Я был обычным студентом-второкурсником медуниверситета. Всегда, сколько себя помню, был атеистом до мозга костей: не верил ни в Бога, ни в Люцифера, ни даже в обычные души. Но в свете недавних событий, мне пришлось-таки изменить свою точку зрения на этот счёт. Понимаете, какая штука? Можно 1000 раз не верить страшным сказкам детворы в лагере; несложно после просмотра фильма ужасов успокоить себя тем, что всё это просто выдумка. Но смогли бы вы не верить собственным глазам? Вот и я не могу.
Рассказываю по порядку: в вузе было решено устроить, так сказать, экскурсию по местам, где мы будем проходить практику. Одним из таких «достопримечательностей» был морг. И в этом самом морге и произошло то, из-за чего я теперь сомневаюсь в том, стоит ли мне дальше продолжать учиться на медика, или ну его в баню.
Приезжаем, мы, значит, к месту назначения. То была блеклая одноэтажная постройка недалеко от городской больницы, ограждённая бетонным забором с колючей проволокой и железной дверью. Мрачное зрелище, скажу я вам.
Староста позвонил кому-то по телефону, напомнив работникам этого отнюдь не красочного заведения об экскурсии. Прошло минут 5, и за оградой послышались приближающиеся шаги, затем скрежетание и щелчки ключа в замке, и дверь распахнулась. Нас встретил высокий лысый мужчина спортивного телосложения и с прямой осанкой. Единственное, что выдавало его немолодой возраст – лицо, покрытое морщинами.
- Всем доброго дня, господа! – поздоровался мужчина, после чего мы поздоровались в ответ. – Меня зовут Борис Андреевич, можно просто Борис. Я старший патологоанатом в этом морге, работаю тут почти 30 лет. Сегодня буду проводить вам экскурсию. План действий у нас таков: для начала осмотр помещения; потом детальный разбор оборудования: зачем что нужно и как что работает; а напоследок – вскрытие тела. Если есть вопросы, можете смело задавать.
Наша группа дружно кивнула, дав понять, что все всё поняли.
- Что ж, проходим, не стесняемся. – Борис отошёл в сторону, придерживая дверь открытой.
Мы вошли и, подождав патологоанатома, пошагали ко входу в здание. Как только мы туда попали, врач попросил нас снять верхнюю одежду и обувь, надеть халаты и сменку; а также вымыть руки. Мы так и сделали. Но тут мне в глаза бросилась такая странность: Андреевич, если не считать белого халата, был одет совсем не как патологоанатом: куртка из плотного материала, резиновые сапоги в качестве сменной обуви, кожаные штаны, ещё и шлем зачем-то. И, кажется, остальные тоже обратили на это внимание.
Походив по моргу и осмотрев интерьер, уже все поняли, что этот морг, мягко говоря, не совсем обычный. Во-первых, холодильники для тел были с кодовыми замками, и находились прямо в операционной. Нет, не с допотопными замками, где код набирается поворотами осей, а как в кино – панельными. Во-вторых, сама операционная представляла собой комнату с прочной железной решётчатой оградой поперёк. Калитка тоже была металлическая и с замком для велосипеда. За этой оградой и находились камеры, хирургический стол и прочее оборудование для вскрытия, а мы же шагали по другую сторону. В-третьих, все двери в здании тоже были из металла, и Борис каждый раз открывал их ключами, запускал студентов, и снова запирал.
Естественно, мы задавали вопросы: «к чему такие предосторожности?». На что врач отвечал следующее:
- Честно, хрен его знает. Я, конечно, слышал о всяких ЧП в моргах, но они были единичными, да и не факт, что вообще происходили. В СМИ о них ни слова – вся информация из соцсетей или со слов «очевидцев». Мутная история, но мы обязаны следовать технике безопасности, иначе у нас, а особенно, у меня, будут проблемы.
Первый этап экскурсии прошёл. О втором говорить особо нечего, ибо нам показали самые обычные инструменты и приспособления для вскрытий. А вот на самой аутопсии произошло самое страшное…
Началось всё вполне стандартно: патологоанатом пригласил своего ассистента. Они достали труп молодой девушки из холодильника и начали осмотр. Естественно, наша группа наблюдала за процессом через забор, а калитка и все двери были закрыты.
Врачи обследовали тело на наличие внешних повреждений, так как именно причину смерти им предстояло выяснить. Они показывали нам мёртвую девушку с разных сторон, и было видно, что кожа и слизистые в порядке.
