Всю неделю Запад усиленно посылал сигналы о якобы готовности к мирным переговорам
Первым отмашку дал Байден: при ответе на вопрос журналиста долго и путано американский президент рассуждал о своей готовности начать переговоры с Путиным, если, конечно, тот выведет свои войска с Украины.
Потом подключился французский президент Макрон, затем и канцлер ФРГ Шольц, после телефонного звонка Путину намекнул, что можно было бы вернуться к «прежнему порядку» в отношениях с Россией, но опять-таки, если Россия уйдет с Украины.
В многочисленных комментариях экспертов и специалистов вырисовывается и общая позиция Запада: Россия уходит с Украины, вопрос о Крыме опять подвешивается, Донбасс сдается.
Некоторые вещи остаются за скобками, но их нетрудно спрогнозировать: по всей видимости, Россия должна безропотно согласиться уступить свои замороженные на Западе валютные резервы на восстановление Украины, отдать кого-нибудь на начавшийся создаваться международный трибунал по военным преступлениям, НАТО окончательно заходит на Украину…
В общем, России предлагается капитуляция, за что элиту и самого Путина обещают сильно не наказывать за все, что они натворили за этот год.
Любопытно, что до этого все лидеры Запада говорили, что «украинский вопрос» может лишиться только на поле боя. И вот, пошли сигналы, что возможны и переговоры.
Думается, что повлияло на это несколько факторов.
Во-первых, все-таки в США и ЕС накапливается усталость от Украины, а поскольку Россия уступила Херсон, то самое время предложить ей, России, как-нибудь красиво выйти из конфликта. Как «красиво» - смотри выше.
Во-вторых, на Западе ждут, что через некоторое время ситуация может измениться: в России закончилась подготовка мобилизованных резервов, наступает зима и после ещ0е нескольких ракетных атак россияне вырубят окончательно энергетику Украины и начнут воевать по-настоящему. И тогда вопрос о переговорах будет иметь уже совсем другое предметное содержание.
А как российское общество относится в ноябре к специальной военной операции? За состоянием общественного мнения по этому вопросу внимательно следят все три крупнейшие социологические службы России, и буквально на днях очередной пресс-релиз выпустил Центр Левады. Общий вывод таков: «В ноябре снизились внимание и беспокойство респондентов в отношении украинских событий. Поддержка ВС РФ остается высокой. При этом около половины опрошенных хотели бы начала мирных переговоров. Относительное большинство полагает, что “спецоперация” продвигается успешно. Продолжает нарастать уверенность, что военные действия продлятся от полугода и дольше».
«Около половины» сторонников начала мирных переговоров – это 44%, в то время как 48% считают, что операцию нужно продолжать.
Здесь необходимо сделать замечание, что Центр Левады (признан иностранным агентом) не удержался, чтобы слегка не слукавить.
Вопрос «Как вы считаете, сейчас следует продолжать военные действия или начать мирные переговоры?» звучит не вполне корректно, если не уточнять, о чем должны вестись переговоры. Если этот вопрос логически закончить так: «…начать мирные переговоры об уходе с Украины?», то сторонников такой точки зрения было бы не «около половины» а значительно меньше.
Чем чаще на Западе разные лидеры говорят о том, что «нельзя дать Путину победить на Украине», тем крепче становится убеждение большей части российского общества, что на Украине нельзя не победить, поражение в любой форме закончится распадом России.
Но, как ни парадоксально, сам по себе военный конфликт не так уж много значит – России нужна геополитическая победа над Западом, которой не достичь без перестройки всей российской экономики, без консолидации вокруг этой цели всего общества.
В этом «столкновении цивилизаций» самое важное значение будет иметь, по какому проекту будет перестраиваться Россия; самой большой ошибкой, хотя и очень соблазнительной, была бы попытка построить новую Россию всего лишь как «анти-Запад». Чтобы там ни творилось на полях сражений, сейчас нужно думать о том, что будет после военной победы. Как будем жить после того, как все заявленные цели специальной военной операции будут выполнены?
На это же неделе глава МИД России Сергей Лавров заявил, что между Россией и Западом не будет прежних отношений. По его мнению, восстановить взаимодействие по вопросам безопасности в Европе не удастся в обозримой перспективе. Он добавил, что обсуждение этой проблемы возможно только на «принципиально новых началах».
На «принципиально новых» - это каких?