Они встретились в самом начале 50-х в послевоенном Риме. Будущий пятикратный «оскароносец», классик мирового кино и будущий «крёстный отец киномузыки». Однажды один из них вышел на улицу после работы в легендарной итальянской киностудии Чинечитта, а другой в это время стоял на ближайшей к ней остановке городского транспорта. Странный маленький человек с беззащитной, доброй улыбкой. Он ожидал трамвая, который никогда в этом месте не останавливался, потому что ходил по другому маршруту. Но случилось необъяснимое: через какое-то время, как будто по заказу этого чудака, подошел нужный номер. Вот так познакомились Федерико Феллини и Нино Рота. Обычная остановка соединила их творческую жизнь почти на 30-ть лет и стала подарком судьбы для обоих. 17-ть совместных картин, да каких! «Амаркорд», «8 ½», «Ночи Кабирии», «Репетиция оркестра», «Сладкая жизнь»…
Фильм «Дольче вита» о богемной жизни. Пересматривать его можно снова и снова, и каждый раз удивляться. Как же точно Нино Роте удалось понять образ главного героя — красавца с усталыми глазами Марчелло Мастроянни и «встроиться» в тональность всей картины. А режиссер каким-то непостижимым образом смог объяснить композитору, что ему нужна музыка не просто легкомысленная, но в то же время, грустная! На помощь пришла известная мелодия из «Трёхгрошовой оперы» Курта Вайля. Нино Рота переработал песенку «Мекки — Ножа» и получился шедевр.
Режиссер и композитор всегда мыслили в одном направлении и даже «дышали в унисон». Не зря музыкального гения называли «звуковой половинкой» Феллини. Великий мастер кино даже отказывался снимать фильм, если музыку к картине писал кто-то другой. Но при этом Феллини и Нино Рота кардинально отличались друг от друга.
У одного образование весьма скромное — монастырский колледж и неполный курс юридического факультета. У другого — Миланская и Римская консерватории, а также знаменитый американский Институт Кёртиса.
Прежде, чем стать режиссером, один сменил множество профессий — писал статьи, фельетоны, куплеты в варьете, рисовал карикатуры для журналов, писал сценарии. Другой никогда и ничем не занимался, кроме музыки. Почти тридцать лет был директором консерватории в небольшом портовом городке Бари на юге Италии.
У них была разница в возрасте всего в девять лет. Нино Рота — старше, но выглядел он намного моложе своего респектабельного друга. Федерико был статный, высокий, брутальный, темноглазый, с копной прекрасных черных волос, бровями вразлёт и чеканным профилем. Нино — маленького роста, очень худой, с русыми волосами и светлыми, ясными глазами. Один — эксцентричный, волевой, скандальный, с трудом находил общий язык с актёрами. Другой — мечтатель и фантазёр, замкнутый и неразговорчивый. Один раздавал интервью направо и налево, о нем написаны книги, множество статей. О другом неизвестно практически ничего, лишь скромный текст в википедии. Один одевался ярко, дорого, модно и вызывающе — знаменитые красные кашемировые шарфы, черные объёмные пальто и белые шляпы. Другой предпочитал не выделяться из толпы, носил строгую классику.
Один не любил академическую музыку, не ходил в оперу. Другой равнодушно относился к кино, иногда даже засыпал на просмотрах. Наверное, поэтому съёмки фильмов проходили параллельно с созданием саундтреков. Это уникальный случай в мировой киноиндустрии. Джульетта Мазина — жена Феллини и его муза — рассказывала, как это было.
Обычно Феллини быстро ходил по комнате и зачитывал сценарий. При этом он изображал на разные голоса диалоги героев будущего фильма. Нино Рота в это время сидел за роялем и импровизировал. Иногда он перемещался в кресло, закрывал глаза и казалось, что композитор спит. Но если что-то интересное неожиданно приходило в голову, то он менялся в лице, вскакивал, начинал напевать мелодию и размахивать руками. Вот так они проводили время целыми днями напролёт. До тех пор, пока не получался идеальный саундтрек.
Федерико Феллини и Нино Рота спорили, иногда даже ругались, но это никогда не омрачало их дружеских, очень теплых отношений. Композитор ушел внезапно, в конце 70-х, во время работы над очередным фильмом Феллини. «Когда он умер, то оставил мне лишь царство молчаливых теней», — горькое признание великого режиссера. Он проживет без своего Нино почти 15 лет, и в конце оставит завещание — на похоронах должна звучать музыка друга и любимого композитора Нино Роты. Последнюю волю Феллини исполнили. Это была самая странная в мире траурная месса. Во время богослужения неожиданно умолкали голоса певчих, и под сводами храма раздавались звуки прощального марша клоунов из бессмертного шедевра «8 ½».