ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ СИСМЕЕВ
(Продолжение. Начало: https://dzen.ru/media/id/5ef6c9e66624e262c74c40eb/voennyi-letchik-ispoved-posle-poletov-i-snova-dela-domashnie-638b60e4b38b93414452589f )
Зима 1995 года проходила для меня в обычном порядке. На работе в свободное время я как-то незаметно и исподтишка занялся изучением строительного дела. По книжкам для профтех. образования, выходящим под брендом «Школа молодого мастера», я узнал, как класть кирпич. Какой ряд называется тычковым, а какой ложковым, что такое расшивка кирпичной кладки, для чего она нужна и как делается. Книжка А.Шувалова «Как построить сельский дом» научила меня, как рассчитать необходимое сечение стропил, для разной длины их прогонов и частоты установки. Многому из области плиточных, сантехнических, кровельных, штукатурных, малярных и прочих других строительных работ научили меня эти незамысловатые книжонки, издаваемые специально для подростков, пришедших постичь рабочие специальности в ПТУ.
В жизни нашей фирмы тоже прошли некоторые изменения. Устав от постоянных интриг и афер Генерального директора, найдя новую работу, начальника центра по сборке и реализации корейских автомобилей «КИА», от нас ушел мой хороший приятель главный инженер А.В. Мудрицкий. На его место с черниговского автосборочного завода пришел главный инженер В.А.Ткаченко, энергичный мужчина лет сорока пяти. Мне импонировали его подходы к решению возникающих проблем: все четко, конкретно, продуманно и в кратчайшее сроки. Он себя называл человеком от «заводской трубы». Говоря об этом, он вспоминал слова, сказанные ему его отцом еще в детские годы:
- Витек. Держись и не отрывайся от дымящей заводской трубы. Ничего, что она чадит, что из нее летит сажа, грязь и копоть. Знай, что она, такая неприглядная, тебя всегда накормит, напоит и обогреет.
С Виктором Алексеевичем работать мне было комфортно. Вскоре мы с ним сошлись так близко, что он, врастая в обстановку, стал спрашивать у меня не только вопросы производства, но и внутренней византийщины, плетущейся внутри нашего руководства. Я своими подсказками открыл ему глаза на взаимоотношения Генерального со своими замами, директорами СТО, и вообще на тот скрытый мир, в котором пребывали истинные отношения на нашей фирме. Я думаю, что моя информация уберегла его от шагов, которые могли бы ему навредить. По мере того, как он убеждался в правоте моих домыслов и умозаключений, в наших с ним разговорах стали свободно проявляться нотки его критики в адрес генерального и той деятельности, которую шеф считал источником своего личного обогащения. Он доверял мне ту информацию, о которой я, отработав в этом коллективе пять лет, даже и не догадывался. Понятное дело, что все это было строго конфиденциально и только между нами.
В марте заканчивались монтажные работы по полному оснащению Центральной базы материально технического снабжения, полу-автоматизированным складским штабельным хозяйством – нашим последним пусковым объектом. В связи с этим, на начало апреля было запланировано богоугодное освящение и официальное открытие нашего производственного комплекса, с официальным разрезанием красной ленточки и полным освещением всего этого празднества, на каналах Украинского ТВ. Помимо всего, эти события были напрямую приурочены к визиту высокого гостя Генерального директора Российского Государственного производственного объединения « Авто ГАЗ» - А.В. Ведяева. А для нас, простой черни, это означало несколько бесплатных трудовых субботников и воскресников, по уборке и облагораживанию территории, на благо и во красоту нашего кормильца «УВОТЕХСа». Ну что ж, ничего не поделаешь, раз надо, значит надо, и никуда тут не денешься. Но из любого, даже негативного явления можно найти и свои случайные положительные интересы. Так оно для меня и вышло. Территория нашего предприятия на тот момент представляла картину сродни картине разгромленного Сталинграда. Строители, закончив свои работы, побросали все им не нужное, в «спешке отступили». Чего тут только ни было: и битый кирпич, куски арматуры, какие-то короба воздуховодных и вентиляционных систем и многое, многое другое. Нам, технарям был отведен самый запущенный участок. И хоть находился он не на переднем плане панорамы, но его вид портил окружающий интерьер. Это фактически была свалка, какого-то брошенного строительного имущества. Огромные деревянные катушки для силового электрокабеля, металлические поддоны и бадьи с застывшим бетоном, такие же панели опалубок для заливки фундаментных пролетов между сваями, стальные фермы и стойки старого стеллажного хозяйства все это бесхозно валялось и все это нужно было куда-то убирать с глаз долой. Получив от Генерального за плохую организацию работ «скипидар под хвост», к нам в крайне возбужденном состоянии пришел заместитель по строительству ОВ Цыганков.
