Путешествуя по Крайнему Северу, много раз слышала от местных жителей: «Мы, поморы, люди вольные». «Вольные до своеволия,»- скажу я вам. Всё они делают по-своему, совсем не так, как это принято у нас, перпендикулярно.
Вот, например, деревня Териберка. Заброшенная рыбацкая деревня на краю света, богом забытое место. Однако действуют дом культуры, средняя школа для 84 школьников, детский сад для 40 детей и заметьте, здания для них – вполне себе типовой среднероссийский проект, никаких следов оптимизации.
Кроме того, имеются гостиницы и гостевые дома, ресторан для туристов и высокоскоростной интернет. Нет, ну, где это видано? Ну там, школа, ну там, садик, ресторан – туда-сюда, а вот вышка с интернетом – это ж просто ерунда!
Мало того, проезжая по деревне, заметили несколько заброшенных двухэтажных деревянных домов (такие строились в России после войны, в 50-е годы). Заброшенные дома выглядят удручающе, но они целые, не разобраны ни на стройматериалы, ни даже на отопление. Чем же здесь отапливают всю эту инфраструктуру? Оказывается, мазутом. Имеется котельная, работающая на мазуте. Действительно, цистерны с мазутом и из-под него мы видели в большом количестве в Мурманском порту. По железной дороге мазут везут из Сибири. Как же он попадает в Териберку? Дорога сложная, последние 30 км – грунт, железная дорога заканчивается в Мурманске. Да и что будет с асфальтовым покрытием, если по нему пустить грузовики с мазутом?
Оказывается, в Мурманском порту, мазут перегружают на корабль и везут в Териберку морем. Это если зима. А если летом – вот по этой вот самой дороге грузовиками. Да, по сложной дороге. И да, уже построенный асфальт пока еще не пострадал.
Интересная логика! В конце ХIX века сибирские и уральские купцы, управляющие промышленными округами и др. торгово-промышленные лица делали всё возможное и невозможное, чтобы строящаяся Транссибирская железнодорожная магистраль прошла через их город, их заводы. Это позволяло перевести доставку грузов и товаров с водного пути (по рекам) на железную дорогу и сразу давало мощный толчок к промышленному развитию населенного пункта. А в Мурманске товары с железной дороги, наоборот, перегружают на корабли и доставляют водным путем. Но и это еще не всё.
Если бы мы решили совмещать водный путь доставки грузов с автомобильным, как бы мы это сделали? Правильно, зимой – автомобильный путь, летом – водный. В Арктике – всё наоборот. Летом мазут везут автомобильным путем, а зимой – морем. Потому, что зимой скользко! А летом дорога плохая? Обычная, как везде. Северяне привыкли рассчитывать на себя, потому жалобы на дороги не убивают культуру языка.
Или возьмем мифы коренных народов. Исходные условия задачи примем одинаковые: на Байкале и в Арктике исходная религия – шаманизм, умение взаимодействовать с духами. Духи живут везде - в лесу, в степи, на горе, в озере, в море, в тундре – в общем в каждой природной сущности, охраняют свои границы и богатства. Когда ты заходишь в лес (в степь, озеро, взбираешься на гору, в тундру, в море и т.д.), ты нечаянно или не очень можешь нанести урочищу духов вред (потоптать траву, убить комаров, наловить рыбы, нарвать травы и т.д.). Все это принадлежит духам, и они могут тебя наказать. А вот решение задачи очень разное. На Байкале, например, тебя могут запросто превратить в камень. Камень Черепаха, скала Шаманка, скала Дева, скала Три брата и др. достопримечательные камни этой местности тому пример. А вот у арктических духов превращать людей в камень как-то не принято. Конечно, возмездие тебя настигнет: духи заведут тебя в лес, заплутают в тундре, нашлют какую-нибудь неизвестную болезнь. Но все-таки шанс выпутаться из неприятной истории оставят, а неизвестная болезнь тотчас же бесследно исчезнет, как только удалишься ты на достаточное расстояние от места, где рассердил духов.
И правильно, зачем же на Севере людей в камни превращать? Север – место суровое, не каждый человек выдержит. И так людей здесь немного, чего же их понапрасну губить?
Вот так суровые условия Севера формируют правила игры, которые для нас кажутся экзотичными.