Что может быть прекраснее вечера пятницы? Ничего! Груз "производственных" задач сброшен с плеч до понедельника и можно бежать домой с чистой совестью.
Она и "бежала", и даже напевала, что-то про малиновый свет, который куда-то упал, но вот куда? Еще минута и она бы свернула в свою арку, но черт дернул затормозить. На противоположенной стороне, наискосок в таком же арочном проеме трое подростков мутузили щуплого пацана. Вика безнадежно оглянулась по сторонам, улица как на грех была пуста, ни одного справного мужика в радиусе действия не наблюдалось.
"Святые угодники!" подумала она и неожиданно "рванула". Плана "атаки" не было, но она вспомнила наставления мужа сыну-подростку, что в уличной драке махать ногами нельзя, поскольку главное, чтобы тебя "не завалили" и, кроме того, у нее в руке была "дамская" сумочка. Гаденыши были так увлечены и так не ожидали нападения, что первый свалился как подкошенный, получив по загривку "кожаным мешком", второй, зазевавшись был выведен из строя тем же безотказным оружием, а вот последнего "достать" не удалось. Воодушевленная потерями врага, Вика как раз стала замахиваться в третий раз, как получила в глаз. Боль была такой сильной, да и сам удар тоже, что она, сделав немыслимый кульбит, рухнула на спину.
- Эй, ты жива? - голос раздавался откуда-то сверху и буравил мозг - Жива, говорю, или чё?
Вика попыталась открыть глаза, но тут же зажмурилась снова.
- Слушай, вставай, зима на дворе, а ты лежишь как на пляже, отморозишь эти, как их там... придатки - не жалуйся.
Мальчишка потянул ее за рукав и стал неловко подсовывать свой "прутик" ей под плечи. Весовые категории были столь несопоставимы, что Вика пожалев "задохлика", собралась с духом и стала отскребаться от асфальта. Сопя, кряхтя, скуля и постанывая минут через десять она смогла встать на ноги и прислониться к стене.
- Как тебя зовут? - чужим голосом спросила Вика.
- Коля, а что?
- Хочу знать, кому обязана боевым крещением.
- Чего? - не понял он
- Первой дракой, так понятно?
- Не свисти. Троих уделала с первого раза - так не бывает!
Вика неодобрительно фыркнула. Ну кто их воспитывает. Тыкают взрослым людям, спасибо за спасение не говорят, хамят...
- Постой, почему троих? Третий же вроде мне врезал?
- Ну да, только ты падая, умудрилась подскользнуться и случайно его лягнула, они когда убегали, Витек сильно хромал.
- А чего это они побежали и сумку даже не прихватили?
- Так тачка напротив остановилась, вот они и решили убраться от греха подальше, да и потом, ты лежала как трупешник - любой бы сдернул.
- Ладно, понятно, - вздохнула она. - Пойдем, я провожу тебя до дома.
- С ума сошла, это я тебя провожать должен. Ты еле на ногах стоишь.
- Не спорь со старшими, - разозлилась Вика. - Не хватало только, чтобы ты еще на каких-то гопников нарвался, считай все мои труды - псу под хвост.
Он, конечно, пытался сопротивляться, но потом рассудив, что у нее при падении что-то там в мозгах однозначно "цвыркнуло" сдался, тем более идти было два шага.
- Дед, это я, - крикнул пацан в закрытую дверь, потом позвонил еще раз.
В приоткрывшемся дверном проеме, стянутом цепочкой, показался жилистый старик. Пробуравив Вику взглядом, он, наконец, запустил внука домой и тут же хлопнул перед ее носом тяжеленной створкой.
Опешив до невозможности, Вика еще несколько минут потопталась на лестничной клетке, а потом, переваливаясь как утка, пошла домой.
Ни тебе спасибо, ни нам до свидания, грустно подумала она, когда услышала за спиной чьи-то быстрые шаги. Инстинктивно сжавшись и покрепче вцепившись в спасительную сумку, он резко обернулась. Ее догонял Коля.
- Прости деда, он этот, как его - мизантроп, чужих не любит. Не парься - ты ни при чем.
- Чего уж там, - мрачно сказала Вика.
- Я спасибо тебе хотел сказать, но видать на стрессе был, прости, да и не ожидал, что кто-то впишется, тем более ты.
- Че это, тем более я? - неожиданно обиделась Вика.
- Не злись, просто ты уж больно приличная, такие по подворотням не дерутся, - объяснил Коля, развернулся и поскакал прочь.
