Эта публикация - мой давний опыт написания рассказа в жанре русского фэнтези. Произведение создано в рамках тематического писательского марафона и ранее не публиковалось в открытых источниках. Сейчас зима, долгие вечера, ожидание чудес - почему бы и не поделиться с любимыми читателями)
Буду благодарна за отзывы и конструктивную критику)
Пролог
Я очнулся от холода, который, казалось, шел изнутри, сжимая тисками внутренности, лишая воли. Сил не было. Тело не слушалось. Приоткрыл веки. Надо мной что-то белело. Фонарь? Луна? Чье-то лицо? Закрыл глаза. Туман проникал в легкие, лез под веки, заполнял череп, превращая мозг в студенистую массу. В ней тяжко ворочались мысли и обрывки памяти. Огни… много огней… Сердце колотится…ветки хлещут по лицу. Очень страшно! Пустота, холод и сырость.
Ощутил свое тело и что-то мягкое под ним – сено что ли? Пошевелился. Руки-ноги, вроде, слушаются. Поднес к лицу затекшую правую руку и разжал ладонь. Из нее выпал нереально синий искусственный цветок. С трудом сел.
Вокруг серебрились кресты и белели надгробья. Я понял, что сижу на могиле в куче полуистлевших венков и траурных лент. «Как я здесь…?» – студенистая масса в голове чуть дрогнула и замерла.
– Эй, парень, живой, что ли?- донеслось откуда-то справа.
Человек? На кладбище? Ночью? Бред.
Мужик в грязной одежде смотрел пристально, оценивающе. Вокруг него клубилась сизая дымка тумана. От этого фигура казалась фиолетовой и расплывалась, как мираж.
Я медленно сполз с могильного холмика, попробовал встать, держась за ограду, и покачнулся. Уверенности в том, что я живой, не было.
– Что с тобой случилось, помнишь?
Я никак не мог сфокусировать взгляд на фигуре говорившего и отчаянно боролся с подступившей тошнотой и дрожью.
– Не помню, – процедил сквозь зубы.
– Откуда ты? Звать как? – не унимался мужик. – Точно не из местных, я тут в деревне всех знаю.
– Н-не помню… ничего…
Не в силах держаться на ногах, я снова рухнул на могилу, обхватив себя руками. «Умираю,» – пронеслось в голове, и эта мысль не вызвала ни волнения, ни боли. Просто стало темно, и время понеслось вспять…
48 часов назад
Пятница. 29 октября. В окнах нехотя просыпалось капризное утро. Умылось мерзким холодным дождем и медленно стащило с города пелену тумана.
Я в третий раз заглушил будильник. Пора на тренировку. Полусонный дошел до кухни, заварил кофе. Аромат знойных стран чуть примирил меня с промозглым утром. Пиликнул телефон – пришло сообщение от Тихомира: «У меня появился домик в деревне. Завтра все едем на пикник. Отказы не принимаются!» Все-таки купил какую-то развалюху! Вот придурок!
«Все» – это Тихомир, я, Светка и Даня. Тишка, Светка и я дружим чуть не с пеленок – точнее, с детского сада, а Даня, как говорится, примазался к нашей неразлучной троице. Лично я считаю, что нам и втроем было хорошо, но Тихомир познакомился с ним на каком-то историческом форуме в университете, и они теперь вместе пишут научную работу. Светка учится на ветеринара. Ее жизненное кредо – «животные лучше людей» (мы с Тихомиром втайне надеемся, что к нам это не относится). А я Иван. Моя жизнь – бесконечные тренировки. Я занимаюсь легкой атлетикой и, как считает мой тренер, «подаю большие надежды». Так что не факт, что у меня получится поехать завтра в этот «домик в деревне».
