Можно ловить только того, кто не успел оторвать ноги от земли
Значит бyдем в игpы игpать
Раз-два — выше ноги от земли.
Кто yспел — томy помиpать.
Кто остался — тот и дypачок.
Янка Дягилева
2022 начался одной прекрасной книгой от Редакции Елены Шубиной, заканчивается другой превосходной. Я не знаю, правда, не знаю, почему "Каждые сто лет" Анны Матвеевой миновало лауреатство престижных литературных премий. Как не понимаю и того, почему "Выше ноги от земли" так скудно освещены прессой и блогерами. Книга-то ведь такая, что начнешь читать - не оторвешься. Внятная фабула, живые герои и абсолютно узнаваемые реалии, дивный язык русской классики и множество тем, которых не свести к "отцовству" "семейным проблемам", "состоянию детской медицины", "коррумпированности полиции", etc.
Хотя понимаю, почему нет? По-настоящему хорошая современная книга показывает жизнь без ретуши, а это теперь не приветствуется. Лакировка действительности и потемкинские деревни новый/старый способ говорить о "здесь и сейчас". Зеркала уступают место телескопам, обращенным в славное прошлое - так безопаснее. Однако к роману. В детскую реаниматологию доставлен сбитый машиной на ночной трассе мальчик. Маленький, беленький, худенький (чтобы не сказать истощенный). Ребенок выскочил под колеса из ночного леса, привезла сбившая женщина, к счастью успела.
Хирург-реаниматолог Руднев работает в провинциальной детской больнице в одной бригаде с симпатичной медсестрой Машей, которая к нему, одинокому вдовцу, явно неравнодушна, и с братом, анестезиологом Зазой. Стоп, странное какое-то имя. Нормальное имя, грузинское. Была бездетная пара, которая усыновила мальчика и тотчас Бог благословил их еще одним ребеночком. Такое случается. Старший младшего не взревновал, наоборот, возился с ним и опекал, теперь родители умерли, а они, братья, остались. Одни друг у друга в целом свете. Жизнелюб Заза так и не женился, а у Ильи семья была. Теперь их нет. Ни Саши, ни Ванечки.
Малыш, привезенный ночью, очень похож на сына, и в круговерти рабочих будней Руднев не выпускает его из виду. Или это ребенок не отпускает его, держит за сердце. Как оказался ночью в лесу? Где родители? Почему никто не ищет? Поблизости нет деревень, вернее есть одна, практически заброшенная, живут старик со старухой, старуха больна. А когда Илья везет ее в больницу, рассказывает, что был у них еще сосед алкаш, да сгорел недавно в своем доме с тремя детьми. Его нашли похоронили, а деток и следа не осталось. А вот так не бывает. Место, где выбежал на дорогу и возраст сбитого мальчика не оставляют сомнений - он один из этих троих. Но где тогда девочки, сестры?
Ну как? Цепляет? И это только одна линия с действием, разворачивающимся в дне сегодняшнем. Будет еще загадочное прошлое героя с невыносимой любовью, со жгучей интригой: что же там такое случилось с семьей? И необычайная по мощи, для линии, которая даже не основная, история священника Федора, с женой и шестью детьми, живущими по соседству с Ильей. И мистическая составляющая, настолько здесь органичная, что потусторонней не воспринимается.
Михаил Турбин, молодой прозаик со знаковой для русской литературы фамилией, взял с этой книгой серебро премии Лицей-2022, успев впрыгнуть в последний вагон уходящего поезда - там возрастной потолок до 35 лет - к счастью для всех нас, читателей. Это его дебют в крупной форме и удивительно, насколько зрелая, точная в деталях, многозначная при достаточно небольшом объеме, книга. Вообще в нынешнем году Лицей порадовал как ни одна другая премия, "Отец смотрит на Запад" Кати Манойло тоже замечательно хорош.
Ищете стоящей книги - не пропустите "Выше ноги от земли"