Как только не трепали это имя историки и романисты! Особенно последние – достаточно почитать Дюма, чтобы вывести образ коварной отравительницы, мастерицы составления самых ядовитых отрав того времени. Да и интриги королевского дворца на страницах романов в её исполнении тоже добавили к образу Екатерины Марии Ромола ди Лоренцо де Медичи (ее полное имя) новых демонических черт. Хотя это было обычное дитя того времени – не хуже и не лучше иных. Только умное дитя. Очень умное. И с хорошо развитым инстинктом самосохранения.
А ещё она благодаря своему острому, аналитическому уму и мгновенной реакции на обстоятельства была очень везучей. И выживала там, где обычная аристократка её времени скорее всего запаниковала бы и стала заламывать в отчаянии руки. Чего стоит, например, эпизод с восставшей толпой на улицах Флоренции, когда доведённые до бешенства нищетой и поборами горожане требовали убить всех представителей правящего на тот момент клана Медичи.
Дитя смерти
Екатерине на тот момент было 10 лет. И что предлагали добрые флорентийцы? Мнения разделились примерно поровну. Первая часть горожан предлагала отправить девочку-подростка в публичный дом («Пусть поработает на благо города!»), вторая была более милосердной («Повесить на городских воротах!»). И наверное, это равенство двух не нашедших консенсуса половин толпы тоже сыграло в пользу юной Медичи? Как это часто бывает, толпа просто «перегрызлась» между собой, забыв в драке о предмете спора, и Екатерина улизнула, затерялась в лабиринте дворцовых покоев. А потом и вовсе выбралась за пределы городских стен с надёжными слугами. Кстати, они сопровождали её и во многих других жизненных перипетиях – благодарной она быть тоже умела!
Есть ещё один важный штрих, объясняющий формирование такой сильной личности, как у неё: он была сиротой с младенчества. Её мать, графиня Мадлен де ла Тур, умерла через две недели после рождения дочери от родильной горячки. Её отец, Лоренцо II Медичи, отправился вслед за женой спустя ещё два месяца. А к оставшемуся одному на этом свете младенцу намертво приросло прозвище «Дитя смерти».
Екатерина о нём знала. И в дальнейшем, повзрослев, талантливо его иногда использовала. Нет, ну а что? В том змеином клубке дворцовых интриг и интересов любой королевской семьи того времени зловещая репутация была вещью очень даже неплохой! Когда «бояться» означало «уважать».
Её выдали замуж за Генриха де Валуа – на тот момент ещё принца, королём Генрихом II он станет чуть позже. По общему мнению двора красавицей она не была: небольшого роста, тонкая в талии, с худеньким личиком (на котором, однако, ярко сияли огромные глаза!), Екатерина как-то сразу стала законодательницей мод. Рост? Но она первая ввела в обиход высокие каблуки, не только сделавшие её выше, но и придавшие шарма походке. А на её осиную талию стали равняться даже дворцовые разнеженные и раскормленные пышки – введя в обиход утягивающие до обмороков корсеты. А ещё она просто убила французскую знать привезённым из Италии невиданным здесь доселе лакомством – мороженым!
Сначала ты работаешь на авторитет...
Правда, не всё было так благостно в начале её пребывания в Париже. Особенно потом, когда умер её бывший покровитель, папа римский Климент VII, так как следующий понтифик, Павел III в протекции флорентийской принцессе отказал. И даже отозвал назначенное ей приданное в размере 130 000 дукатов – сумму фантастическую для того времени. Что сразу сделало юную Медичи «бесприданницей» и объектом для дворцового пренебрежения. Впрочем, злопыхатели скоро о своём «Фи!» в адрес жены принца пожалели – потому что король Франциск, отец Генриха, умирает. А Екатерина автоматически становится королевой.
И кстати, смерть короля от обычной простуды тогда первые приписали его невестке, сформировав образ отравительницы – который потом преследовал её всю жизнь.
Она долгое время не могла родить Генриху наследника. Обращалась к лучшим лекарям, проводила время в местах с термальными и минеральными водам – что в конце концов возымело действие, она рожает мужу одного за другим трёх сыновей, которые после взросления становятся один за другим королями! А сама Екатерина с тех пор до конца своих дней носит почётный титул Королевы-Матери. Да, вот так – с большой буквы и с большим почтением произносимого. Даже с трепетом.
А Генрих гибнет – из-за легкомыслия, из-за того, что не прислушался к прогнозам астрологов и принял участие в рыцарском турнире, в котором получил смертельное ранение. Екатерина облачается в траур – но не в принятые до этого на протяжении веков белые одежды. А в чёрное. Заработав теперь ещё и титул «Чёрной Королевы»…и введя прошедшую через века моду в траурных случаях одеваться в чёрное.
На престол садится старший сын Франциск II. Королева мать, естественно, становится регентшей – и столь же естественно сосредотачивает в своих руках огромную власть. Она чутко держит руку на пульсе общественных настроений, то «бросая кость» своим противникам в виде несущественных уступок по непринципиальным вопросам, то яростно отстаивая интересы семьи так, как она их видит. В частности, после внезапной смерти старшего сына Екатерина оперативно продвинул следующего законного наследника на королевский трон – среднего сына Карла IX. Вы скажете , что он по закону престолонаследия и так имел на это право? Не будьте наивными! Во все времена очередное монаршее величество не имел ни одного шанса стать следующим королём, если ко времени восшествия на трон он не имел «королевской партии поддержки»! Без неё легитимность становилась пустым звуком…
На годы правления её второго сына пришлась и знаменитая, зловещая ночь святого Варфоломея, в ходе которой, с заката 24 до рассвета 25 августа 1572 года, в ходе которой были убиты все гугеноты-протестанты, съехавшиеся в Париж на свадьбу Маргариты Валуа и Генриха Наваррского.
А потом, после внезапной смерти в возрасте 24-х лет и среднего сына столь же быстро оформляет королевскую власть и самому младшему, Генриху III. Правда, приписывать самой Королеве-Матери заслугу организации всей этой кровавой вакханалии было бы ошибкой. Да, она имела отношение к приказу убрать НЕКОТОРЫХ, наиболее одиозных представителей лагеря гугенотов. Однако процесс вышел из под контроля с самого начала. Произошло то, что называется «эксцессом исполнителя».
...потом авторитет работает на тебя
Она прожила 69 лет – что, согласитесь, в условиях кипения политических страстей позднего Средневековья срок огромный. Но ненавидели её парижане ещё очень долго, что было обычной участью чужестранки, так и не ставшей для парижских обывателей своей. Её даже не хотели хоронить рядом с супругом. И хотя позже на кладбище Сен-Дени всё же нашёлся уголок для Чёрной Королевы, он был в значительном отдалении от пышного надгробия Генриха II.
Но всё же мощь имени была такова, что совсем отказать в погребении супруги Генриха недалеко от его могилы легкомысленные парижане не смогли. Наверное, было страшно?