Однажды на параде император Николай Первый решил проверить, сильны ли нижние чины в "словесности"? Знают ли они определения из устава?
Подошёл к строю, да и спросил лейб-гвардейца: "Скажи, братец, что есть двуглавый орёл?" Ожидал услышать: "Герб Российский". Но солдат отчеканил:
- Урод, ваше величество!
Чем закончился конфуз, история умалчивает. Но похоже, многие взглянули на герб свежим взглядом: а в самом деле, почему Россию символизирует мутант? Надо как-то объяснить хотя бы самим себе. Годы спустя, вспоминая споры западников и славянофилов, Герцен напишет: "Мы, как двуглавый орёл, смотрели в разные стороны (на Европу и на Азию), но сердце билось одно".
А поэт Василий Курочкин обыграл это "двуглавие" весьма сатирически:
"Я нашел, друзья, нашел,
Кто виновник бестолковый
Наших бедствий, наших зол.
Виноват во всем гербовый,
Двуязычный, двуголовый,
Всероссийский наш орел!
Оттого мы несчастливы, братья,
Оттого мы и горькую пьем,
Что у нас каждый штоф за печатью
Заклеймен двуголовым орлом.
Взятки - свойство гражданского мира,
Ведь у наших чиновных ребят
На обоих бортах вицмундира
По шести двуголовых орлят.
Оттого мы к шпионству привычны,
Оттого мы храбры на словах,
Что мы все, господа, двуязычны,
Как орел наш о двух головах...
У самого Василия Степановича Курочкина, как будто, не было оснований жаловаться на судьбу: младший современник Пушкина, он уже родился свободным, хотя отец его был из крепостных. Но сумел выучиться - выкупиться - выслужиться. Даже дворянство получил по выслуге. И... умер, оставив сиротами троих маленьких сыновей. Хлопотами отчима-полковника, их поместили в Первый Кадетский корпус. Будущее обеспечено. Но природа непобедима - все три брата при первой возможности оставили военную службу и стали литераторами.
Василий Курочкин вошёл в литературу с переводами, и сам выбор им авторов говорит о многом. Беранже - пожалуй, лучший поэт-песенник Франции, дерзкий сатирик, в переводах Курочкина замечательно "обрусел":
Я всей душой к жене привязан;
Я в люди вышел… Да чего!
Я дружбой графа ей обязан,
Легко ли! Графа самого!
Делами царства управляя,
Он к нам заходит, как к родным.
Какое счастье! Честь какая!
Ведь я червяк в сравненьи с ним!
В сравненье с ним,
С лицом таким —
С его сиятельством самим!..
А как он мил, когда он в духе!
Ведь я за рюмкою вина
Хватил однажды: ходят слухи…
Что будто, граф… моя жена…
Граф, говорю, приобретая…
Трудясь… я должен быть слепым…
Да ослепит и честь такая!
Ведь я червяк в сравненьи с ним!
В сравненье с ним,
С лицом таким —
С его сиятельством самим!
Романс "Червяк" Александра Даргомыжского - целая сатирическая миниатюра, настоящий эстрадный номер о муже, которому карьеру делает жена. Публика отлично понимала, над чем смеяться - разве в России было как-то иначе?
А вот эти четыре строчки, конечно, помнят все - Горький их вложил в уста своему Актеру:
Господа! Если к правде святой
Мир дороги найти не умеет —
Честь безумцу, который навеет
Человечеству сон золотой!
Всего четыре строчки из прекрасного стихотворения "Безумцы".
А вот это - точно ли перевод? Кажется, эта зарисовка могла возникнуть лишь на нашей почве:
Господин Искариотов —
Добродушнейший чудак:
Патриот из патриотов,
Добрый малый, весельчак,
Расстилается, как кошка,
Выгибается, как змей…
Отчего ж таких людей
Мы чуждаемся немножко?..
Чуть он в комнату ногой —
Разговор друзей прямой
Прекращается словами:
Тише, тише, господа!
Господин Искариотов,
Патриот из патриотов —
Приближается сюда.
