Вот и дошла очередь до последнего дерева во дворе, на котором еще сохранились листья. Другие деревья стояли обнаженные и беззащитные в ожидании новой одежды, и только это дерево одаривало всех последними осенними красками. На нем каждый год позже других деревьев распускались весной листья и позже других опадали. Подует ветер, и дерево пошумит, колыхнется, да и стряхнет с себя несколько слабеньких листиков. Они же, подхваченные ветром, пролетят несколько метров и медленно опустятся на мокрую холодную землю. Затишье. Из туч нет, да и пробьется солнце, погреет немножко остывающую природу и в очередной раз скроется, сменившись холодным ветром. Проходит день, и наступает ночь. Природа успокаивается, словно нарочно, чтобы не потревожить листья на дереве, дать им отдохнуть от дневной тревоги. Листья не колышутся и радуются своему покою.
Наступает утро и как заведено уже во дворе, где растет дерево, начинаются будничные хлопоты: отъезжают и подъезжают машины, идут по своим делам люди, кто на работу, а кто на детскую площадку или в школу, живут своей жизнью птицы. И только маленький мальчик на шестом этаже никуда не торопится. Он наблюдает из окна за желтыми листьями на дереве. Опят подул ветер и сдул несколько листьев, а мальчику очень хочется, чтобы дерево оставалось всегда таким ярко-желтым и не погасло никогда. Он смотрит и печально вздыхает каждый раз, когда слетают очередные жертвы ветра. Ему представляется, что каждый улетающий листочек – это капелька лета, испаряющаяся безвозвратно. А дерево все сбрасывает и сбрасывает листочки, не в силах удержать их под напором неизбежного. Правда, листьев так еще много на дереве, что мальчик думает о них, как о бесчисленных звездах во Вселенной и мечтает…
Наступила ночь, и мальчик уснул. Даже во сне он продолжает искать свое дерево, то самое, что стоит напротив его окна. Так вот же оно! Дерево сильно изменилось, оно снова одето в зеленые листочки, как летом, яркий золотистый свет, словно нимб, очертил его контуры и осветил землю, сконструировав причудливые формы пьедестала. Мальчик, не отводя взгляда, смотрит, как зачарованный, на свое преображенное дерево; на лице его отражаются золотистые лучи света; он ощущает, непонятно откуда появившееся, тепло, волнами накатывающее через открытое окно; и улыбка медленно появляется на его лице. Дерево, как будто заметив в окне мальчика, стало покачиваться из стороны в сторону. Вдалеке послышались звуки волшебной мелодии, такой знакомой мальчику и, в то же время, такой неповторимой, необычной. Он даже начал танцевать под эту мелодию и, внезапно, невидимые руки подхватили его и вынесли по воздуху на улицу. Мальчик стоит теперь у дерева. Оно опустило свои ветви к нему, тот ухватился за них и стал кружиться вокруг дерева, взлетая вверх, подбрасываемый нежно и аккуратно. Тут-то мальчик понял, что с небес звучит вальс, становящийся все громче и громче, и через минуту уже все вокруг кружится в его ритме. Деревья стали по-летнему зелеными и освещенными такими же ярко-золотистыми нимбами, как и его дерево. Они сорвались со своих мест и взлетели высоко в небо, чтобы, подхваченные ветром, закружиться фантастическим хороводом под звуки волшебного вальса…Мальчик кружится и кружится в небе вместе с деревьями, которые то и дело осыпают его то зелеными, то красными, то золотистыми листочками. Он счастлив! Также неожиданно, как все началось, музыка прекратилась и ветви дерева, нежно подняв, перенесли спящего мальчика через окно в его кроватку. Окно закрылось, и погас свет.
Утром начался дождь. Он был холодный осенний и срывал листьев с дерева даже больше, чем его коллега ветер. Мальчик смотрел через закрытое окно; воображаемое и любимое лето исчезало безвозвратно. Он тихо плакал, вытирая текущие по щекам слезы, и махал рукой улетающим желтым маленьким птичкам-листикам – осенним свидетелям ускользающей жизни - находящим свое последнее пристанище в грязных кучах. А мальчик, близко прильнув к окну, и, не пытаясь теперь уже вытирать ладошкой неугомонные слезы, смотрел на умирающее дерево. Кто-то позвал его, и он ушел.
К вечеру сильно похолодало, и пошел первый снег. За ночь он покрыл собой каждую веточку, превратив жалкие серые деревья в белые, сказочные зимние игрушки. Выглянув утром в окно, мальчик обрадовался, захлопал в ладошки, забыв об ушедшем лете, и почувствовал счастье от предвкушения наступающей счастливой зимы.