- Олег. Что с этим всем делать?- был к нему мой первый вопрос
- Что горит- сжечь. Остальное убрать с глаз подальше. - Куда убрать?
- Да хоть к себе домой,- срываясь на крик, ответил мне зам по строительству.
- Так это же строительная оснастка. Она, может быть, еще строителям пригодится?
- Никому она не пригодится, убирайте все, и что бы я этого здесь больше не видел, - уже не говоря, а перейдя на крик, констатировал Цыганков.
В тот день, я вернулся домой с субботника не маршрутным автобусом, а на самосвале КаМаЗ, загруженном почти доверху, стальными опалубками, десятком пространственных ферм для складских стеллажей, и сотней каких-то двухметровых стальных распорок или перемычек из швеллера сечением 100 мм. Этот день для меня оказался удачным. Стальные опалубки с толщиной стенки в 6 мм, полностью перекрывали площадь моих будущих гаражных потолков, пространственные четырехметровые стояки стеллажа идеально подходили в качестве стропил для кровли, а сотня стальных распорок - перемычек всегда найдет себе место и применение в любом домашнем хозяйстве.
Торжества по официальному открытию Центра прошли с помпой, банкетом для ограниченного круга и премированием лиц особо отличившихся за трудовые подвиги. Мой друг Федор Нестерович, зазвал меня в свою кладовку и заявил, что хочет от своего имени премировать меня курткой «Аляска».
- Это я тебя и себя наградил куртками. Они на настоящем синтопоне, а не как те китайские пуховики из которых лезет перо, и тебя спрашивают, «А в каком курятнике ты сегодня ночевал?»
- Федор, так под это серьезное дело должен быть приказ Генерального.
- Не волнуйся. Приказ есть, но он без фамилий, а самое главное у меня. А это самое главное - «Ведомость о выдаче материальных ценностей на руки». Кого захочу, того в нее впишу, того сам и награжу. А Генеральному, до этого нет никакого дела.
- Так. С тобой все понятно. А чем ты наградишь нашего дружбана, Белана Сашу?
- А ему будет «домино». Пусть «он старый козел», сидит и «козла» забивает, все равно он у тебя ни черта не делает, - шутя ответил мой друг Федька.
- Как ничего не делает? Он у меня в отделе регулярно организует пьянки, ходит за водкой в кафе, и вообще постоянно и четко руководит этим процессом. Следит, чтобы никто от него не увиливал и не сачковал.
- Во, во. Он только на это способен. Надо бы его заложить Генеральному, а то он совсем мышей перестал ловить.
На такой веселой ноте акт нашего взаимного дружеского вознаграждения за трудовую доблесть был закончен.
В середине апреля по офису поползли слухи, что в ближайшее время из-за ухудшающейся финансовой обстановки на предприятии возможно предоставление неоплачиваемого отпуска работникам нашего центрального аппарата. И такой затяжной отпуск возможен на три месяца. Я уточнил достоверность этой версии у В.А.Ткаченко и получил от него утвердительный ответ. При этом он мне сказал, что возможны периодические вызовы на работу отдельных специалистов для решения экстренно возникающих задач.
И так с 25 апреля мы все не вышли на работу. Я позвонил в Борисполь своим прошлогодним потенциальным строителям узнать смогут ли они в ближайшие дни построить мне гараж? Но получил ответ, что они совсем недавно приступили к строительству большого жилого дома одному из крутых мужиков и поэтому им сейчас не до гаража. Они напали на большие бабки, которые надо срочно срубить.
