Мы с Анной ехали на внедорожнике, включили музыку. До центра карты, про который мы узнали из ламантиновой записки оставалось еще километров пять. Из окна открывался чудесный вид, легкий бриз трепал волосы. Настроение было замечательным, и мы болтали с Анной о всякой чепухе, позабыв о напряженной обстановке на острове.
Затем я почувствовал, что музыка стала заедать, будто это не флешка, а древняя пластинка и кто-то придавливает ее пальцем. Я посмотрел на свою спутницу, движения ее стали дерганными.
«Может быть я съел какой-то наркотик, что со мной такое?»
— Эй, ты тоже это чувствуешь? — спросил я у Анны, но она совсем перестала реагировать и двигаться. Пейзаж в окне замер, тогда я потянулся к педали тормоза, но обнаружил, что совершенно не могу двигаться. Только глаза продолжали слушаться, и я вращал ими, чтобы увидеть хоть какое-то движение в этом внезапно остановившемся мире без единого звука.
Следующие мгновения меня потрясли до глубины души, такого я никогда не видел.
Небо покрыл