливаться. Все четверо добились в жизни больших успехов, которыми может похвастать далеко не каждый зрячий и слышащий. Так, если верить книге «Гормоны счастья», написанной Борисом и Егором Поломошновыми, Александр Суворов стал автором оригинальных работ по психологии творчества и доктором психологических наук, Юрий Лернер – талантливым скульптором, Сергей Сироткин – изобретателем и кандидатом философских наук, а Наталья Корнеева – сотрудником Психологического института Российской академии образования.
Однако, несмотря на то, что эксперимент увенчался успехом, его организаторы не раз подвергались жесткой критике. Так, С. Н. Мареев, автор издания «Из истории советской философии», пишет о том, что многие не считали опыт Загорских педагогов «чистым». Дело в том, что воспитанники интерната, сумевшие получить высшее образование, были лишены зрения и слуха не с самого рождения: Юрий Лернер потерял зрение в 4 года, а слух - в 7 лет, Сергей Сироткин — полностью ослеп только к 5 годам, Наталья Корнеева — полностью оглохла к 9 годам, Александр Суворов — ослеп в 4 года, а слух потерял в 9 лет. Тем не менее, вклад Александра Мещерякова, Ивана Соколянского и Эвальда Ильенкова в науку невозможно не признать: даже в современной литературе для дефектологов их имена всегда стоят на первых местах.