Теплым солнечным утром 28 апреля сидел я на фундаменте будущего гаража в раздумье, где бы найти строительных рабочих. Проходивший рядом сосед Дмитрий Николаевич Зверев, увидев меня, зашел во двор и спросил:
- О чем мужичек, задумался?
- Да вот, Митя, думаю где найти строителей.
- А на черта они тебе нужны? А ты давай без строителей.
- А как так, без них? Кто же будет строить?
- А сам что, не можешь? Я лично сам по природе своей очень жадный и не хочу кому-то платить за то, что сам могу сделать. Что в том мудреного как класть кирпич? Что у тебя ума меньше чем у тех селюков, которые вчера пришли в город на стройку, а сегодня стали «крупными специалистами»? Потренируйся, попробуй и потихоньку «вперед!». Я уверен у тебя получится. Покажи, какой у тебя инструмент?
Я вынес из сарая и показал ему весь классический набор инструмента каменщиков: кельму, кирочку, отвес, уровень, корректирующую рейку и шнур- причалку. Все было исправно и позволяло успешно работать. Взяв в руки кельму, он о ней нелестно выразился, а потом сказал,
- Ты сейчас замешай ведро цементного раствора, а я минут через десять приду.
Когда он вернулся и показал, что сделал с моей кельмой, я просто удивился. Вместо огромного неудобного треугольника с ручкой, это был аккуратный инструмент размером чуть больше чем ладонь и по форме напоминающей березовый лист. Затем он взял десяток кирпичей и начал на фундаменте возводить угловой столбик.
- Митя, погоди. На фундамент надо положить слой гидроизоляции – сказал я.
- Вот видишь ты и про изоляцию знаешь. Ты может еще знаешь, что такое «тычок», и что такое «ложок»?- говорил он, продолжая укладывать кирпич на кирпич.
- Да я все это знаю, знаю, как все это делается, да вот только не имею практических навыков.
- О, Да ты парень просто придуриваешься. Смотри, как это делается, - и он одним махом развалил свежесложенную им кладку.
- А теперь давай по науке. Сперва слой гидроизоляции, потом тычковый ряд, затем пару-тройку рядов ложковых, затем снова тычковый для перевязки, и так далее, до самого верху. Начинай прямо сейчас и не затягивай. Послезавтра наступает май, а в «маю'» работу начинать не стоит. Она не пойдет.
Так, 29 апреля 95 года в 9 часов утра я положил свой первый кирпич в стену будущего гаража. Стройка длилась ровно 3 месяца и 20 дней. В «День авиации» 18 августа я сделал себе подарок: ровно в 18 часов въехал на своей машине в полностью построенный гараж и запер на замок въездные ворота. Тем самым доказав себе, что я как строитель состоялся.
Конечно, все это далось не легко. В первый день за 8 часов я уложил только три десятка кирпичей. Потом посмотрел на получившуюся порнографию и все развалил, чтобы завтра по утру начать сначала. С приобретением практики я понял, что без подготовительных работ на стройке, даже маленькой, не обойтись. За каждым отдельным кирпичом к штабелю не набегаешься. Приходилось после окончания дневной кладки, выкладывать кучки кирпича и кирпичного боя вдоль линии завтрашнего фронта работ. Нельзя было забывать и о бетономешалке, каждый вечер очищая ее от налипшего цементного раствора и заливая ее «грушу» до определенного уровня водой. Чтобы завтра с утра кинув в нее, вращающуюся, ведро цемента и три ведра строительного песка, через пару минут, получить строительный раствор нужной консистенции.
