Внешние формы романа изменились, но герои его всё те же...
Х. Кортасар
Характеристики, связанные с проблематикой нарциссизма, присутствуют в качестве отдельных симптомов во всех расстройствах личности и, более того, на всем континууме психопатологии. Чем существеннее личностная структура поражена нарциссическими лакунами (то есть имеет место серьезная дефицитарность силы, целостности и интегрированности Эго), тем глубже патология личности, а значит, тем меньше ее способность отдавать, заботиться, испытывать эмпатию, принимать в расчет потребности и нужды Другого.
То есть, по сути, нарциссизм это спектр, и его отдельные черты присутствуют у каждого из нас, проникая в структуру характера любого типа и проявляясь на любом уровне личностной организации (невротическом, пограничном или психотическом). Но в определенных случаях мы можем говорить именно о нарциссическом типе личности или, по мере нарастания дезадаптивных паттернов, о нарциссическом личностном расстройстве. Причем внутри этой достаточно обширной типологической категории существуют различные вариации.
Подтипы нарциссического характера: общее и различия
Психоаналитически-ориентированные авторы идентифицируют несколько подтипов нарциссического характера, в зависимости от наличия определенных преобладающих и дополняющих друг друга черт. Например, французский аналитик Ж. Бержере выделяет 7 его разновидностей, каждый из которых соответствует определенному типу тревоги, связанной с потерей объекта (именно этот признак, по его мнению, лежит в основе проблематики нарциссизма):
- зависимый тип, определяемый склонностью к формированию симбиотической привязанности к объекту, которому транслируются функции заботливого родителя;
- депрессивно-мазохистический тип, предполагающий соотнесение себя с образом «жертвы жестокой судьбы» с сопутствующими этому образу самообвинительными и самоповреждающими паттернами;
- фаллический тип, соответствующий классической концепции высокомерия и грандиозности как ключевых особенностей нарциссизма;
- фобический тип, основными чертами которого являются настороженность в отношении окружающих и избегающие паттерны поведения;
- маниакально-депрессивный тип, определяемый резкими колебаниями самоотношения от грандиозности до обесценивания;
- ипохондрический тип, предполагающий чрезмерную обеспокоенность своим здоровьем и, в целом, своим физическим и психическим состоянием;
- психопатический тип, к которому относятся контрзависимые нарциссические личности с выраженными агрессивными паттернами.
О. Кернберг – признанный эксперт в области психологии нарциссизма - предлагает учитывать в классификации нарциссических личностных конфигураций, прежде всего, наличие перверсивных и/или деструктивных паттернов и выраженность морально-этических ограничений. По его убеждению нарциссизм – это континуум, на одном полюсе которого сосредоточены нарциссические расстройства невротического уровня (в этом случае речь идет об относительно зрелых защитах и более или менее успешной адаптации), а на другом – так называемый «злокачественный» нарциссизм, представленный ярко выраженными садистическими, паранойальными и антисоциальными паттернами.
Но независимо от того, какую позицию в данном континууме занимает тот или иной субъект, его личность всегда будет захвачена огромным зарядом ненависти к внешнему миру и гиперкомпенсаторным грандиозным «Я», которое позволяет замкнуть весь мир на самом себе, отказавшись от ожиданиий чего-то хорошего извне. При этом в глубине, под «толстым слоем» этой защитной конструкции, скрывается неутолимая жажда любви и отношенийй в которых будет возможна глубокая привязанность.
