В 1887 году свет увидела новелла Оскара Уайльда «Кентервильское привидение» — самое необычное произведение из когорты литературы ужасов, нарушающее все каноны жанра.
У новеллы две сюжетных линии. Одна соответствует прототипу готической истории с привидением: здесь и тайна замка, и классическая фигура неупокоенного духа, и тёмная история убийства, и гнетущая атмосфера, и другие атрибуты. Другая — юмористическая современная история про приключения семьи американского посла Хайрама Б. Отиса в Великобритании.
Призрак сэра Симона де Кентервиля, так опрометчиво погубившего свою жену — высокородную супругу леди Элеонору, несколько столетий наводил ужас на каждого нового владельца замка и его обитателей. Такие качества, как эгоизм, обидчивость, мелочность, неумение прощать и самому каяться, сформировали его скверный характер. Однако манера, с которой он пугал людей, выдавала в нём тонкую натуру художника и артиста.
С эгоистическим наслаждением истинного художника перебирал он в памяти свои наиболее эффектные появления и с горькой усмешкой вспоминал то свой последний выход в роли Красного Рубена, или Душителя Младенцев, то дебют в качестве Верзилы Гибеона — Вампира с Бексийского болота.
И вдруг, впервые за много лет, дух сэра Кентервиля сталкивается не с человеческой жестокостью, вызванной паникой перед неизведанной потусторонней силой, а с американским прагматизмом. К этому привидение было не готово. Его излюбленные приёмы по нагнетанию страха оказались бессильны перед приземлённым, нефантазийным умом молодых янки и их предприимчивых родителей. По мнению призрака, семья Отисов совершает акт святотатства — стирает кровавое пятно, можно сказать, свидетельство совершённого преступления, своим фирменным пятновыводителем и очистителем «Чемпион».
Мир призрака начинает рушиться. Его, аристократа, привыкшего к такого рода художественным эффектам, подталкивают к банальному воровству красок у юной Вирджинии, дочери Отисов.
Но что мне оставалось делать? Где теперь достанешь настоящую кровь? А поскольку историю с пятновыводителем затеял ваш братец, я считал себя вправе воспользоваться вашими красками. Что же касается цвета, то это дело вкуса: у Кентервилей, например, кровь голубая — самая голубая в Англии; но я знаю, вам, американцам, такие вещи безразличны.
Как указывают исследователи, Оскар Уайльд таким образом утверждал победу рассудка над воображением, буржуазности над аристократизмом, современной Америки над старой Англией.
Персонаж Вирджинии (от латинского virgo — «дева» или «девственница»), которая по замыслу автора должна освободить неупокоенный дух от земных скитаний, знакомит читателя с мифом о невинности природы духа американцев. Америка воспринималась ими как рай на Земле. Соответственно, они его первые люди — Адамы и Евы. Конечно, автор иронизировал на эту тему, но в то же время использовал этот приём для создания конфликта двух миров: Старого и Нового.
Юная девушка — единственный человек, кто искренне сочувствует призраку и жалеет его. При этом она обладает таким же прагматичным умом. Её просьбы к привидению соблюдать тишину и вести себя «как следует» вызывают у последнего непонимание и удивление.
Смешно требовать, чтобы я вёл себя как следует. Просто смешно. Если вы имеете в виду громыхание цепями, стоны в замочные скважины и ночные прогулки, так ведь это входит в мои обязанности. В этом единственный смысл моего существования.
Но дух сэра Симона де Кентервиля ясно понимает, что перед ним невинная душа и его шанс на спасение. Он достаточно натерпелся в последние дни, которые он провёл в боли и страданиях от поведения семьи американцев. Призрак выбирает Вирджинию проводником в потусторонний мир. Она должна, преодолев страх, соединить неупокоенный дух с Вечностью. И Вирджиния покидает земной мир, уходит в мир неведанного, разрушает прагматизм безрассудством и искренностью.
Оскар Уайльд мог бы написать страшную историю по канону, как, например, Брэм Стокер. Но его ужасы призваны были рассмешить читателя. Да и симпатия читающего оказывалась на стороне того, кто должен был навевать ужас и морозить кровь. Разрушая стереотипы, автор подтвердил собственный парадокс:
Жизнь подражает Искусству куда более, чем Искусство следует за жизнью.
Для тех, кто хорошо владеет английским языком, Ленинка предоставляет возможность прочитать новеллу Оскара Уайльда «Кентервильское привидение» в оригинале.
Подписывайтесь на телеграм-канал Ленинки.