Опыт еще раз подтвердил, что лень всегда наказуема. Однажды я пожалел себя и в конце рабочего дня не укрыл часть свежей стенной кладки защитной пленкой от дождя. Дни были жаркие, а ночи ясные и в течении недели не было ни одного облака на небе. Это и подвело меня. Ночью разыгралась гроза с ливнем, который вымыл весь свежеуложенный за день раствор, и работа целого дня ушла насмарку. Из-за высокой температуры днем, работы приходилось начинать с первым лучом солнца, а это в июле означало в начале четвертого. Я выходил во двор, когда вокруг была звенящая тишина, и было слышно, как через открытое окно соседа, раздавался его богатырский храп. По мере того как запускалась бетономешалка и в звенящую тишину вплетались звуки ее периодического поскрипывания, соседский храп, трансформировался в недовольное ворчание, а потом в откровенный мат со словами:
- Да ё… же твою мать. Ты, наконец-то, дашь мне поспать?
Бетономешалка, издав прощальный скрип, затихала на небольшой срок до очередного замеса, а соседское бурчанье было уже совершенно по другому поводу. Теперь объектом его недовольства являлся тонкий периодический стук ручкой кельмы, по аккуратно подгоняемому кирпичу к остальным кирпичам кладки. Иногда этот стук заменялся звенящим ударом кирочки по отрубаемому куску силиката. Для того, чтобы как-то минимизировать шум от отсекаемого кирпича, я уходил подальше в глухой угол. А вот звонких, тик-тик, при подгонке кирпича избегать не удавалось. Не переносить же всю стену?
Когда утром, с вечера пьяный, с ночи не выспатый сосед появлялся на крыльце чтобы идти на работу, то первым кто его встречал это была моя рожа со стены с лучезарной улыбкой и слова приветствия, произносимые нежным и мягким голоском:
- Доброе утро, Алик (Алик был лет на 10 старше меня). Как спалось? Как отдохнул?
- Отдохнул, отдохнул, - было его нечленораздельное мычание.
- Понятно. Значит плохо, значит, вчера мало выпил. Ну, ничего, сегодня все учтешь и исправишься. А сейчас я желаю Вам хорошего рабочего дня и бодрого настроения.
Взглянув зверем в мою сторону, сосед ничего не сказав ушел творить свой промысел.
Однажды, во время кладки верхних рядков кирпича, я явился невольным свидетелем разговора двух девочек лет четырех-пяти из близлежащих дворов. Они играли на куче моего песка и, хвастаясь, рассказывали о том, что у них происходит дома. При этом, я был от них на противоположной стороне высокой стены, и они обо мне даже не догадывались:
- А ты, Светка конфеты любишь?
- Ага, люблю. Только мама мне их редко покупает. Зато, когда к нам приходит дядя Толя-кум, то он приносит маме бутылку вина или водки, а мне шоколадку или конфетки.
- И к моей маме тоже приходит дядя Гриша, а еще приходит дядя Валик, и дядя Николай - ответила вторая - И они мене тоже конфеты приносят. А потом они всегда закрываются с мамой в другой комнате, но меня туда не пускают. У них там громко играет музыка и что-то стучит в стенку.
- А к нам один раз пришел дядя Толя с каким-то другим дядькой. Они были немного пьяные и еще выпили вместе с мамой. А после этого они раздели маму и сами разделись без трусов, и все пошли на диван.
И далее дитя неразумное, в цветах и красках рассказало своей подружке, как на ее глазах происходила эта оргия, под названием «группен-секс». Как в этой подвыпившей компании, её мать одновременно любили два мужика, и как мама, при этом громко стонала.
- А я лежала, как будто сплю, и через щелки глаз все это видела. Мне было немного жалко маму, что она стонет.
- Да. Тебе хорошо. К вам много дядей ходит. Я тебе завидую. Они тебе приносят много конфет. А у меня только один дядя Толя.
- А ты скажи своей маме, пусть к ней приходят и другие дяди. И тогда они тебе тоже будут приносить конфеты.
Когда я со временем узнал, чьи это были дети, то я поверил в правдивость их разговоров. Действительно, «Устами младенца, глаголет истина», а на их матерях, «молодухах–одиночках», клейма не было где ставить.
