В начале XVI века посол папы римского Климента VII Альберт Кампезе писал в Рим, что жители Руси, как Литовской, так и Московской, считаются одним народом, поскольку говорят одним языком и исповедуют одну веру. Об этом же говорил и через 100 лет польский король Ян Казимир. И если знать западных регионов удалось переманить деньгами и титулами, то обычный народ вел такой же русский патриархальный образ жизни. Хотя правители России и сами предавали русских жителей западных территорий: Галитчины, Буковины, Закарпатья, играя в дипломатию то с поляками, то с австрияками. Екатерина уступила их Австрии, потом Александр I, подтвердил право Габсбургов на эти земли. Даже когда Австрийскую империю в 1848-1849 годах захлестнула венгерская революция и Франц Иосиф вынужден был обратиться к Николаю I, царь даже не задумался воспользоваться ситуацией, чтобы вернуть жителей западных регионов домой. При этом наши войска, проходившие через эти регионы замечали, что идут по русским землям, так как их встречали как героев и братьев. Хотя Австрия не останавливалась в создании из окраинных земель Руси - антироссии.
И вот тогда они обратились к полякам, у которых ненависть к русским заложена на генном уровне. И они с радостью подкинули дров в разгорающийся огонь русофобства. Даже поляка Голуховского сделали главой МИД Австрии, чтобы он на дипломатическом уровне боролся с русскими. Известны его слова, которыми можно описать всю европейскую политику, начиная с ХIX века: "Пустить русина на русина, дабы они сами себя истребили".
Именно с этой целью во второй половине XIX века была развернута масштабная деятельность по созданию нового, "отличного от русского", языка. Поляки и австрияки включились в работу, им помогали и доморощенные интеллигенты, увидевшие в этом либеральные ценности в чистой свободе даже переделать язык, но и конечно, желавшие пофилософствовать и увековечить свое имя хоть где-то. Малорусский язык или суржик сразу отмели, потому что это, по сути, наречие русского языка, как и в названии никто не хотел оставлять хоть какую-то связь с Русью. Вот тогда и придумали язык окраин - украйнский. И, конечно, надо было и в кириллице изменить несколько букв, чтобы письмена не выглядели точь-в-точь как московские.
Основоположником украйнского языка был гимназист Грушевский, который с сотоварищами выдумал вот это чудо-юдо недопольское, которое никак не могло прижиться в народе. Но потом делу Грушевского помогли советские власти, которые усилили украинизацию, а додавили молорусский язык уже современные наместники Запада в захваченных ими посредством "мягкой силы" западных областях России - и не только в Галиции, но вплоть до Харьковской и Луганской областей, в которых заставляли русских говорить на языке окраин - украйнском.
По сути, когда мы говорим об украйнской мове, то мы не должны говорить о ней, как о какой-то характеристике отдельного народа и мы не можем сравнивать ситуацию запрета русского языка на территории Украины с критикой использования квазиязыка на освобожденных территориях. Украйнский язык - это не язык народа, а конкретный инструмент западных политиков, созданный для стравливания русинов с русинами, то есть для создания постоянной гражданской войны внутри одного народа. И именно из-за этого этот инструмент должен быть полностью уничтожен - выжжен под польский корень, в рамках цели "денацификация", которую поставил 24 февраля Президент Владимир Путин.