Что мы всё про Китай, да Китай и его состояние? Верно? Надо и про Тайвань написать, как там дела обстоят у них.
Как пишут, тайваньские опросы показали, что в случае нападения Китайской Народной Республики на Тайвань 74% тайваньских граждан готовы защищать остров. Вопрос заключался именно не в том, будут ли они сражаться, а в том, насколько они готовы.
На Тайване всех мужчин призывают в армию. Но в последние десятилетия срок службы сократился — в 2008 году с первоначальных двух лет до одного года, а с 2018 года всего до четырех месяцев.
Тем не менее в связи с китайскими военными учениями после августовского визита спикера Палаты представителей США Нэнси Пелоси на Тайвань реальность войны становится все ближе. В конце марта министр обороны Тайваня Чиу Го-чэн заявил, что Тайвань рассматривает возможность увеличение срока обязательной военной службы.
Если Тайвань действительно намерен защищать себя от Народно-освободительной армии, в дискуссиях следует учитывать не только продолжительность, но и то, как реформировать деятельность, связанную с призывом на военную службу. Чтобы узнать больше, журналист издания поговорил с молодыми тайваньскими мужчинами об их опыте службы в армии и проблемах обороны Тайваня.
Среди опрошенных были мужчины, прошедшие стандартную четырехмесячную военную службу, и те, кто прошел 12-дневную замещающую службу — альтернативный вариант для части мужчин, кто по закону не может полноценно служить.
Замещающая служба довольно распространена: в 2021 году 17% мужчин из города Гаосюн были зачислены на замещающую службу вместо постоянной службы военного резерва.
У отслуживших существует общее чувство пессимизма:
«Если нам нужно было быть на передовой, нам определенно не хватило подготовки. Люди просто не восприняли это [службу 4 месяца] всерьез».
Откуда возникла эта «несерьезность» по отношению к воинской повинности и как тайваньское общество ее укрепляет?
Есть некоторые решаемые, но игнорируемые проблемы, о которых говорили мои собеседники: сломанное тренировочное оборудование, 50-летнее оружие, длительные периоды бездействия.
Общество в целом также не ставит боевую готовность в приоритет:
«То, как люди говорят о вооруженных силах, кажется несерьезным. Люди сравнивают это с летним лагерем или с чем-то, чем можно заняться на летних каникулах в колледже. Относиться к этому серьезно - смешно».
Для молодых тайваньских мужчин, проходящих службу в армии, существует резкий когнитивный диссонанс между их политической и военной позицией.
Мужчины в армии, как правило, открыто выступают против Пекина, Си Цзиньпина и Народно-освободительной армии. В 2020 году исследовательский центр Pew Research Center заметил, что тайваньцы в возрасте от 18 до 29 лет с меньшей вероятностью будут поддерживать более тесные экономические или политические связи с Китаем по сравнению со своими более старшими коллегами.
Однако настроения против КНР не побуждают этих людей или общество в целом идти на жертвы ради защиты своей республики, а также не приводят к повышенной бдительности в отношении угроз со стороны КНР и не приводят к увеличению инвестиций в оборону.
В вооруженных силах вторжение НОАК «никогда не обсуждается», сказал один из собеседников. Другой посетовал:
«Конечно, все знают, что угроза со стороны Китая существовала всегда, но они думают, что это только в новостях. Они не уверены, что это произойдет [то есть не готовятся психологически - прим. Об этом не говорят]».
Во-первых, склонность к оптимизму омрачает понимание войны. Тайвань цепляется за надежду, что КНР не вторгнется — или что, даже если вторжение будет, Соединенные Штаты закончили бы со своей стратегической двусмысленностью и пришли бы Тайваню на помощь.
В опросе, проведенном Тайваньским фондом общественного мнения, 51% респондентов ответили отрицательно на вопрос «Считаете ли вы, что Китай когда-либо вторгнется на Тайвань?» Только 39% респондентов ожидали вторжения.
Во-вторых, отношение к военной службе на Тайване хорошо выражается в популярной идиоме:
«Хороший человек не становится солдатом, и хороший кусок металла не попадает в гвоздь».
Это клеймо для военной службы является побочным продуктом разорванных отношений между военными и тайваньской общественностью, которые восходят к 1949 году, когда Гоминьдан (Гоминьдан) бежал на Тайвань с материкового Китая и начал свою военную оккупацию в качестве де-факто правительства Тайваня.
Последующий "Инцидент 228" [также известная как резня 28 февраля, произошла в 1947 году, когда правительство Китайской националистической партии (Гоминьдан) жестоко подавило антиправительственное восстание на Тайване] и период военного положения, получивший название «Белый террор», травмировали тайваньский народ, поскольку военные Гоминьдана заключали в тюрьмы, пытали и казнили местную элиту, интеллигенцию и гражданских лиц.
Современный Тайвань сильно отличается от репрессивного авторитарного режима, правившего архипелагом несколько десятилетий назад. Путь Тайваня к демократии и инвестиции в правосудие переходного периода привели к реформе многих некогда авторитарных институтов, что сделало Тайвань ведущей демократией в Азии [ещё бы не ведущей, один из главных "азиатских союзников" США не может быть другим - прим. Об этом не говорят].
Однако политические репрессии со стороны военных по-прежнему портят представление тайваньского общества о военных поколениями даже спустя несколько поколений.
Исцеление разорванных отношений между военными и гражданскими лицами является задачей сложней, чем любая политика. Тайваньский народ должен признавать и уважать военных. Что еще важней, военные должны заслужить уважение тайваньского общества. Есть два реальных способа, которыми военные и гражданские лица могут работать вместе, чтобы создать оборонительную тайваньскую армию для тайваньского народа.
Мало того, что гражданские солдаты должны иметь длительную и интенсивную военную службу, тайваньская культура должна измениться, и признать угрозу вторжения вероятной.
Критики не должны интерпретировать усилия по изменению продолжительности и качества вооруженных сил Тайваня как попытку превратить либерально-демократическую страну в военный режим. Наоборот, это способ дать сигнал Пекину, что риски вторжения на Тайвань перевешивают выгоды.
Что еще важней, гражданские лица Тайваня должны чувствовать, что их армия защитит их. Помимо улучшения службы по призыву, тайваньские военные также должны рассмотреть возможность создания краткосрочных курсов для гражданских лиц с "низким уровнем обязательств".
Частные компании, которых становится все больше, уже взяли на себя инициативу по обучению гражданских лиц основам выживания на войне и обращению с оружием.
Будущее Тайваня не определено. Однако военный потенциал Китая растет, что делает потребность Тайваня в сдерживании постоянно насущной и императивной. Тайвань должен развивать и укреплять свои подразделения обороны, начиная с гражданских лиц и солдат срочной службы.
Это означает нечто большее, чем покупка нового оружия, создание асимметричных возможностей или увеличение срока призыва.
Интересные у них там настроения в обществе. Ну очень.