В эфире Радио "Спутник" ведущий обсудил с экономистом М. Хазином следующий вопрос:
Ведущий:
Тут большая тема, связанная с возможным, но и, может быть, даже уже почти неизбежным уходом китайской корпорации Huawei с рынка России. Разная информация на этот счёт поступает - что она там как-то видоизменяет схему работы с Россией, согласно одним источникам. Согласно другим - окончательно уходит.
На ваш взгляд, это тенденция? Потому что есть ведь и другие примеры, да? А при этом Китай был нашей надеждой на то, что вот мы как раз повернемся в сторону Китая и заместим потери, связанные с финансово-экономическими отношениями с Западом.
Михаил Хазин:
Смотрите, тут вообще в чем всё дело.
У любой страны должно быть некоторое соотношение: то, что она делает сама, и то, что она берёт. Вот фокус в том, что в нашей стране доля импорта слишком велика.
То есть мы жили по заветам Гайдара, который когда-то сказал:
“А зачем нам вообще нужна промышленность? Зачем нам строить самолёты? Мы всё купим. Продадим нефть и всё купим на эти деньги”.
И вот мы именно так и жили. И именно по этой причине политика денежных властей по запрету внутренних инвестиций не вызывала протестов. Действительно, деньги купить были. Сегодня мы видим, что, во-первых, денег частично нет, потому что нам пытаются ограничивать стоимость нашей нефти, нам пытаются ограничить перевозку.
Ведущий:
Возможно, компания Huawei покинет Россию окончательно. И кроме того, вот как статистика говорит, начиная с марта 2022, резко сократился импорт высокотехнологичной продукции в Российскую Федерацию.
Например, было заморожено совместное строительство газохимзавода. Компания China Peеk китайская занималась этим, и инвестиций она не стала делать. Ну и многие другие производители тоже не очень охотно сотрудничают сейчас с Россией. Это связывают в том числе и с тем, что не хотят компании во вторичные санкции американские и европейские подпадать.
Вот вы говорили о том, что во многом Россия зависела от импорта. Что же теперь получается, в итоге?
Михаил Хазин:
Россия продолжает зависеть от импорта, только из других стран. Потому что для того, чтобы сделать импортозамещение, нужны инвестиции. Инвестиции Центробанк с Минфином запретили. Соответственно, импортозамещения нет. Всё, тема закрыта.
Ведущий:
Давайте шире посмотрим на сотрудничество России, на такие вот партнёрские отношения. И всё же, ведь расчет был на то, что Китай нам продаст то, что не продает Запад, и купит то, что они покупают у Запада. Вот такой расчет был. Как вы видите эти перспективы?
Михаил Хазин:
Китай продает только на своих условиях и покупает только на своих.
Цены определяются конкуренцией. Если она есть.
Если конкуренции нет, то нам придется продавать Китаю по дешёвке, а покупать у него задорого. При этом очень много из того, что нам нужно, он нам вообще не продаст по банальной причине - потому что китайские компании очень жёстко контролируются Соединёнными штатами Америки.
Они уже все давно вышли на как бы на глобальную орбиту.
Вот тут вот как бы вышла информация, что компания Huawei перестаёт продавать нам и поддерживать свою технику, в том числе базовые станции для сотовой связи. Потому что это отслеживают Соединённые штаты Америки.
Нет, я не исключаю, что появятся какие-то промежуточные компании, которые будут закупать Huawei и продавать нам. Но тогда это, во-первых, всё будет стоить дорого, а во-вторых, не будет поддержки.
И если вдруг неожиданно это всё остановится, то кто будет виноват? То есть иными словами, мы должны, по крайней мере, там 80-90% того, что нам нужно, производить сами.
Я понимаю, что есть какая-то международная кооперация. И всё-таки мы должны, грубо говоря, микросхемы производить сами и много ещё чего, но мы этого не делаем.
На сегодня Соединённые штаты Америки пытаются запретить продавать нам эти самые микросхемы. Надо заниматься этим вопросом, но этим невозможно заниматься, если у вас нет инвестиционного ресурса. То есть мы затыкаем дыры, но стратегического прорыва нет.
Ведущий:
А какие должны сложиться условия, чтобы он был? Потому что есть такие жесткие оценки, что Россию ждет технологическая деградация. Согласны ли вы с ними?
Михаил Хазин:
Ну, разумеется. Если инвестиций не будет, то не может не быть технологической деградации. Смешно. Нужны инвестиции.
Что для этого нужно? Чтобы человек, который хотел что-то производить, чтоб ему не задавали глупые вопросы.
Он говорит:
"Вот у меня бизнес-план. Я хочу производить то, то и то. Вот внутренняя потребность, которая закрывается за счет внутреннего производства на 5%, а за счёт импорта на 95%. Я готов закрыть 30% этого спроса. Вот мой бизнес-план".
Ему говорят:
"Милый, вот тебе деньги под 2% годовых на 20 лет и давай - вперёд, работай".
А вместо этого, что ему говорят? Ему начинают делать разные ограничения, потом говорят: "Ну, хорошо, мы тебе дадим кредит под 18%, но так и быть - первые 2 года ты будешь платить 5%".
Он говорит: "Спасибо, не надо, до свидания, стройте сами".
Читать в продолжение темы:
Почему провален проект великого шёлкового пути
