Пещера вздрагивала, и даже местами покачивалась.
Алмазы с рубинами тревожно перезвякивались с золотыми кубками.
Монеты пытались сбиться в кучку и прилепиться к старшим по званию.
Горыныч спал, во сне вздрагивал, взбрыкивал всеми четырьмя лапами, двумя крылами, хвостом и шестью рогами.
Ему снился страшный, ужасный, кошмарный сон!
Во сне он громко вскрикивал, на всю пещеру:
- НЕ НАДО!!! НЕ ХОЧУ!!! НЕ ТЫКАЙ В МЕНЯ!!! ОТПУСТИ!!! СЛЕЗЬ С МЕНЯ!!!
Пещера была в ужасе, и хотела уже схлопнуться в черную дыру, но не давали острые грани драгоценных кристаллов и кончики мечей с копьями.
Сами бы попробовали куда-нибудь схлопнуться, когда со всех щелей острое торчит!
Горынычу снилась жуткая жуть.
Ему снилось, что он конь богатырский. И скачет через море и горы, над полями, над долами. Перескакивает ямы и канавы.
А на нём сидит, торкая его поминутно острыми шпорами увесистый рыцарь, в ещё более увесистых доспехах!
И ни корма ему, коню богатырскому, ни водицы ключевой!
Скачи да скачи, пока совсем не ускачешься!
А кругом ковыль трава, а кругом пыль да лужи. А кругом…ох, батюшки, и ни конца, ни краю этому кругом не видимо!
Вот столько не видимо, что прям совсем, совсем.
Горыныч вздрогнул в очередной раз, перелетая во сне над пропастью, взревел, не успев зацепиться копытами за края обрыва, и начал скользить вниз, на неминуемо острые камни…
- Эй, Горыныч, змей трехглавый…
Вопль снаружи пещеры, разбудивший Горыныча, был им воспринят как пение райских птиц.
Горыныч проснулся мгновенно, как выключатель щелкнулся. Ошалело осмотрелся.
Вокруг родная пещера, и никакого тебе кругом.
Глянул на лапки, никаких копыт!
Облегченно вздохнул, одним махом вылетел из пещеры, подлетел к рыцарю, стащил его с коня, и начал трясти за грудки:
- Ты, ирод! Ты когда коня кормил, поил?! Ты когда ему отдых давал?! Когда в речке купал?!
Рыцарь, совершенно потерявший все ориентиры, попавший вместо боя на разборки за коня, растерянно начал оправдываться:
- Я, я, я…
- Что, я, я, я?! – взревел Горыныч, - а ну, марш, коня купать, быстро! Да расседлай вначале олух!
Рыцарь, совершенно дезориентированный, выполнил приказ мгновенно, по- военному.
Конь воспылал такой крутой благодарностью к Горынычу, что не будь он конем, предложил бы тому руку…ой, копыто, хвост, и любимую сбрую в придачу.
Рыцарь, расседлав коня, повел его купаться в речку, под горой.
А Горыныч, схватив вчера наточенную косу, понесся косить самые лучшие травы, которые только смог найти вокруг пещеры.
В тот день рыцарю вместо боя досталась лекция по коневодству.
И в общем-то все были довольны.
Потому что щедрый Горыныч читал лекцию под пыхтящий самовар, вокруг которого стояли пироги, плюшки и прочее вводящее в ум.
А уж конь навсегда подарил ему свое сердце!
Рыцарь понял, что больше ему на этом коне на Горыныча не ходить, и переквалифицировался в крутого коневода.
Лекция Горыныча ему очень даже пригодилась.
А Горыныч, ложась спать после того долгого дня, очень надеялся, что больше ему таких кошмаров не приснится…
Надежды оказались напрасными…
Второй сон здесь