По словам Андреевича, при жизни девчонка сидела на герыче. А сама гибель выглядела примерно так: наркоманка тусила с другими торчками, как вдруг просто взяла и упала замертво. Вот-так: ни с того, ни с сего! К счастью, один из её друзей оказался достаточно вменяемым, чтобы вызвать скорую и попытаться оказать первую помощь. Печально, но девку так и не смогли откачать, однако успели взять кровь на анализ. Удивительно, но никаких признаков передоза найдено не было. Не менее удивительно и то, что каким-то чудом наркоше удалось ничем не заразиться за, как минимум, 2 года «стажа». А раз кончина наступила не от наркотиков напрямую, а наружных дефектов нет, то пора пускать в ход скальпель.
Борис сделал надрез на груди, а ассистент защипнул зажимами края раны и раскрыл её. Они повторили те же манипуляции с жировой прослойкой и мышцами. Далее врачи аккуратно надломали грудную клетку, надеясь найти неполадки в кровеносной или дыхательной системе.
- Хм, сердце цело и невредимо. – недоумевал старший патологоанатом, - Аорта тоже. И легочные сосуды, да и сами лёгкие…
- Может, печень? – предположил кто-то из наших. – Болезни печёнки могут долго не вызывать никаких симптомов, а потом резко дать о себе знать. К тому же, наркотики часто вызывают цирроз или рак.
- Если бы дело было в печени, анализы бы это показали. Да и от проблем с органами, за исключением сердца, лёгких, сосудов и мозга всегда умирают постепенно. А по словам знакомых, если не считать наркозависимость и некоторые проблемы с психикой, барышня была вполне здорова, и неплохо себя чувствовала накануне. Живучая, однако. – подметил ассистент Бориса, и тут же добавил, - Надо вскрыть череп.
- Димон, а я вот гадал, вспомнишь ты про мозг, или нет. Всё-таки вспомнил, молодец! – похвалил помощника Андреевич.
Дмитрий благодарно кивнул.
Врачи сложили грудную клетку и зашили разрез. После этого они сняли трупу скальп и распилили кость. И, угадайте, что оказалось не так внутри головы? Да в том-то и дело, что всё снова было хорошо! Никаких кровоизлияний, повреждений, ничего такого!
В полной растерянности Борис и Дмитрий стали спорить о том, что же тогда могло вызвать внезапную смерть, конечно, залатав сперва кожу на голове. Не может же человек просто так, без физиологической причины склеить ласты!
Моя одногруппница неожиданно подала голос. – Посмотрите на руку! На правую!
Отвлёкшиеся на разговор патологоанатомы резко обернулись в сторону тела. Все студенты тоже уставились на него.
- Ну и что? – слегка раздражённо спросил Борис Андреевич. – Рука как рука.
Однако, ответ не понадобился. Только что не подававшая никаких признаков жизни тёлка вдруг сжала кулак, а затем согнула локоть в обратном направлении, издав характерный хруст! Потом она с таким же треском повернула голову в нашу сторону… У неё были закатаны глаза! А рот, или, скорее, пасть, растянулась в таком оскале, что кожа и мышцы разрывались! Боже, мне не передать словами и половины того, насколько это было ужасно и отвратительно!
В операционной начался невообразимый переполох! Кто-то в панике ломал замки на дверях; пара особо безбашенных пытались дотянуться до стола с инструментами, чтобы схватить скальпели и ими обороняться в случае чего, наверное; а остальные, и я в их числе, просто застыли в ступоре. Ассистент Дмитрий отшатнулся от трупа и заметался, крича при этом громче всех. Борис в судорогах достал охотничий нож из кармана халата, стянул с него чехол и замахнулся было на уже скрутившуюся в три погибели тварь, но она вцепилась своей конечностью в запястье патологоанатома, и одним движением вывернула его руку, поломав в ней все кости! Врач взвыл от боли и выронил оружие. Здоровой рукой он схватил за шею ожившего мертвеца, но и тут потерпел фиаско: тот резко вскочил, скрипя всем телом; повалил Бориса на пол и вцепился мёртвой хваткой в его плечи. Монстр собирался растерзать патологоанатома голыми руками, однако из-за его неспособности порвать толстенную кожаную амуницию, фиаско потерпел уже он.
Дмитрий как будто бы в себя пришёл. Он подобрал с пола нож и ударил им тварь в спину. Из раны хлынула кровь, хотя откуда ей было взяться в мёртвом организме?! Существо завопило нечеловеческим голосом, развернулось и почти набросилось на ассистента, только Андреевич, как ни в чём ни бывало, встал на ноги; ухватился не сломанной рукой за рукоять ножа, торчащего из спины девки; и одним движением распорол её до самого позвоночника, перебив спинной мозг.