Интересная классификация встречается в работах юнгианских аналитиков Н. Догерти и Ж. Вест. По критерию доминирующего паттерна отношений (избегающий, зависимый или антагонистический) они выделяют 3 подтипа нарциссического характера, каждый из которых описывают в опоре на образ мифологического и/или литературного персонажа:
- контрзависимый нарциссизм (Питер Пэн) определеяется сильно выраженным шизоидным началом, отчужденностью, самонадеянностью, высокомерием, дерзостью и презрением к любым проявлениям слабости;
- зависимый нарциссизм (Офелия) – здесь стержневым образованием выступает отчаянный поиск Другого, идеализированного «Спасителя», на роль которого часто выбирается совершенно неподходящий или недоступный объект; с этим объектом нарциссический индивид стремится создать аффективно насыщенные отношения, пытаясь увидеть в нем, как в зеркале, лучшую и страстно желаемую часть себя; поскольку это желание в реальности невыполнимо (никто не может заменить нам нас самих), постоянными спутниками представителей такой разновидности нарциссизма становятся разочарование и чувство «ненужности», «непонятости»;
- альфа-нарциссизм (Медея) – соответствует «злокачественному» нарциссизму по О. Кербергу; определяется преобладанием таких черт, как враждебность, агрессивное соперничество, стремление к доминированию с ориентацией на успех-любой-ценой.
Итальянский аналитик С. Андреоли предлагает рассмотреть две (основные, на его взгляд) разновидности нарциссической личности, в значительной степени отличные друг от друга:
1. Нарциссизм, характеризуемый «высокомерным» или грандиозным «Я» (по Х. Кохуту), «манифестным Я» (по Г. Габбарду), «толстокожим Я» (по Г. Розенфельду), «фаллически-эксгибиционистским Я» (по В. Райху). Отличительные особенности данного подтипа: самовлюбленность, надменность, претенциозность, склонность преувеличивать собственные достижения, вплоть до эксгибиционизма и самовозвеличивания, наряду с недостатком эмпатии и равнодушием к чувствам и потребностям окружающих. Принципиальным здесь является тот факт, что носители такой нарциссической конфигурации всегда активно ищут новые возможности для подтверждения и утверждения своего нарциссизма: такие возможности, которые представят их в наиболее выгодном свете.
2. Нарциссический характер, ядро которого составляет «застенчивое» или сверхчувствительное «Я» (по Х. Кохуту), «тайное Я» (по Г. Габбарду), «тонкокожее Я» (по Г. Розенфельду). Обладателей данной формы нарциссизма отличает сдержанность, избегающее поведение, сохранение значительной социальной дистанции с целью оградить себя от риска испытать стыд и разочарование в себе из-за сверхчувствительности к критике и поражению в конкуренции. Такие субъекты тяжело переживают достижения других, так как чувствуют себя бездарными и опустошенными, сравнивая себя с ними. Они обладают очень высокой восприимчивостью к экспрессивным проявлениям окружающих и склонны их интерпретировать как выражение определенного отношения в свой адрес. В струтуре личности у них, как правило, присутствуют депрессивно-мазохистические черты, а также зависимые паттерны, которые выражают их потребность быть принятыми и любимыми во что бы то ни стало. При этом за хрупкостью и чувствительностью скрывается мощь подавленной агрессии и тенденция распоряжаться другими людьми, контролировать их и обслуживать с их помощью интересы собственного нарциссического Эго.
Попробую объяснить приведенную выше дифференциацию, опираясь на концепцию Х. Кохута.
Х. Кохут (1971) подчеркивал наличие в нарциссической личности вертикального расщепления психики (сосуществование рядом противоположных качеств и установок), что порождает, с одной стороны, грандиозное, надменное и могущественное «Я» (Сэлф), а с другой – неосознаваемое хрупкое «Я», склонное к стыду и очень чувствительное к отвержению (из-за ранней травмы, в следствие которой была подавлена естественная привязанность к объекту любви - матери).
Иными словами, в глубине души каждого грандиозного нарцисса (первый подтип) лежит дезинтегрированная самость (расщепленная и подавленная), переполненная чувствами обиды и унижения. В свою очередь, нарциссическая личность с преобладанием депрессивных паттернов и застенчивости (второй подтип) несет в себе неосознаваемое желание достичь своего грандиозного идеала: получить могущество и распоряжаться судьбами других людей по своему усмотрению, то есть исключительно для собственного блага. Таким образом, и экспансия, и отстранение (подобно вуайеризму и эксгибиционизму) составляют две стороны одной и той же нарциссической медали, хотя и с разными феноменологическими выражениями.
