Борис Пастернак и Андрей Громыко познакомились в 1952 году на квартире актера Бориса Ливанова. Было какое-то торжество, среди гостей писатель Константин Федин и режиссер Довженко с супругой Юлией Солнцевой.
Громыко на тот момент - 1-ый заместитель министра иностранных дел.
Вообще в той компании наибольшая опасность исходила от Бориса Ливанова. Актер славился своими острыми шутками. Особенно острыми, когда выпивал. А выпить сталинский лауреат любил.
Однако в своих мемуарах Громыко уверяет, что пошлостей в его присутствии артист не допускал. Возможно. Остроты в адрес театральной жизни отпускал, но без фривольностей.
Громыко запомнился тост, произнесенный Пастернаком в тот раз. Вот он: "Хочу подчеркнуть большие успехи нашей литературы как литературы социалистического реализма. Советские писатели имеют огромные возможности, чтобы проявить свой талант и одарить народ интересными произведениями, не уступающими творениям прошлого в нашей стране".
Согласитесь, вполне в духе Александра Фадеева. Хотя далее, как вспоминает министр, Пастернак отметил, что попытки внедрить какие-то стандарты, не оправдываются. Они лишь сковывают вдохновение художника. К себе лично Пастернак это не относил. О том, что его кто-то сковывает не было ни намёка. То есть писал антисоветского "Доктора Живаго" Борис Леонидович без всякой оглядки , пут и страха. Неожиданно. На дворе стоял 1952 год, большая часть "Доктора" была уже написана.
В тот вечер Андрею Громыко глубина мышления Пастернака понравилась. Этим он тут же поделился с Александром Довженко. Режиссер кивнул в знак согласия.
Что касается собственно романа "Доктор Живаго", то Громыко его читал. По мнению министра скандальное произведение можно сравнить с "Тихим Доном". И там и там главный герой мечется. Донской казак Мелехов, в романе Шолохова, не перешел на сторону Красных. С учетом этого оцените как по разному сложилась судьба авторов романов.
Как известно, после издания "Доктора Живаго" за границей у Бориса Пастернака начались проблемы. Но даже несмотря на них, чиновник Андрей Громыко продолжал навещать товарища в Переделкино. Борис Леонидович даже посвятил Лидии Громыко короткое стихотворение, чем весьма тронул министерскую чету.
Сам же Андрей Андреевич заметил, что душой переделкинского дома была очаровательная супруга поэта. Буд-то не знал он о музе Бориса Леонидовича Ольге Ивинской.... А может действительно не знал?
Странно, что "пастернаковеды" обходях общие дипломата и поэта стороной. Делают вид, что не знают о них. Полноте, мемуар Андрея Громыко вышли в 1989. Эксперты не могли их не заметить. Зачем же умалчивать о теплых отношениях поэта и легендарного министра?
Кстати, возможно кто-то из моих читателей знает какие именно строки посвятил Борис Пастернак супруге Министра иностранных дел СССР?
Статьи по теме: