Выбор Михаила Айзенберга
* * *
Осень-то, ёхсина мать,
как говаривал Ваня Бати́щев,
младший сержант,
родом из глухомани сибирской,
павший в бою
за свободу Чехословакии.
Осень-то, ю́-маю́,
все деревья в желтой иллюминации.
1946
* * *
Мне говорят:
какая бедность словаря!
Да, бедность, бедность;
низость, гнилость бараков;
серость,
сырость смертная;
и вечный страх: а ну, как...
да, бедность, так.
* * *
Кто скажет, где, когда,
давно, или недавно,
тот берег,
и та вода,
что пела мне: "пан мой, Ян мой" –
теперь их – даже во сне –
и то – не покажут мне.
Но можно – средь бела дня,
волне попутной вверясь,
увидеть,
как ты бледна,
и как ты
мягко стелешь...
* * *
Это я, на мусорном ящике,
босой, вычебучиваю чечётку.
Это я, о сухую траву отираю штык.
Это я, живу с чужой женой.
Это я, это не ты.
12 сент 65
* * *
Что это значит?
А ничего не значит.
Абже, да как же?
Все так же, манюня, все так же.
Так же, как раньше?
Да, мамочка, так же, как раньше:
может быть, Макбет,
а может быть,
абже
да бабже.
25 июля 67
(...) В поэзии новый автор это новый герой. Тот, кого раньше не было, или он не решался писать. Трудно объяснить, чем создается у Сатуновского очевидность новизны и личной неповторимости — неожиданностью ли средств или интонацией, возможной, казалось бы, только в устной речи? Стихи Сатуновского — это письменная устная поэтическая речь. Соединение в одно целое таких совершенно разных языковых возможностей и есть поразительное, но немногими еще понятое открытие инженера-химика из города Электросталь.
Полностью здесь: https://morebook.ru/tema/poet-poet/item/1643368683124