Концепцию Х. Кохута можно дополнить феноменом ложного «Я» Д.В. Винникотта. Точно так же как у Кохута нарциссические паттерны представляют собой защитный фасад для крайне уязвимого Эго, ложное «Я» у Винникотта – это невротическая маска, которая помогает индивидууму функционировать адаптивным образом в его повседневной жизни, скрывая дефицитарные аспекты внутреннего мира и показывая только те, которые считаются приемлемыми (что, в свою очередь, является ретрансляцией эмоциональных паттернов, усвоенных в раннем детстве).
Американский психоаналитик Н. Мак-Вильямс отмечает:
...нарциссический субъект чрезмерно озабочен формой, а не содержанием. Он предпринимает отчанные попытки завоевать уважение и доказать себе свою ценность посредством постоянной демонстрации успехов, славы, силы, красоты, власти и богатства, которые могут защитить его от ощущения фальши и пустоты, чувств стыда, зависти, уродства и неполноценности, компенсирующими аналогами которых являются лицемерие, гордость, презрение, иллюзия самодостаточности, тщеславие и чувство превосходства.
Гиперкомпенсаторные «инвестиции в самого себя» позволяют нарциссическому индивидууму, фукционирующему на невротическом (а в определенных случаях – и на пограничном) уровне личностной организации, успешно решать адаптационные задачи и демонстрировать социальные достижения. Однако на более тяжелых уровнях регрессии (большинство случаев пограничного уровня и психотический уровень личностной организации), Эго (или Сэлф в терминологии Х. Кохута) подвергается угрозе все большей фрагментации.
Это может проявляться в конверсионной симптоматике: в чрезмерной (вплоть до бредовой) озабоченности здоровьем и внешностью, в страхе смерти или в нарастающей склонности к дистанцированию от социального мира, сведении к минимуму любых возможностей межличностных контактов и шизоидной изоляции в собственном внутреннем мире.
Далее рассмотрим еще две ключевые характеристики нарциссического расстройства личности, которые имеют принциальную важность в дифференциальной диагностике: доминирующие защитные механизмы и ведущий аффект.
Нарциссизм и защиты Эго
Защиты при нарциссизме направлены на то, чтобы избежать чувства зависимости от Другого, страха отвержения, зависти, а также повреждения самоуважения и достичь иллюзорной автономии, часто пронизанной идеей величия и всемогущества. Таким образом, отличительным знаком защитного стиля нарциссической личности являются механизмы идеализации и обесценивания, тотальность которых тем выше, чем глубже уровень нарциссической патологии.
Примитивная идеализация – механизм, который позволяет придать себе, другим или происходящим событиям бОльшую ценность, чем та, которой они обладают в реальности. Для нарциссической личности функция данной защиты, прежде всего, состоит в значительном преувеличении достоинств какого-либо аспекта реальности (например, осбтвенной красоты, ума, таланта и т.п.) и изоляции других ее характеристик, которые переживаются как неприемлемые (изоляция – другой защитный механизм, обеспецивающий функционирование идеализации). Например, в романе О. Уайльда «Портрет Дориана Грея» идеализация персонажем эстетической красоты служит для того, чтобы скрыть любые следы собственного несовершенства, а также изолировать себя от преследующих, угрожающих и предающих Я– и Объект-репрезентаций.
Комплиментарным к механизму примитивной идеализации является механизм примитивного (тотального) обесценивания, который позволяет нарциссическому субъекту через презрение к внешнему миру пережить чувство собственной грандиозности, исключительности: собственные негативные аспекты, недостатки, собственная ответственность отрицаются и проецируются (то есть здесь работает также и проекция, она «вшита» в обесценивание) на других. За счет этого становится возможным сохранять бесконфликтное представление о себе как о совершенном, всемогущем и самодостаточном.