24 часа назад
В субботу утром меня объявили «гадом и предателем», потому что тренер, как я и думал, ничего не хотел слышать о пропуске субботней тренировки перед соревнованиями, и я не смог поехать «на пикник» вместе со всеми. Поклялся Светке, что сразу со стадиона примчусь в деревню на машине. Тихомир, фырча, сбросил мне геолокацию и процедил: «Не вздумай куда-то заезжать или сворачивать! Не хватало нам еще волноваться, если заблудишься или сломаешься!»
Далась ему эта глубинка! Он, конечно, на истории слегка помешанный, как и Даня этот, но покупать дом в деревне, чтобы «проникнуться русским духом», как по мне, так это слишком!
20 часов назад
Мое путешествие началось. Едва выскочив после тренировки из душа, я прыгнул в машину и отправил Тихомиру смс с одним словом «выезжаю». Судя по навигатору, ехать предстояло часа четыре, из них пару часов по трассе, потом поворот налево и еще столько же по лесам, полям, мимо маленьких сёл и деревушек.
Деревня, в которой Тихомир купил дом, называлась Подловка. Я усмехнулся –так себе название! Судя по карте, его «имение» стояло с краю – дальше лес, а сама Подловка как будто в поле, и какое-то большое строение рядом – вроде, часовня или церквушка. Пока стоял в пробке на выезде из города, нашел его название – Васильчиков Погост. Даже фотография попалась на каком-то краеведческом форуме – развалины в окружении покосившихся крестов. Мдаа, мрачное местечко…
15 часов назад
Да где же эта проклятая деревня? Я ехал точно по навигатору, а он словно шутил со мной! Дважды показывал, что я на месте, но поля, по которым я ехал, были похожи, как близнецы, и ни на одном не было не то что целой деревни, а хоть какой-то захудалой сторожки! Главное, набираю Светку, Тишку, Даню, этого сморчка, – «абонент временно недоступен». Мстительно подумал, что и они, наверно, набирают меня и не могут дозвониться – похоже, связи в этих краях нет.
Я заглушил мотор. Нужно успокоиться и решить, как быть дальше. У меня полбака бензина и бутылка воды, прихваченная с тренировки. Уже темнеет. Фонарей тут нет. Жилья, как ни странно, тоже. Навигатор задурил окончательно. Самое разумное – вернуться на трассу и ехать домой. Я вздохнул, представив, как презрительно прищурится Светка, а Тихомир начнет выговаривать, что я не только гад и предатель, но еще и обманщик. «Ну ладно, покажу ему двадцать пять не отвеченных вызовов!» – решил я и хотел тронуться с места, но вдруг увидел впереди девушку!
Глазам не поверил! Она была шагах в пятидесяти от меня. Наверно, вышла из леса, когда я пытался разобраться в навигаторе. Надо ее догнать, расспросить про местную географию. Я лихорадочно попытался завести машину, но та отвечала чуть слышным ворчанием и глохла. Проклятие! Только этого мне не хватало!
– Девушка! Стойте! Подождите! – плохо соображая, что делать, я выскочил из машины, едва прихватив рюкзак. Нужно было не дать ей уйти, чтоб не остаться тут в одиночестве среди застывшего поля и чернеющего леса.
Сумерки сгущались, но я увидел, что тонкая высокая фигурка впереди остановилась. Значит, услышала! Ободрившись, я побежал.
– Здравствуйте! – запыхавшись, я подбирал слова, чтобы как-то объяснить свое присутствие в этом безлюдном месте. – Вы простите, что я вот так бесцеремонно… но я заблудился… и машина вот (я неопределенно махнул рукой назад) сдохла…
Девушка ничего не отвечала – лишь пристально рассматривала меня. Высокая, гибкая, большеглазая. Наверно, моя ровесница или около того. Русые волосы собраны в толстую косу. Одета в длинное платье, во что-то чудное вроде полушубка с мехом по краям рукавов и высокий головной убор - я такие только на картинах видел.
– Здравствуй, добрый молодец! – нараспев ответила она и поклонилась. – Куда путь держишь?
«Издевается! – промелькнула мысль. - Ряженая!"
