В сущности, все упирается в наши силы, в витальность, в желание жить, шевелиться, вставать утром, жить день и ложиться с удовольствием спать.
Иногда сил так мало, что хочется только лежать и спать. На открыть глаза и добрести до туалета их хватает еле-еле. Но стоит замаячить впереди перспективе включиться в новый интересный проект, влюбиться, да и просто провести хорошо день - силы прибавляются.
Уже появляется пружинка принять душ, выгладить одежду и выйти из дома.
Диапазон сил наверное отмерен и отпущен нам на физическом уровне, но и психика работает или на нас или против. Мотивация, да!
Она родная.
Если держать свой механизм в порядке, как в детстве: сон, еда, часы работы и отдыха, должны чередоваться с неумолимой последовательностью.
Все врачи, тренера, диетологи твердят без устали : наладьте свой режим. А мы, как маленькие, засиживаемся за сериалом, за столом, с друзьями в ресторане. Пропускаем прогулки и тренировки и приемы пищи, да и едим черте что, потому, что хочется, левая нога захотела выпить, съесть дряни и просидеть ночь на пролет.
Да, мы вспоминает о своих потребностях когда заболеем. Тут и сон и диета, тут ноги и голова в тепле, питье и анализы.
Понятно, что когда болезнь проходит мы снова чирикаем и скачем воробушком до следующей болезни.
Вялотекущая депрессия вообще не считается болезнью, у кого ее нет теперь?
Да, о детях мы заботимся, кормим горячим и домашним, гуляем, стараемся ограничить экран и водим на развивашки. Себе? Да что со мной будет?
И едем на природных запасах до следующего стресса.
Очевидно, что мы относимся к себе, к своим потребностям гораздо хуже, чем к своим детям. Но почему? За что мы так с собой?
Извечное: что со мной будет?
Я ничего не чувствую…
В течение терапии у человека просыпается чувство своих потребностей.
Он вдруг обнаруживает, что очень тревожный и это ощущение в душе и в теле заглушает едой, сексом и всем, чем можно, скандалом например.
Но если мне нужна для спокойствия еда, подразумевается что она должна быть в доме. Такая, какую я люблю: острая или кислая, хрустящая или пюреобразная. Если мне нужны сладости, то по логике они мне нужны самые лучшие: ручного приготовления, из натуральных ингредиентов, нужных мне свежести и качества.
Но нет, тогда, когда уже чувство голода или желания есть настолько сильно, мы бежим в ближайшее кафе или магазин и покупаем то, что лежит с краю.
Любители чувственных ощущений по логике должны ходить в баню и на массаж, иметь под рукой любовников и массу полезных для тела игрушек. Нет, они ходят неглаженные и нечесанные, полуголодные и мечтают о большой и всепоглощающей любви.
Почему, ну почему мы не заботимся о себе?
Кончается с доме туалетная бумага - мы же пойдём и купим.
Кончается наш личный запас энергии - мы ждём у моря погоды, ждём когда она сама появится. Придёт и постучит в дверь.
Если в детстве о наших потребностях плохо заботились, то логично, что мы начнем это делать сами.
У меня наплыв молодых клиентов, до тридцати. Они очень практично, для своих двадцати с небольшим сообразили, что что-то в жизни не ладится и прибежали чинить.
Да, для них это инвестиции в себя. И они начинают окупаться немедленно.
Восстанавливаются трудные отношения с родителями. Дети начинают выносить родительский прессинг. У них немедленно появляются силы вынести родительскую тревоги-нравоучения и объснить свое понимание своей жизни.
Они, мои клиенты, начинают есть не через день и не только уличную еду, говорят, что хочется купить и приготовить самим. Начинают пить воду. Начинают замечать свои потребности и заботиться о них. А не только о своей учебе и научных работах.
Они начинаю перетряхивать отношения с друзьями, передоговариваться о чем можно говорить, а о чем нельзя. Говорят, как их обижает сарказм или легко нарушенное слово.
Это очень простые вещи, их легко поправить, главное осознать, как они мешают жить, как отравляют самооценку и настроение.
И это только начало, осознать свои текущие потребности, узнать, что делает меня сильнее, чем я могу себе помочь, как себя поддержать. День складывается из тысячи маленьких событий и мы сами может наполовину наполнить их приятными, предсказуемыми вещами. Есть свою еду, носить удобные вещи, обниматься столько раз на дню, сколько надо (минимум семь).
Спрашиваю юношу, который отчаянно любит обниматься, почему у вас нет объятий с любимыми, друзьями, родителями?
Долго думал, потом говорит, что мама не очень приветствовала обнимашки, спешила всегда. Так он голодный и сидит без тактильного контакта.
У девушки мама не отдыхает, все время что-то делает. И ей не положено внутренне присесть и почитать. Устала сильно и за свой вынужденный отдых отчаянно себя ругает.
Третьему всегда отказывали родители. Чуть что, сразу «нет», возможно потом купят или согласятся. Но теперь в жизни он коллекционирует эти «нет» в верность своему детству. Спрашиваю, а «да» нравятся? Говорит: очень. И плачет.
Ну что тут можно еще написать?…