Дома ее появление вызвало фурор не меньший, как если бы ее семья увидела на пороге Папу Римского. Мама мужественно не падала в обморок, муж онемел и лишь ребенок с уважением присвистнул: "Вот это да, зачетный фингал".
"Зачетный фингал" быстро вывел мужа из летаргии и дав великовозрастному отпрыску по темени любящий рукой, Стас стал неуклюже распаковывать ее из пальто, стянул грязную шапку и стащив сапоги, поинтересовался где это она так умудрилась упасть. Информация о том, что она подралась, вывела из анабиоза мать. "Господи, только этого не хватало" - вяло сказала она и стала оседать на пол. Подхватив тещу, жену и приказав сыну ставить чайник, Стас кое-как привел лучшую половину человечества в чувства и Вика, наконец, рассказала, что "отбила" мальчишку у каких-то хмырей, но силы были не совсем равны. На "неравных силах" мама взвыла и назвала чокнутой, которая не думает о семье, зато "мужчины"смотрели на нее так, как будто видят впервые. Кривляка-сын подошел и осторожно дотронулся до руки.
- Ты чего? У меня все цело, - удивилась Вика.
- Ничего, просто захотел прикоснуться к легенде, - улыбнулся Даня.
Получив еще одну затрещину, на этот раз от любящей бабушки, он был сослан в наказание накрывать на стол - они не садились ужинать, ждали ее. Пятьдесят коньяка и пересказ подробностей, с комментариями всех членов семьи, от восторженно-мужских, до охающих маминых сделали свое дело. Вика расслабилась и впервые за вечер заплакала. Испугалась она только сейчас.
Дни тянулись своим чередом и "экстраординарная" история стала забываться. Работа побурлила и затихла. Объяснения, что муж бьет оказалось достаточно, чтобы интерес вспыхнул, заклубился и угас. Большинство коллег видели ее мужа и отчетливо понимали разницу между драться и бить человека.
Она периодически натыкалась на Колю, то в магазине, то у остановки, но мальчишка не был расположен продолжать знакомство, а она по сыну, его ровеснику знала, что в таком возрасте к ним лучше не приставать. Надо будет, сами "найдутся".
- Вик! Открывай! Это я! - грохот в окне становился все сильней и перебудил уже весь дом, не только их квартиру.
- Господи, что это? На нас напали гунны? - спросонья Стас еле ворочал языком и не попадал в тапки.
- Нет, это всего - навсего Коля, спи - объяснила Вика.
- Ты думаешь этого достаточно?! - возмутился муж. - "Спи, это Коля", можно подумать есть особый сорт мужчин - "Коли" секс с которыми безопасен и одобрен всемирной ассоциацией мужей?!
- Охота тебе зубоскалить в полпервого, Коля - это тот, которого я у местной шпаны отбила, открывай, а то он окно выбьет.
- Эй, слышь не тарабань, руки вырву, - рявкнул Стас спеша к дверям. Следом семенила Вика.
Они открыли дверь и увидели вусмерть перепуганного мальчишку. Куртка распахнута, рубашка в крови.
- Что случилось? - спросил разом проснувшийся Стас.
- У деда кровь горлом идет, я скорую вызвал, но один боюсь - ответил он стуча зубами. Потом он как-то по своему оценил Стаса, вцепился в его руку и заискивающе сказал: "Пойдем мужик, ну чё тебе стоит, а я его перевернуть даже не могу толком, а может надо."
- Вик, скажи ему, пусть пойдет.
Они бежали в тапках через ночной двор, а Коля все приговаривал, чтобы они не переживали, дед не тяжелый, просто жилистый. Успели за пять минут до приезда скорой. Деда увезли, практически сразу, тем более пацан оперативно нашел документы.
- Родственники могут поехать с нами - один человек, сказал уставший врач.
- Я поеду, сказал Коля и подскочил к дверям.
- А ты ему кто? Может родители поедут?
- Никто, - еле слышно ответил Коля.
- Тогда нельзя.
- Не пустите, бегом за машиной побегу. Парень набычился и врач махнул рукой.
- Черт знает, что у них на уме. Своих не допросишься, а чужие вон как....
Коля перестал ходить в школу, о чем ей докладывал сын. Вика встречала его на автобусной остановке утром, он всегда ехал в больницу. Через две недели он объявился у них дома.
