Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

ПОЧЕМУ МУЖЧИНЫ НЕ ПЛАЧУТ

В последнее время на всех мужчин легла большая ответственность и не все смогли ее принять и выдержать. А ожидания у общества и у женщин совершенно противоположные, женщина хочет видеть рядом сильного, стойкого и смелого защитника. При этом полностью отрицая наличие эмоциональной части мужчины. Права на страх оказалось у мужчины также нет, как и нет права на слезы и мне, как маме мальчика, еще совсем малыша, сейчас это очень хорошо видно по чатам и сообществам мам. Оказывается, чуть ли не с года мальчики плакать не должны, до года можно, говорить не умеет, а после все. Поэтому надо держать в строгости ребенка, нечего с ним сюсюкаться, или еще хуже, пусть ребеночку каких-нибудь таблеточек выпишут, а то он плачет. А он плачет.
Плачет, когда кто-то ломает его башню, которую он строил все утро. Плачет, когда мама уходит и оставляет его в саду. Плачет, когда его на улице большие мальчишки обидным словом назвали. Идиот, например. А он этого слова не знает, и ему кажется, что это нечто ужасное

В последнее время на всех мужчин легла большая ответственность и не все смогли ее принять и выдержать. А ожидания у общества и у женщин совершенно противоположные, женщина хочет видеть рядом сильного, стойкого и смелого защитника. При этом полностью отрицая наличие эмоциональной части мужчины. Права на страх оказалось у мужчины также нет, как и нет права на слезы и мне, как маме мальчика, еще совсем малыша, сейчас это очень хорошо видно по чатам и сообществам мам.

Оказывается, чуть ли не с года мальчики плакать не должны, до года можно, говорить не умеет, а после все. Поэтому надо держать в строгости ребенка, нечего с ним сюсюкаться, или еще хуже, пусть ребеночку каких-нибудь таблеточек выпишут, а то он плачет.

А он плачет.
Плачет, когда кто-то ломает его башню, которую он строил все утро.

Плачет, когда мама уходит и оставляет его в саду.

Плачет, когда его на улице большие мальчишки обидным словом назвали. Идиот, например. А он этого слова не знает, и ему кажется, что это нечто ужасное. И он бежит к маме, с плачем утыкается ей в живот, путано пытается объяснить… А мама так внушительно: «Немедленно перестань размазывать сопли. Ничего страшного не случилось, подумаешь, обозвали! Надо было сдачи дать!»
Самое удивительное, что он перестает плакать и молча идет в свой угол. Правда, что-то там горячо шепчет под нос. Возможно, что сочиняет всяческие жуткие казни для обидчиков, а возможно продолжает говорить маме, что он хотел им тоже сказать что-то обидное, но испугался.
Я спрашиваю маму, почему и зачем она не дает мальчику плакать.
Ответ меня не сильно удивляет.
Оказывается, для мамы самой НЕПЕРЕНОСИМО его горе, она не может видеть, как ребенку плохо. Она чувствительная и отзывчивая, когда он плачет – у нее перехватывает горло и подступают слезы. Ей самой в детстве запретили чувствовать любовь к папе. Мама сказала он плохой и не любит НАС больше и плакать от того, что папа не пришел значит злить маму, а маму злить нельзя, мама нужна ребенку добрая и любящая. Поэтому девочка и перестала плакать совсем, а теперь и сыну не дает.

С другой мамой на приеме стали с одной мамой раскапывать её собственные детские чувства и переживания, а там тишина. Пустота и молчание. Помнит, как стоит посреди комнаты одна и обнимает плюшевого мишку и ждет маму, когда она простит ее и придет. Что я сделала не так уже не помню, раз мама обиделась и не разговаривает, значит я виновата.

«Чего вам сейчас хочется?» - спрашиваю я.

«Чтобы все чувства исчезли и их не было», - отвечает она. Мама запрещала плакать и возмущаться, спорить, жаловаться, вообще, любые негативные эмоции были вне закона. И годам к семи девочка так хорошо научилась все вытеснять и блокировать, что теперь, когда пятилетний сын позволяет себе швырнуть в стену игруху и, топая ногами, вопить «Дура! Дура! Дура!» - её накрывает волна паники и ярости одновременно. Паника потому, что накажут, а ярость потому, что она воспринимает сильную эмоцию сына как свою.

