Глава 20.
Накануне Нового года у нас учения.
Был дождь, грязь непролазная. Мы погрузили имущество на повозки (катушки с медным проводом, ящики с колышками, телефонные аппараты, ломы), а шесты, связанные пачками, погрузили на двуколки.
Запрягли лошадей и двинулись в путь. Дорога неимоверно тяжелая, лошади и люди вязнут по колено.
Наступила ночь, все выбились из сил. Начал одолевать сон. Идёшь, идешь, и вдруг ноги подкашиваются и чуть не падаешь.
Нет, думаю, буду держаться. Глаза открываю шире, смотрю, и вдруг, снова ноги подкосились, и я просыпаюсь.
Наконец дошли до большой болгарской деревни Кочубеевки. Командование решило сделать здесь привал с ночлегом. Разместились по хатам.
«Вот так мы встретили новый 1941 год.»
В одной из хат разместился и я с двенадцатью бойцами. Нужно назначить дежурных, а кого? Все устали. Говорю с хозяином, он средних лет. Мне он показался честным мужиком, и я ему доверился.
Все уснули мертвым сном. Проснулись лишь в девятом часу, вышли во двор. Смотрим - всё изменилось. Мороз 25 градусов, ветер, метель. Все уже запрягли лошадей и отъезжают. Мы также наскоро покушали и отправились в путь.
Все одеты легко, мерзнут. На дорогах вчерашняя грязь замёрзла и вся в шишаках и кочках. Колеса прыгают, пачки шестов разваливаются, а поправлять никто не хочет, все бегут вперёд, чтобы согреться.
Пришлось самому поправлять, связывать. Руки коченеют. Потрёшь, потрёшь, и снова за работу. Но все же кончики пальцев на руках отморозил.
В одном месте проезжали небольшую речушку, там образовалась наледь. Одна из повозок попала в яму, и лошадь не может вытащить.
Что делать? Решили часть груза снять и перенести на другой берег. А это надо идти по воде, всем страшно. Все были обуты в ботинки с обмотками.
Пришлось показывать пример. Я быстро схватил ящик и перебежал на другой берег. Подождал, пока перейдут другие.
Снова вернулись и ещё перенесли часть груза, но лошадь почти пустую повозку не берет. Остался один выход - поднять одну сторону повозки.
Зашёл в воду почти до колена и плечом приподнял повозку, и лошадь пошла. В этой работе я разогрелся, ноги мои также почувствовали тепло.
До пункта назначения осталось ещё 15 километров.
Ну, думаю, теперь надо мне быть все время в движении, иначе ноги, побывав в воде, отмерзнут. Обмороженных в батальоне оказалось много.
Вечером мы прибыли в пункт назначения. Наша рота разместилась в клубном помещении. Я привел в порядок лошадей, зашёл в помещение и попросил разрешения у командира роты разуться.
А когда разулся - удивился. Мои ноги оказались сухими.
Оказывается, когда я первый раз пробежал по воде, то она не успела впитаться в обмотки, и на ногах образовалась ледяная корка. Она то и не пропустила воду в ботинок, когда я стоял в воде.
Вот так мы встретили новый 1941 год.
Находясь в Финляндии при 45 градусных морозах, я ничего не отморозил, а здесь, на юге, пришлось отморозить пальцы.
Глава 21.
Когда мы вернулись из учений, жизнь наша протекала по-прежнему. Учились сами и учили других.
«Проводя занятия с младшими командирами, комиссар говорил, что война с Германией все же будет, поэтому нужно изучать территорию Германии, жизнь и быт немецкого народа.»
Мы с Сергеем Терлецким посещали дивизионную партийную школу, которая находилась за пределами части, и мы свободно могли ходить по городу.
Терлецкий был избран секретарём комсомольской организации батальона. Ему присвоили звание замполита.
Я был избран секретарём комсомольской организации роты. Ещё в конце августа меня приняли кандидатом в члены партии, и комсомольская работа была партийным поручением.
«Не помню название картины, но демонстрировалась будущая война с Германией.»
Весной к нам в часть прибыли бойцы на переподготовку. Наш взвод состоял наполовину из кадровых, остальные проходили переподготовку. У них не было винтовок и шанцевого инструмента.
Проводя занятия с младшими командирами, комиссар говорил, что война с Германией все же будет, поэтому нужно изучать территорию Германии, жизнь и быт немецкого народа.
По всему ходу событий мы и сами видели, что войны не избежать.
Но у меня такого страха не было, как перед финской компанией. За полтора года я многому научился и на многие явления стал смотреть по-другому.
Мне нравилась армейская дисциплина, старался её не нарушать, нравилось преодолевать трудности, и служилось легко. Очень сожалел, что поздно пришел в армию. Если бы это было раньше, то стал бы кадровым военным.
Июнь 1941 года.
Мне обещают отпуск домой, но во взводе несколько человек не могут выполнить некоторые физические упражнения на турнике и на брусьях.
Командир роты сказал, что как только все будут выполнять упражнения, сразу поеду домой.
Я занимался с ними в любое время, как только они были свободны. Успехи были, и лишь у одного не получалось. Он то меня и задержал до 22 июня.
21 июня, суббота.
В расположении наших палаток стоял экран, на который демонстрировались фильмы. Был фильм и в субботу вечером. Не помню название картины, но демонстрировалась будущая война с Германией.
Была показана маскировка, подземелье, где находилась командование, был установлен экран и командованию было видно на экране, как идёт сражение.
То есть, показывали войну, которая возможна, только теперь с развитием телевидения.
Продолжение следует…✍️