- Тут дело такое, - сказал он и вдохнул побольше воздуха. - Дед помер, а мне надо, как это помянуть, только меня не пустили и я вот это самое, принес, -он вытащил из рюкзака пакет и протянул Вике.
Она машинально взяла и заглянув, еле сдержалась. Белый батон, кусок сыра, колбасная нарезка, шпроты и маринованные огурцы. Из-за пазухи, пацан смущаясь достал "чекушку".
- Это ведь тоже надо, хотя дед и не одобрил бы, - пояснил Коля. - Давайте, что ли вместе. Мне не с кем больше.
Стас засопел и пошел на кухню, мать странно зашмыгала носом. Положение спас Даня.
- Проходи, не обращай внимания, у них реакции - ноль, сейчас "раскоротит" и они даже разговаривать начнут.
Наутро хлопнула дверь и Коля ушел. Никто не успел ничего сказать. Никто не успел ничего предложить. Вика два утра подряд толклась на остановке, опаздывая на работу, но знакомая сутулая фигура не объявлялась На третий день, отпросившись, она направилась в школу, выяснять, что случилось.
- А кому звонить? - возмутилась завуч в ответ на претензии. - Телефон Мезенцева не доступен. По домашнему нахамили, сказали больше не беспокоить и что он тут не живет. А Филипп Дмитриевич, его опекун скончался.
Вика, собравшись с духом. пошла по знакомому адресу. Дверь открыла баба в замасленном халате и только услышав "Коля", завыла как пароходная сирена. Мужик появившейся в дверях, молниеносно оттеснил незваную гостью, пузом с порога.
- Мне дело нет до голодранца, его отец приютил, с какого-то вокзала в дом притащил, никого не спрашивая, а меня родную кровь знать не хотел, если бы не помер так резво, то и без наследства бы оставил. Да Бог не шельма, не досталось ничего проходимцу. Мы ему быстро указали, кто теперь в доме хозяин. - Мужик дохнул и оскаблился. В их доме, видимо, продолжали поминать...
- А где его искать? - безнадежно спросила Вика.
- А пес его знает, - взвизгнула из-за мужнего плеча "дама". - Нового губощлепа небось окучивает.
Стас поднял все старые связи. Даня, после школы, рыскал по району. Мама взялась рьяно опрашивать окрестных продавцов и ларечников. Вика, почему-то страшно стесняясь, на прогулку с собакой, брала клей и напечатанные на работе листочки: "Пропал мальчик, рост 176-180 см. Одет в.... Звонить. За информацию вознаграждение". Результатов не было.
- Эй, - окликнули ее как-то вечером. Несмотря на исход зимы, на улице было еще темно и она не узнала окликнувшего.
- Вы кто? - спросила Вика.
- Витек, - ответил попадая под свет фонарей знакомый парень. - Сумку убери и поговорим, если заплатишь.
Выдвигаться решили всей семьей. Несмотря на скудные сведения сообщенные Витьком, никто не хотел сидеть дома. Мама успела налепить бутербродов, Стас ворчал и торопился, как на пожар, Даня вообще перевоплотился в русскую борзую, даже подвывал от нетерпения.
- Черте что! - шипела Вика. - Там может и не быть никого, а ты с бутербродами! Даня! Перестань ерзать! Вы все превращаете в фарс!
- Не нервничай, детка. Все будет хорошо, - мать похлопала ее по руке. - Мы просто проверим, что сказал этот прохвост.
Мама его и нашла, точнее заметила первой, а уж "поймали" Стас с Даней. Коля с перепугу метался в свет фонарей, как заяц под лучом прожектора и только признав, сбавил "обороты".
- Вы чего тут делаете? - запыхавшись спросил Коля.
- Тебя ловим, - улыбнулся Даня.
- Ага, - неожиданно расхлябано поддакнула мама.
- Поедем с нами, - сказала Вика.
- Не поеду, хватит с меня, - огрызнулся Коля.
- Поедешь, - мрачно выдохнул Стас. - Мы из-за тебя которые сутки толком не спим, по вокзалам шаримся, по гаражам ноги ломаем. Хватит, возраст уже не тот.
- А если вам всем надоест? - спросил Коля уже в машине.
- Не надоест. У нас дача и картошка, не одному ж мне надрываться, - хмыкнул Даня и все зашикали., а отец сунул ему кулак под нос.
- А я готовить умею, особенно хорошо жарю картошку, - сказал Коля минут через пять в полной тишине. "Машина" задумалась и загоготала. Так и доехали "сотрясаясь".