То есть мама не воспринимает ребенка как отдельную личность. Ее реакции связаны с тем, что она воспринимает ребенка как часть СЕБЯ.
ПОЭТОМУ она так хорошо его понимает. С другой стороны,
раз малыш – часть мамы, то и реагирует она на него совершенно бессознательно как на саму себя: «Что ты ревешь, тряпка, соберись!». Повторяет автоматически мамины слова с МАМИНЫМИ же интонациями.
Потом из этих мальчиков вырастают красивые и сильные мужчины, они влюбляются-женятся, и тут оказывается, что их жены ХОТЯТ, чтобы муж был чувствительным! Чтобы понимал, разделял, сочувствовал, сопереживал. Догадывался о настроении, ловил невербальные знаки.
А у него это все отшиблено.

Хочется сказать: мамы, вы уж определитесь с легендой. Вам нужен Рыцарь без страха и упрека, Супермен, Герой и Мачо? Окей, но тогда готовьтесь получить в комплекте все, что прилагается: нечуткость, наплевательство на отношения ради цели, неумение договариваться и идти на компромиссы.
Или вы хотите видеть рядом друга, помощника, защитника, близкого человека? Тогда в нагрузку пойдут и слезы, и неумение всегда и сразу стоять стеной (потому что у стены по определению чувств нет), и очень неловкие страхи в обычной, в общем-то, ситуации.
На самом деле, вполне реально воспитать того, кто будет успешен в современном мире, кто сможет и с младенцем управиться, и карьеру достойную сделать и защитить.

Но хорошо бы в процессе осознавать: что и для чего мы делаем. Вот когда стыдим малыша «что ты ревешь, как девчонка?» - это мы зачем?

Что может и должна сделать мама в ситуации, когда ребенок явно чем-то расстроен и плачет?

1) Перво-наперво – обнять и приласкать. Неважно, что там на самом деле произошло, сейчас ему больно, и грустно, и хочется, чтобы утешили. Не надо квохтать вокруг и причитать, просто прижмите его к себе и гладьте по голове. Кстати, и ваши собственные слезы и комок в горле так переждать легче. Главное, не рассыпайтесь от сочувствия сами. Вы сейчас – сама надежность и сила.

2) Разобраться в ситуации. Задать спокойным голосом проясняющие вопросы. Не уличающим и прокурорским тоном «А ты сам-то куда смотрел? А точно они первые напали?», а внимательно: «А что было до этого? А потом? А ты?».

3) Все это для того, чтобы назвать его (малыша) чувства правильно. Когда напали старшие мальчишки – ему, наверное, больно и страшно? А когда просто ушибся об угол, потому что летел сломя голову – просто больно? Или еще и обидно?

4) Когда чувства названы, они становятся управляемыми, с ними можно взаимодействовать. На этом этапе слезы обычно уже высыхают и ребенок в состоянии обсуждать произошедшее. Поговорите с ним, если он хочет, или поцелуйте в макушку и пусть бежит играть дальше.

Длительность и интенсивность горевания – важный симптом. Если ребенок плачет очень уж громко, хотя вам кажется, что проблема того не стоит, присмотритесь более внимательно к повреждениям, возможно, вы в первую секунду чего-то не заметили. Я помню, как однажды утешала вопящего во все горло сына, а он что-то совсем уж не успокаивался, а потом оказалось, что в ботинок попал камень, который врезался в ножку.

Иногда дети замечают, что на обычные обращения мама реагирует вяло, зато стоит зареветь – прибегает. Маме следует договориться с ребенком о каких-то других сигналах, кроме включения аварийной сирены.
В любом случае, СТОЙКОСТЬ И ОТВАГА воспитываются совсем иными средствами, нежели привычкой игнорировать собственные чувства (С).

WA: https://wa.me/79152996402

Telegram: https://t.me/PsyPisareva

ВКонтакте: https://vk.com/psyholog_pisareva

#психолог_писарева #психолог #психология #самооценка #сказать нет #личные границы #зависимость #семья #отношения #развод