На всех мониторах, билбордах, визорах, смартах - с утра до глубокой ночи. Рыба-рыба-рыба.
Не удавалось выключить. Завешивали одеялами, покрывалами, но всё равно видели - рыба поселилась у всех в глазах, заполнила все поверхности, чёрная, кишащая, текла как нефть, как теряющая очертания биомасса. Мучительно доживала последние минуты.
Давилась в узких обезвоженных руслах, друг другу кусала бока и голову, кровавыми ртами ловила воздух, скользкая река вспухала, ползла, задыхалась, осклизлая, густела, изнемогала, колотилась в поисках влаги. И медленно сковывал лёд, кровь подергивалась сгустками белёсого. Летела снежная крупа на всё это. Обжигаясь холодом и болью слабело шевеление.
Рина вытащила закоченевшие руки из своего прошлого.
Сидела застывшая, неживая.
Зиверт лежала под куполом в арендованных апартаментах на верхнем ярусе, провалившись головой в нагретую подушку.
Вторую ночь спала урывками. Транквилизаторы почти не действовали, но дозу повышать не хотела. Нагрузка на печень, отеки.
Публикация доступна с подпиской
Киса Исключительно Личный Киса Исключительно Личный