Здесь стоит отметить, что следствием процессов идеализации-обесценивания является болезненный (то есть приобретающий навязчивый характер) перфекционизм, выполняющий функцию подпитки гиперфункционирующего и гиперэффективного «Я», но неизменно оставляющий привкус разочарования. Примером тому может служить неспособность нарциссической личности почувствовать удовлетворение и радость от любого (даже очень значимого) достижения.
Драйвы и аффекты при нарциссизме
Нарциссические люди часто жалуются на хроническое чувство пустоты и скуки, смутное ощущение собственной неадекватности, на угнетающую обыденность. Но при этом, как отмечает С. Андреоли, их все же не покидает желание найти рано или поздно некий Святой Грааль– источник смысла и силы, испив из которого, они наконец обретут себя раз и навсегда.
Звучит поэтично, однако же реальность гораздо произаичнее и, я бы сказала, непригляднее.
Итак, основные аффекты при нарциссизме:
1. Прежде всего, зависть. Именно зависть является ведущим аффектом при нарциссизме, ей пронизано всё, вокруг нее всё вращается. Когда Другой попадает в поле зрения нарциссической личности, он, в первую очередь, подвергается анализу на предмет того, есть ли в нем что-то интересное, привлекательное. Если ответ – да, это повод для зависти. Если ответ нет – такой Другой, вообще не заслуживает внимания. То есть отношения либо априори пронизаны завистью, либо никаких отношений просто нет. И именно через зависть нарциссическая личность выражает, «выпускает» агрессию, которой она переполнена.
2. Жадность. Следующим типичным аффектом, «сопровождающим» нарциссизм, является жадность - в ее самом примитивном варианте, отсылающем нас не к анальной (более зрелой), а к оральной фазе психосексуального развития. Такая жадность выражается в стремлении полностью поглотить и «присвоить себе», «вампиризировать» идеализированный объект или объект зависти, то есть присвоить себе все его характеристики и качества, чтобы больше не нуждаться в нем.
3. Стыд. Еще один «верный» спутник нарциссического субъекта - это стыд – аффект, типичный для человека, который чувствует, что не соответствует своему идеалу. Стыд возникает в ситуациях любой, даже незначительной, неудачи, проигрыша, сопоставления себя с другими, в результате которого не удается поставить себя на первое место в чем-бы то ни было. Другими словами, стыд – всегда следствие обнаружения собственной уязвимости и несовершенства.
4. Вспышки гнева и мстительность. Стремящемуся всегда сохранять хладнокровие нарциссическую субъекту не удается избежать эпизодических прорывов переполняющей его агрессии. Особенно высок риск такого прорыва в тяжелых ситуациях, связанных с угрозой самоотношению и разочарованием (в первую очередь, это касается тех случаев, когда нарциссический индивид рассчитывал на победу и был в ней уверен, но проиграл). Месть, в свою очередь, представляет собой «маневр», позволяющий «восстановить справедливость» и вернуть себе чувство превосходства над более успешным конкурентом.
5. Депрессия. Известно, что нарциссическая депрессия представляет собой очень тяжелое состояние, которое часто сопровождается самопровреждающим поведением (например, злоупотребление алкоголем, употребление наркотических средств), а также маниакальными эпизодами компенсаторного характера (рискованное поведение с целью доказать себе свою состоятельность – например, экстремальные виды спорта либо не соответствующие возрасту и состоянию здоровья спортивные нагрузки), суицидальными попытками и завершенным суицидом. Депрессивные срывы возникают как реакция на неудачи, разочарования, отказы (отвержение) и имеют тенденцию к увеличению частоты и тяжести по мере возрастных изменений (например, возникающая во второй половине жизни неудовлетворенность внешностью, физической выносливостью, сексуальной привлекательнотью и т.п.).
Продолжение следует...
Иллюстрация к статье: Давид Ревуа (David Revoy). Нарцисс и Эхо (Narcissus & Echo). 2006.
Лабиринты нарциссизма: часть 2, мифологическая
Лабиринты нарциссизма: часть 1, феноменологическая
Автор: Римма Айсина
Психолог, Консультант
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru