Записка про детство
День был осенний, я родилась…
Калина горела в звенящем небе яркими фонариками. На пустых ветках смотрелась празднично, но мама не замечала. Она и позавтракать не успела, потому что появилась я на свет ранним утром в конце октября.
В небольшой белорусский городок Ганцевичи, что в Брестской области, я возвращалась потом всего с десяток раз, потому как с 8 месяцев меня перевезли к бабушке в Россию. но с этим городком, моей малой родиной у меня навсегда якорно связались понятия «порядок», «любовь» и «добро». Нигде больше я не видела так много аистов, живущих близехонько к печным трубам соседей. Никогда я не примечала, чтобы прогуливающиеся в переулке люди собирали в карман случайно ( и я уверена, что не намеренно) упавший фантик у забор тети Люси - ведь наводили там чистоту, там, на улице!. Нигде больше меня не встречали так :
- О! А вы ж Танечкина дочка?
- Даа… ( сверхудивленно, потому что не была в городе моей души уже лет 15. И за это время успела поседеть)
- Передавайте привет !
Нигде больше мне не довелось получить такой урок доверия: у маленького магазинчика на руле облокоченного о забор велосипеда висела открытая! сумка с кошельком и паспортом, с продуктами и какой-то мелочью…. Никто не проявлял интереса!
Город, да нет - городок моего сердца приграничный. Там несколько военных частей и все ездят на велосипедах, от малышей до стариков. Там редко ходит городской автобус.
Там провожали в последний путь моего дедушку Мирона поклоном мальчики из вспомогательной школы, где он работал учителем труда, куда он привозил меня маленькую, где меня эти мальчишки угощали киселем из свежесобранной клюквы.
Умерла бабушка, с которой у нас была переписка. В каждом конверте для нее я отправляла пуговку: так мы договорились. После ее смерти, разбирая вещи, мама обнаружила жестяную коробку, полную пуговиц. Такая была ее любовь - хранить то, что важно.
Их дом, желтый, всегда был желтый. Я купалась в любви и заботе, и приезжая туда, и получая душистые, пересыпанные сушеными яблоками посылки с новехонькой школьной формой. Таких плиссированных юбок ни у кого не было. В России шили только типовые, в крупную складку.
И до сих пор я уверена, что моя душа родилась там! И я бережно храню этот свет. Эту любовь! И этот порядок.