Известная карикатура начала XX века. Вполне актуальная и в наши дни
12 (1) декабря — день памяти Дениса Ивановича Фон Визина (1745—1792) — как писалась его фамилия при жизни, или Фонвизина — как стали писать её уже после смерти. Фонвизин замечателен тем, что весьма критически относился к современной ему дворянской «элите». Эти взгляды ярко отразила написанная им сатирическая пьеса «Недоросль». Её центральный герой, с говорящей фамилией Стародум, весьма жёстко критикует современность с позиций старого, петровского дворянства. Он говорит: «Отец мой воспитал меня по-тогдашнему, а я не нашёл и нужды себя перевоспитывать. Служил он Петру Великому». Между прочим, критика Стародума удивительно напоминает критику какого-нибудь современного старика советской закалки в адрес нынешнего общества. Ну, а возмущённая реплика другой героини пьесы, из числа антиподов Стародума, г-жи Простаковой: «Дворянин, когда захочет, и слуги высечь не волен; да на что ж дан нам указ о вольности дворянства?» (которая вызывала неизменный хохот в зале) — это просто вопль души какой-нибудь нынешней либеральной барыни-«рабовластницы» типа Божены Рынски, которая возмущена тем, что закон всё-таки хоть слегка ограничивает бескрайние пределы её самодурства.
Денис Фонвизин
Конечно, нарисованный Фонвизиным хэппи-энд пьесы, где добродетельный служака Стародум влёгкую одерживал победу над Простаковыми, никакого отношения к реальности не имел. Это что-то вроде абсолютно неправдоподобного хэппи-энда из «Старых кляч» Эльдара Рязанова, где советские пенсионерки вдруг берут верх над жуликом-бизнесменом Хоменко. К сожалению, в реальной жизни во времена Фонвизина безраздельно торжествовали Простаковы, как в наши времена — Хоменко...
А ещё, между прочим, Фон Визин был автором, вероятно, первого в истории интервью у главы российского государства. Так сказать, пра-пра-«прямой линии» президента. На вопросы литератора милостиво согласилась ответить сама императрица Екатерина II. Вопросы Фонвизина носили довольно острый характер, в частности, он спросил для него важное:
— Отчего у нас не стыдно не делать ничего?
На что получил вполне определённую отповедь со стороны императрицы, она ответила:
«Сие не ясно: стыдно делать дурно, а в обществе жить не есть не делать ничего».
И всё-таки, несмотря на столь недвусмысленный ответ из уст её величества, Фонвизин остался при своём мнении и в пояснениях к «Вопросам и ответам» упрямо повторил:
«Чрез вопрос: «отчего у нас не стыдно не делать ничего?» разумел я, отчего праздным людям не стыдно быть праздными?».
Что ж, совершив полный круг, после 73 лет, когда почитался труд и «стыдно было быть праздными», мы, все части бывшего СССР и бывшей Российской империи, снова вернулись к ситуации, когда «не стыдно не делать ничего». Совсем «как при бабушке», то есть благословенной царице Екатерине. Более того, именно праздные люди, которые всю жизнь ничего не делают, являются наиболее уважаемыми в обществе. И наоборот, к труду снова относятся с презрением, и трудящийся снова считается стоящим на самой нижней ступеньке общественной пирамиды. Поэтому для нас снова, как и 200 с лишним лет назад, вполне актуален и злободневен Фонвизин...
Ведь если кто и критикует нынешние порядки, то это в основном «Стародумы», которые «служили СССР» и «не нашли и нужды себя перевоспитывать». Хотя реально изменить ситуацию смогут только новые люди, так сказать, «новодумы», когда они появятся в сколько-нибудь значимом количестве. Как это случилось в XIX веке, когда появились «новые люди», по Чернышевскому.
И, кстати, не наступает ли время снова эту пирамиду перевернуть?..