Глава 3
Им сейчас не до этого.
А Максим еще больше хочет разжечь пламя, хотя больше некуда.
Он наклонился к Оле и таким пугающим голоском пробормотал:
- Может, за тобой кто-то следит? Наблюдает?
Оля сразу отреагировала и хотела ответить, но он это сделал раньше:
- Может, психопат-убийца? – с иронией произнес он, - Или тайный поклонник? Увидел нас вместе и подумал, что не стоит нас беспокоить, - весело и находчиво кидал варианты Максим. – Кто еще может быть? Ммм…
- Ты совсем дурак! – воскликнула Оля, - хотя это ни для кого не новость. Это истинный факт!
- Конечно. Только почему-то именно тебе мерещится всякое, - упрекая в своей невменяемости девушку, проговорил парень.
Оля отодвинулась от него и стиснула кулаки в руках так, что даже следы от ногтей остались в ладонях.
И перчаток нет!!! Вот что за напасть такая?!
- Все, иди к чету! – выронила грозно она.
Максим только развел руками.
- С радостью сходил бы. Вот только ты его спугнула, - вновь усмехаясь сказал юноша.
- Естественно, тебя бы он не трогал. Они же своих не трогают, - продолжала девушка, показывая свое превосходство.
Максим стиснул губы и стал пристально смотреть на нее. Улыбки уже не видать, будто она и не появлялась. А глаза теперь смотрят прищурено не от улыбки на лице, а от обиды.
Оле стало не по себе.
— Вот, объясни, почему мы ссоримся даже из-за таких пустяков?
- Потому что мы никогда не понимали друг друга, и вряд ли поймем когда-нибудь? – выдвинула версию девушка, которую он сам произносил недавно.
Максим начал отрицать:
- Нет, не из-за этого.
- Как нет? – с удивлением спросила она.
Максим сделал последний шаг, который разделял обоих весь вечер, и уже стоял, наклонившись над ней. Оля подняла глаза, немного испуганные. А он принялся разглядывать ее черты лица. Загляделся на челку, дотрагивающейся до ресниц, прошелся по румяным от мороза щечкам, по замерзшим губам и снова вгляделся в глаза, добравшись до самой их глубины.
На данный момент становилось очень трудно дышать. Им обоим…
Оля резко дернулась назад и спросила:
- Дак из-за чего?
Максим не хотел отрывать от нее глаз, но произнес:
- Просто ты давно уже посчитала меня опасным для тебя.
Оля снова на него уставилась и собиралась начать свою грозную речь, но никак не могла подобрать слова. Она пыталась выкрикивать возражения, но выходили только непонятные незаконченные предложения.
- Ты… ты… просто…
Максим отошел и сказал:
- Да знаю все, что сейчас скажешь. Ты очень часто меня так называла. Поэтому не стоит снова все это говорить.
- Ты считаешь, что раз ты Жуковский, значит все должно кружиться вокруг такого как ты? – с такой большой обидой произнесла она.
- Да я никогда о таком даже и не думал, - грозно ответил парень. – Скажи, я когда-нибудь грубил другому человеку? Относился ли с неуважением и презрением? Унижал, обзывал или издевался над кем-нибудь? Задирался ли я по поводу своей фамилии – я же Жуковский?! Я никогда не делил людей на богатых и бедных! – он с такой злостью смотрел на Олю, что видна была ее мелкая дрожь, то ли от холода, то ли от ненависти. – Я не выбирал себе фамилию. Да и ты не выбирала свою. Хватит уже меня этим упрекать!
Оля молчала и наблюдала за ним. А позже не выдержала и произнесла:
- Больше не желаю с тобой разговаривать.
Она еще раз посмотрела на него с таким глубоким презрением и пошла в другую сторону.
- Что, уходишь? – раздался вопрос у нее за спиной.
Оля уходила, но становилось как-то не по себе от этого. Только что происходит – непонятно?!
- Правильно, - кричал ей вслед Максим, - тут и говорить больше ничего не надо.
Оля обернулась и выкрикнула:
- Да мне все равно. Делай, что хочешь!
- Серьезно?
Недолгое молчание. А затем ответ:
- Да!!!
Снова замолчали. Теперь эта тишина разрывает грудную клетку.
- Пусть будет так. Ты сама так решила! – вновь прокричал он.
Оля вновь обернулась, будто не поняла, в чем тут дело.
Максим еще стоял и смотрел в ее сторону, а после развернулся и молча поплелся в кромешную тьму.