Ким Бендикс Петерсен, пожалуй, главный представитель тяжелого цеха Дании, известен многим поклонникам музыки как первоклассный рассказчик и автор многочисленных захватывающих концептуальных историй. Он также известен и тем, что поет сразу в двух группах — одной имени себя и второй, как все знают, MERCYFUL FATE. При этом несмотря на понятную схожесть по вокалу, эти команды достаточно серьезно отличаются в музыкальном плане — а, собственное почему так происходит? В недавнем интервью Ким и поведал о принципиальном отличии в подходе к сочинению материала для двух проектов: Хэнк [Шерманн, гитарист MERCYFUL FATE] — автор совсем не того типа песен, что Энди [Ла Рок, гитарист KING DIAMOND]. Разумеется, я много пишу сам, особенно для KING DIAMOND, где я отвечаю за примерно две трети музыки и все тексты. А в случае с MERCYFUL FATE мы работаем скоре по старинке, так что для нового альбома все будет похоже на "Don't Break The Oath" — то есть я, наверное, напишу три или четыре песни, а остальные,
Ким Бендикс Петерсен, пожалуй, главный представитель тяжелого цеха Дании, известен многим поклонникам музыки как первоклассный рассказчик и автор многочисленных захватывающих концептуальных историй. Он также известен и тем, что поет сразу в двух группах — одной имени себя и второй, как все знают, MERCYFUL FATE. При этом несмотря на понятную схожесть по вокалу, эти команды достаточно серьезно отличаются в музыкальном плане — а, собственное почему так происходит? В недавнем интервью Ким и поведал о принципиальном отличии в подходе к сочинению материала для двух проектов:
Хэнк [Шерманн, гитарист MERCYFUL FATE] — автор совсем не того типа песен, что Энди [Ла Рок, гитарист KING DIAMOND]. Разумеется, я много пишу сам, особенно для KING DIAMOND, где я отвечаю за примерно две трети музыки и все тексты. А в случае с MERCYFUL FATE мы работаем скоре по старинке, так что для нового альбома все будет похоже на "Don't Break The Oath" — то есть я, наверное, напишу три или четыре песни, а остальные, будь то пять или шесть, сделает Хэнк. В итого большая часть музыкального материала ляжет на его плечи, а мне останутся все тексты.
Я всегда был тем, кто с охотой размахивал огромным скальпелем. Когда бы ни пришел Хэнк с риффами и идеями для создания песни, я часто садился и — я бы не сказал, что я " воровал" некоторые из его соло-риффов, просто часто получалось так, что риффы, которые он собирался исполнять как соло, были лучше для вокала, чем те, которые придумывал я сам, понимаете? Мы делились наработками и обсуждали: "Эй, могу я спеть вот это вместо этого, потому что это гораздо лучше?" "О, конечно. Я подготовлю другой кусок, чтобы я мог сыграть соло".
Вот и сейчас все по-прежнему. Это очень старомодный способ, то, как мы сейчас работаем. Возьмите 'The Jackal Of Salzburg', новую песню [MERCYFUL FATE], [которую мы играли на последних концертах]: когда я впервые услышал ее, насколько я помню, она была семь минут и 24 секунды, а теперь, когда она закончена, она длиться около восьми минут и 54 секунд. Можно сказать, что получилось девять минут. Итак, я прослушал ее, потом Хэнк ёё похвалил, но я все таки предложил: "Попробуй вот это, это и это". Он согласился, отправился в студию и начал дорабатывать этот материал. Спустя какое-то время он вернулся и говорит: "Слушай, сейчас это звучит как настоящие MERCYFUL FATE"... Внезапно все стало на свои места
Так что у нас обоих есть эти какие-то элементы, которые очень хорошо работают вместе, идеи. И мы понимаем друг друга. То же самое с Энди; просто у Энди немного другой стиль. И это хорошо, потому что это придает смысл существованию KING DIAMOND, возможности записывать песни и тому подобное. У нас сложились особенные отношения по созданию композиций между мной и Хэнком, а также между мной и Энди. И сейчас мы совершенно точно заново идем тем путем, каким шли в прежние времена. Так что над новым материалом мы работали как когда были значительно моложе.