В первом посте я уже рассказывал, как в тундре вообще появилось столько металлолома. В прошлом веке на полярную станцию Марресаля бочками доставляли дизель, но пустую тару от топлива на «большую землю» не забирали.
В первую короткую вылазку в тундру мы оценили масштаб работ — насчитали в общей сложности 2200 бочек. Чтобы убрать их все, нужно несколько таких экспедиций. Помимо бочек вокруг станции еще куча генераторов. Огромных дизельных генераторов. Ржавых, тяжелых — их тоже нужно было собирать и готовить к вывозу.
Мы в «ГПН-Развитии» такое между собой называем очень тактично — «историческое наследие». Звучит так, будто это подарок от прошлых поколений. Так себе подарок, но раньше об экологии мало кто думал.
Это теперь следят за всем. Стройка только зимой, чтобы почву не повредить. Очистные сооружения такие, чтобы ничего не сливать в реки. Регулярные замеры воды, почвы и воздуха. Требования к вывозу мусора, кстати, особенно жесткие в нефтянке. По работе я в основном и занимаюсь организацией всего этого на наших объектах.
Метеостанция все еще работает на дизельном топливе, и его тоже привозят в бочках. Но их уже никто не разбрасывает, а сразу вывозят.
С «наследием» до нас разбирались советские военные: здесь когда-то стояла воинская часть. Они собрали бочки по отдаленным участкам и притащили чуть ближе к станции.
У нас задача была простая: найти бочку, докатить ее до пресса, спрессовать до состояния «тазика» и сложить в одном месте – на условном «складе». Зимой спрессованные бочки заберет вездеход и увезет на «большую землю», на утилизацию.
Но это только звучит просто. Бочка весит 30-40 кг, сильный ветер ее разгоняет до приличной скорости и укатывает на много километров в тундру. Поэтому мы выбирали локальные точки и скатывали бочки туда, а уже после спрессовывали.
Пресс нам доставили на третий день экспедиции. Его сначала везли на морском судне, а потом забросили нам вертолетом. Еще день мы его собирали и на пятый запустили в работу. Это такая сборная конструкция с гидравлическим насосом и с рабочей поверхностью, которая делает из бочек блинчики.
Каждый день мы, как муравьи, расходились по территории, брали участок в работу. Иногда бочки приходилось выкапывать из земли. Некоторые из них пролежали 50 лет. Мы находили тару с отметками 1947 и 1952 годов.
На берегу металл лежал вперемешку с древесиной. Ее мы собирали и отдавали ненцам. Это ценный материал: им можно затопить печь и обогреть чум или вскипятить чайник. В ямальской тундре почти не встречаются деревья.
Пока одна группа катала бочки, вторая — вытаскивала генераторы. Их невозможно спрессовать на станке, поэтому просто складывали все в одном месте. Немножко попотели.
Чтобы было легче таскать двигатели, придумали систему с рычагом и резиновыми ремнями. Рычаг использовали, чтобы достать генератор из ямы. С помощью ремней (от тех же самых генераторов!) поднимали и тащили их на «склад». Такие вот технологии времен египетских пирамид.
Рушан (лидер команды) хорошо спланировал процесс уборки. Мы прикинули сразу, сколько бочек спрессуем за две недели, и шли четко по плану с поправкой на иногда выходящий из строя пресс. К счастью, механизм нехитрый — ремонту поддавался легко!
В итоге получилось 1500 бочек. Так что не переживайте, следующей экспедиции еще останется.
Дальше расскажу про свой единственный выходной день.
Пишите в комментах, как вы думаете, я его провел:
- спал
- пошел на рыбалку
- затусил в чуме
- искал норы леммингов
Навигация по блогу:
Пост 1 — Кто я и как я решился на экспедицию
Пост 2 — Как проходил отбор в волонтеры
Пост 3 — Как мы добирались до Марре-Сале
Пост 4 — Как жилось на берегу моря
Пост 5 — Как мы бочки в тундре собирали
Пост 6 — Как я провел единственный выходной
Пост 7 — Чем запомнится Арктика: море, люди, цифровой детокс
Пост 8 — Возвращение домой, или Чему учит Арктика
Пост 9 — Меня часто спрашивают, или Пост с ответами