– Путь держу в деревню Подловку, – в тон ей ответил я.
Девушка удивленно подняла бархатную бровь:
– А как звать-величать тебя, молодец?
– Меня-то Иваном. А тебя как величать, красна девица?
Девушка не смутилась:
– Василисушкой кличут.
Я не удержался и фыркнул: девчонка явно переигрывала.
– А ты сама-то не из Подловки этой часом?
– Нет, – уклончиво ответила красавица. – Лесные мы.
– В смысле? – не понял я. – В лесу, что ль, живешь?
Девушка кивнула и пошла по дороге.
– Не ходил бы ты тут на ночь глядя, Иванушка! – тихо сказала она, не глядя на меня. – Места тут тёмные, дикие. Не место на ночной дороге одинокому путнику.
– Так я же вроде как не одинокий! – улыбнулся я. – Ты вон тоже одна тут прогуливаешься. Или это тебя мне надо бояться?
Василиса странно взглянула на меня и быстро отвернулась:
– Я местная, со мной ничего не случится. И бояться нас не надо. Мы людям не враги. Навьи тени – враги, анчутки – враги, а мы – нет.
Из того, что она сказала, я почти ничего не понял, но решил на всякий случай не переспрашивать - уж больно странная девица.
– Так есть тут деревня-то эта, Подловка, будь она неладна, или нет? – говорю. – У меня друг там дом купил…
Василиса остановилась и с удивлением посмотрела на меня:
– Дом купил? Это не колдуна ли дом, что на окраине?
Ну вот, час от часу не легче! Видно Тиша вляпался.
– Колдуна? Не слышал! А что, если колдуна?
Василиса неопределенно пожала плечами: мол, не мое это дело.
– Да что это за деревня-то такая? – не унимался я. – На карте есть, на месте – нет. Колдуны какие-то, тени, чечутки.
– Анчутки, – поправила Василиса. – Маленькие черти. Скажи, Иванушка, зачем вы, люди из большого мира, сюда ездите? Вы же нас не понимаете, не знаете, кто мы и чем живем. Лес загадили, зверей пораспугали, древние кладбища растревожили…
Мне показалось, что ее большие темные глаза, пристально смотрящие на меня, серебристо замерцали, и мне сделалось жутко. Я ее за ряженую принял, а она … Кто она такая? Голосок тихий, ручейком журчит, а в нем сталь звенит, да такая, что, если б моя воля, я опрометью кинулся бы к машине и умчал с этого проклятого места куда глаза глядят!
Почувствовав мой страх, Василиса не стала продолжать.
– Вон она, Подловка твоя, – махнула меховым рукавом в сторону поля за моей спиной. – Почитай, всю дорогу мимо нее идём.
Я резко оглянулся. Точно! Прямо посреди поля тускло светила окнами довольно большая деревня, а за ней белели на фоне ночного неба остатки колокольни Васильчикова Погоста. Я даже зажмурился: как же я мог ее не увидеть?
А Василиса продолжала:
– Своему другу скажи: если найдет место, где в землю воткнуто двенадцать ножей, пусть их не трогает. Если хоть один нож выдернет, не миновать беды. Запомнил?
Я кивнул и на всякий случай снова обернулся: мне казалось, что пока я слушаю Василису, деревня снова исчезнет. Но она была на месте: мокрые крыши, дым из труб, собачий лай.
– Спасибо тебе… – повернулся я к своей странной спутнице. А ее и след простыл.
Я лихорадочно крутил головой, но девушки ни вблизи, ни вдали не увидел. На ближнее дерево, громко ухая, опустилась серебристо-серая сова и вытаращила на меня желтые глаза-фонари.
– Куда она делась? – машинально спросил я. Сова коротко ухнула в ответ и бесшумно заскользила над заиндевевшим полем в поисках мышей, а я бегом бросился к деревне, пока она снова, чего доброго, не исчезла.
Продолжение ЗДЕСЬ.