Читатели и не уловили момента, когда поэт оставил переводы и стал печатать собственные стихи. Сатира и пародия были его коньком - сам Грибоедов остался бы доволен его переделкой "Горя от ума"!
Над цензурою, друзья,
Смейтесь так же, как и я:
Ведь для мысли и для слова,
Откровенно говоря,
Нам не нужно никакого
Разрешения царя!
Монархическим чутьем
Сохранив в реформы веру,
Что напишем, то пошлем
Прямо в Лондон, к Искандеру.
Не каждое стихотворение удавалось напечатать в Николаевские времена, но после Крымской войны начался общественный подъём, и сатира оказалась востребована, как никогда. Образ мыслей поэта сомнения не вызывал, и на него вышли члены общества "Земля и воля". Пригласили. Очень скоро Василий Степанович стал одним из лидеров организации.
Арест, Петропавловская крепость... Никакого конкретного обвинения - просто подозревали в причастности к делу Каракозова.
И в то же время - собрание сочинений. Стихи звучат очень современно.
А в 1873 году поэт вместе с художником-карикатуристом Николаем Степановым задумал и осуществил издание журнала "Искра". Легального журнала, вокруг которого объединились десятки литераторов - авторов критических статей, фельетонов, частушек... Единственный на тот момент сатирический журнал в России!
И - смерть, что называется, в расцвете. От случайной передозировки снотворного.
Приближается Новый год - и хочется процитировать стихотворение, посвящённое новогодней встрече... литературных героев. Простакова, Скотинин, Хлестаков, Молчалин, Ноздрёв и другие встречают Новый 1862 год. Слова "кроссовер" ещё не было - но вот, писали!
... Привет мой вам, старушка Простакова!
Вы всех добрей.
Зачем же вы глядите так сурово
На сыновей?
Порадуйтесь - здесь много Митрофанов -
Их бог хранит;
Их никаким составом химик Жданов
Не истребит.
Их детский сон и крепок и невинен
По старине.
Поклон тебе, мой друг Тарас Скотинин,
Дай руку мне!
Свинюшник твой далек, брат, до упадка;
В нем тьма свиней.
Почтенный друг! В них нету недостатка
Для наших дней.
По-прежнему породисты и крупны,
А как едят!
Нажрутся так, что, братец, недоступны
Для поросят.
От поросят переходя к Ноздреву,
Мы узнаем,
Что подобру живет он, поздорову
В селе своем.
Всё так же он, как был, наездник ражий
Киргизских орд,
И чубуки его опасны даже
Для держиморд.
Берет в обмен щенков и рукоделья,
И жрет и врет,
Но уж кричит, особенно с похмелья:
"Прогресс! Вперед!"
- Прогресс! Прогресс! Ты всем нам задал дело!
Никто не спит.
Коробочка заметно отупела,
Но всё скрипит.
Уж Чичиков с тобой запанибрата.
На вечерах
Он говорит гуманно, кудревато
Об мужичках,
Про грамотность во всех посадах, селах,
По деревням,
И, наконец, - детей в воскресных школах
Он учит сам.
Замыслил он с отвагою бывалой,
Трудясь как вол,
Народный банк, газету, два журнала
И общий стол.
Об нем кричит публично Репетилов;
Его вознес
До облаков чувствительный Манилов
В потоках слез:
Мол, Чичиков гуманен! Идеален!
Ведет вперед!
С Петрушкою знакомится Молчалин,
На чай дает.
Все бегают, все веселы, здоровы,
Движенье, шум -
Особенно заметны Хлестаковы,
Где нужен ум.
На раутах, на чтениях, по клубам
Свои стихи
Тряпичкины читают Скалозубам
За их грехи.
Абдулины усердно бьют поклоны
Своим властям.
Пошлепкины и слесарские жены -
Все по местам.
Как человек вполне великосветский,
Мильоном глаз
Везде Антон Антоныч Загорецкий
Глядит на нас.
От Шпекиных усердьем в службе пышет
И болтовней, -
И Фамусов, как прежде, всё подпишет -
И с плеч долой!
То ли люди меняются мало, то ли история и в самом деле движется по кругу? Вот и двуглавый орёл вернулся, к недоумению населения...