Труп застыл так же внезапно, как пошевелился в первый раз. Обмякшее тело с грохотом упало на пол.
Минут десять мы все молча пялились на него, переводя дух.
- Это что вообще сейчас было? – наконец кто-то задал интересующий всех на данный момент вопрос.
- Как вам сказать… - начал Борис. – Очень редко, но бывает, что человек отбрасывает копыта, потому что… Как бы это бредово ни звучало, но у него умирает душа. Его разум постепенно сходит на нет, а потом, когда от души совсем ничего не остаётся, все физиологические процессы резко прекращаются, и человек падает замертво, даже если в остальном с его здоровьем всё было путём. Пока доподлинно неизвестно, почему так происходит, но есть мнение, что всему виной наркотики, алкоголь, депрессия…
- А почему Вы нам об этом не рассказали? Ну, что так бывает. – поинтересовался я. – Да и вообще, почему об этом не написано в учебниках или других официальных источниках?
- Так я и сам во всё это не верил. Я же слышал подобные истории только из сарафанного радио, а вижу такое первый раз. Мне казалось, что всё это выдумки, городские легенды; а правительство на них купилось, вот и понаставило тут решёток с замками, нас в кожаную броню нарядило, а придавать огласке для «простых смертных» не стало! И потом, даже если бы я и предупредил о возможности такого поворота событий, хотите сказать, вы бы восприняли мои слова всерьёз? Не решили бы, что я, старый хрен, совсем из ума выжил?
- Хм, честно говоря, я бы, наверное, так и подумал. – согласился я.
- А чё ей так башню сорвало? – вернулся к начатому мой одногруппник. – Тоже из-за смерти души?
- И да, и нет. – патологоанатом достал из кармана блистер, кажется, с обезболивающим; выдавил пару таблеток; и закинул их в рот. – Дело такое: когда мы умираем, то дух покидает тело, но обычно не выгорает. И когда такой призрак видит вполне жизнеспособную, никем не занятую оболочку, он спешит в неё вселиться. Но тут работает принцип «кто успел – тот и ожил», ведь ожить хотят многие души, потому что если очень долго оставаться приведением, то будешь медленно, но верно превращаться в демона, и чем старше демон, тем он сильнее и злобнее. Самые могущественные бесы могут вытеснять обычных духов из тел, поэтому, почти никогда не занимают свободные тушки. А вот демоны послабее конкурируют с призраками, и если им удаётся вырвать право на материальное существование, то ждать можно чего угодно, ибо они уже не люди.
- Классно, а с трупом что будем делать? – опомнился Дмитрий.
- Дунем, плюнем и надёжно склеим скотчем. А в отчёте сочиним что-нибудь. Но сначала давай в холодос её уберём, и доведём дело до конца позже? Сейчас мне нужно в травмпункт.
Закончилась вся эта история довольно мирно, если не считать того, что она сильно пошатнула моё психическое здоровье. То, что я всерьёз задумываюсь о том, чтобы бросить учёбу – лишь верхушка айсберга. Прошло уже больше месяца, но я до ужаса боюсь людей. Чтобы ходить на лекции или в магазин, и не ловить каждый раз сердечный приступ, мне надо принимать транквилизаторы. И то, я всё равно постоянно оглядываюсь и прислушиваюсь. Вдруг кто-нибудь рядом прямо сейчас протянет ноги от «выгорания души» и превратится в не-пойми-что? Или вон тот человек сзади уже и не человек вовсе, и он ждёт удобного момента, чтобы откусить мне голову?
Я боюсь, и дико устал от этого. Я устал от страха, но в то же время не могу с ним совладать. С каждым днём я всё реже выхожу на улицу, бухаю всё больше. Последние дня 4… Или 5… Или вообще неделю… Чёрт! Я теряю счёт времени! Короче, последние несколько дней я не просыхаю вообще. Колёса запиваю водкой. Уж лучше в принципе ничего не чувствовать, чем жить в постоянной панике!
К психиатру обращаться не менее страшно. Врачи ведь тоже люди. А значит, и они могут потерять собственные души. А это в свою очередь означает, что на приёме специалист; если он таковым не является, а только выдаёт себя за него; может сделать со мной что-то очень нехорошее.
Не знаю, что мне делать. Да я уже и не хочу что-то делать. Я принял безвыходность ситуации. Будь, что будет, мне всё равно.