После того как гараж был построен и были выведены все коммуникации по устройству, в одной части этого строения - сауны, возникла проблема подсыпки земли вокруг высокого фундамента. Это было необходимо для того чтобы подсыпав землю, ликвидировать те низкие места скопления воды, которые год тому назад сорвали начало строительства. Эту проблему гениально и просто мне помог решить мой шурин, Заместитель начальника киевского Высшего военного училища связи, полковник Василий Николаевич Будяк. Он сказал:
- Если хочешь, то я могу тебе прислать армейский экскаватор, на базе шасси «Урала». Им управляет наш прапорщик Миша, настоящий виртуоз. Он тебе в течение часа выроет котлован, в который ты будешь собирать ливневую воду, а вынутая земля уйдет на подсыпку.
Я согласился. Через два дня Миша вырыл котлован. Я просил его вырыть яму размером 3х4 и глубиной не более 2 метров. Миша все воспринял правильно и вырыл котлован 4х6 и глубиной на всю длину стрелы ковша - 4 метра. Таким образом у меня на участке образовалось 96 куб. метров земляного отвала и котлован, вглубь которого было страшно посмотреть. Правда после первого дождя котлован стал обрушиваться, расширяясь во все стороны. Когда грунт его стен приобрел свой естественный угол отсыпки, то у меня на территории усадьбы возник водоем под пруд, размером 6х9 и глубиной в средине 2 метра. Со временем он заполнился грунтовыми и ливневыми водами, а еще через год в нем завелись и стали стремительно размножаться, ни весть откуда попавшие в него караси.
Строительные успехи окрыляли меня на новые свершения. Следующее, что согласно планам было у меня на очереди, это была сауна, спланированная в одной четвертой части построенного мной сооружения. Но для этого нужны были свободные финансовые ресурсы и липовая или ольховая доска – вагонка.
Хочу отметить одну интересную деталь. Когда я приступил к проектированию своего сооружения, то я просчитал все до последнего кирпича. И, получалось, что последний кирпич, уложенный на фронтоне, должен быть последним и в кирпичном штабеле, стоявшем на земле. Когда дело дошло до практики, то оказалось, что я просчитался на 26 штук. Надо было где-то их достать. Зашедшая к нам передохнуть по дороге с базара старушка «министерша», спросила меня, почему я не завершаю кладку фронтона?
- Не хватает 26 кирпичей,- был мой ответ
- Приди ко мне. У нас какие-то кирпичи по всему двору валяются. Если подойдут, то забери. И тебе в дело и мне двор очистишь.
Я взял свою двуколую садовую тележку и вместе со старушкой пошел за кирпичами. Во дворе действительно в различных местах лежали кирпичи. Одни закрывали дырку под забором, что бы не лазали соседские куры, другие изображали бордюр давно заброшенной клумбы, третьи вообще служили примитивным мангалом. Я забрал их все до единого. Их оказалось ровно 26 штук и не более.
Когда, спустя пару месяцев после завершения строительства и проведения всех работ по отсыпке и планировке земли на территории усадьбы, я приступил к наведению порядка и уборки в своем дворе, то в результате этого мероприятия как из под земли всюду начали появляться ранее недостающие мне кирпичи. В основном они использовались как опоры и подложки на грунте под бочкой для воды стекающей с желоба крыши, то, как подставка под какой-то ящик с непонятными железяками и проводами. И просто банально лежали на пешеходной тропке в огороде, где при дождях собиралась вода. И как ни странно, их вылезло ровно 26 штук. Просто какое-то кармическое или даже кабалистическое «число 26», почему-то в то время постоянно преследовало меня.
Заканчивался 1995 год, год в котором я обрел новые профессии: каменщика, электросварщика, штукатура, кровельщика. Своими руками и без чьей-либо помощи, как Робинзон Крузо, построил задуманное, перешагнул свой личный полувековой рубеж. Но самым главным событием года, для меня явилось появление 8 июля на свет моей внучки Насти Багнетовой Анастасии Евгеньевны, гражданки Эстонии от рождения. А это самое главное. Ведь, рождение нового человека это гораздо важнее, чем все остальное, суетное.
( Продолжение следует)